Вербера. Ветер Перемен - Дарья Быкова

Голому человеку в лесу вечером холодно, так что я пытаюсь сменить облик, но ничего не выходит. Проклятый паладин заблокировал меня в истинном облике! Чтоб его!

Побродив по поляне ещё минут пять, и предприняв несколько неудачных попыток, я просто иду к месту стоянки, откуда уже пахнет костром.

Рравеша нет, королева сидит, поправляет причёску, а Лейрон подбрасывает в костёр дрова. Он вскидывает на меня глаза и замирает.

Через секунду вскакивает, срывая с себя плащ и протягивая мне, я слышу как то ли возмущённо, то ли поражённо охает королева. А сам инквизитор, кажется, даже слегка покраснел.

Я закутываюсь в плащ, тихо и слегка хрипло – мне до сих пор хочется рычать, отзываюсь:

– Спасибо!

Инквизитор кивает и немного нерешительно спрашивает:

– Ты – Фил?

Теперь я киваю. Усаживаюсь как можно дальше от королевы и Лейрона. Но он идёт ко мне, садится рядом, и пристально рассматривает. Я даже, наверное, знаю два направления, в которых мечутся мысли инквизитора. Что он видел меня в доме Рравеша, и что я ощущаюсь абсолютным человеком.

– Фил, – наконец, решается он. Но тут возвращается паладин.

– Отойди от него! – рявкает Рравеш, только завидев место стоянки, и я поспешно отсаживаюсь, пусть и не до конца уверенная, что это он мне.

Лейрон упрямо двигается ближе.

– Брось, Крис. Она мне ничего не сделает, и я ей тоже. Мы просто поговорим!

– Заведи себе своего метаморфа, с ним и разговаривай! – цедит паладин.

– Она ощущается совсем как человек, – задумчиво говорит инквизитор. – Почему?

– Это ты меня спрашиваешь, почему в ваших книгах сплошная чушь? – огрызается явно не настроенный на диалог Рравеш.

– Это я тебя спрашиваю, что она делала у тебя дома!

– В качестве кого спрашиваешь? Инквизитора? Так вы и так меня уже казнили, поздно допрашивать!

– Может, и не зря казнили? Раз у тебя дома жил метаморф!

– Господа! – не выдерживает королева. Она даже встаёт. – Вы что… будете ругаться из-за этого?.. Из-за этой… твари?

Не знаю, как господам, а мне слышится в голосе королевы обида – ругаться из-за неё – куда ни шло, а из-за метаморфа – несолидно.

Я невольно чихаю, и теперь все снова смотрят на меня, а Рравеш – на мои голые ноги, слегка исцарапанные от хождения по лесу.

– Перекидывайся, – цедит, отворачиваясь.

Я собираюсь и в самом деле сменить облик – неуютно мне с ними будет в любой ипостаси, но в истинном облике совсем невыносимо. Однако меня хватает за плечо Лейрон.

– Подожди… Лиза!

Я чуть морщусь – полагаю, инквизитор не хотел, но сжал руку слишком крепко. Мне больно. Да и обращаться, когда тебя держат, не самое приятное действие.

Драка инквизитора и паладина вышла недолгой, но ожесточённой. Королева визжала, но её никто не слушал, а я наслаждалась. На Лейрона мне плевать, но я всей душой болела за него – чем больше тумаков получит Рравеш, тем лучше. К тому же сам факт – паладин мутузит инквизитора за то, что тот дотронулся до метаморфа… Смешно.

Увы, победила дружба. Или благоразумие. Или, возможно, сопрано королевы. Спустив пар, в какой-то момент они просто остановились, обменялись рукопожатиями и вернулись к костру.

Взгляд королевы не сулил мне ничего хорошего, но почему-то переживать об этом не было ни сил, ни желания. В облике волчицы я положила голову на лапы и закрыла глаза. Кто бы знал, что за одни сутки можно успеть побыть и очень счастливой, и совершенно несчастной.