Первая невеста чернокнижника - Марина Ефиминюк

— Сходи в погреб за вишневым шикером, а то в зале закончился, — кивнула она вглубь коридора.

Опустив голову, я ринулась вон из комнаты, кое-как протиснулась в дверях мимо тетки. Вдруг она меня остановила:

— Что-то лицо у тебя незнакомое? Когда тебя взяли?

— Ну… — замялась я. — Недавно… Буквально только что.

— Не местная, что ли? — сощурилась она.

— Приезжая, — кивнула я.

— Платье мне твое нравится, как раз по погоде, — фыркнула тетка, неожиданно выказав чувство юмора.

Узкий коридор с темно-зелеными стенами закончился деревянной лестницей. Держась за перила, я начала спускаться, а сама поглядывала на обеденный зал. Народу оказалось немного, была занята половина столов. Над входной дверью была приколочена деревянная табличка: «Маг, отсюда выходящий, не забудь свой посох!» Самое удивительное, что длинные белые палки, отличавшиеся разве что навершиями, стояли в пустой бочке, точно зонты.

— Боже, что за чертов слет Дедов Морозов? — пробормотала я.

В углу стояла рогатая одноногая вешалка с наброшенными кое-как плащами. Я тихонечко пробралась к одежде, но не успела даже дотянуться до вожделенных вещей, как дверь распахнулась. С потоком ледяного холодного воздуха в кабак ввалилась компания юнцов с посохами.

— Господа маги, колдовские причиндалы оставляем у двери! — прогудел замечательный бас. Из-за замызганной занавески, видимо, скрывавшей подсобное помещение, выглядывал усатый здоровяк. Не споря, но страшно недовольные необходимостью разоружиться, мальчишки совали палки в бочку и снимали плащи.

— Повесь, — приказал мне блондинчик и швырнул холодную от мороза одежду. Не успела я оглянуться, как сама превратилась в вешалку, закиданную плащами. Знаете, моя бабушка любит повторять, что нет худа без добра. Хотела своровать один плащ, а тут целая коллекция на любой вкус. Главное, выбрать тот, что пахнет одеколоном, а не застарелым потом.

— Кло, нам кувшинчик темного бира! — велел блондинистый нахал. В туристическом агентстве я встречала подобных раздражающих типов, похоже, существующих в любом мире независимо от наличия магии. Они считают, будто люди должны им по гроб жизни, и зачастую раскидываются деньгами обеспеченных родителей.

— Хотя бы три кувшинчика! — взмолился один из парней.

— А платить ты будешь? — фыркнул блондин.

В голову немедленно пришел бородатый анекдот про студентов в университетской столовой: «Дайте нам одну сосиску и десять вилок».

— Четыре с половиной кувшина темного бира! — объявил мужчина, названный Кло, видимо, хозяин питейной.

— Кло, у тебя бир по цене шикера, — протянул один из парней.

— Половинка — за счет заведения. Одну секунду, господа маги! — Он немедленно набросился на меня: — Ты чего застыла, как малахольная? Не видишь, что ли? Господа дигоровцы хотят выпить.

— А где бир?

— Ты давно тут работаешь? — прищурился мужик.

— С сегодняшнего дня.

— Драм взяла?

— Она, — с готовностью кивнула я.

Как показывала практика, в любой непонятной ситуации следовало прикусывать язык и ждать, когда люди вокруг сами за тебя все скажут. Жаль, что я всегда забывала о столь простом способе избегать приключений на пятую точку.

— Вечно наберет всяких… — фыркнул Кло и вышел из-за занавески. С изумлением я задрала голову, разглядывая гиганта, на фоне которого любой атлет почувствовал бы себя дистрофиком.

— А одежда? — ему в спину жалобно уточнила я.

— Брось, — не оглянувшись, коротко велел он.

— Ладно, — пожала я плечами и опустила руки. Плащи бесформенной кучей свалились под вешалку на грязный пол. Наверное, если бы Кло заметил, то как-нибудь прокомментировал демарш, но он направлялся в другой угол трактира, где стояли дубовые бочки с кранами.

— Показываю один раз, — объявил он.

Напитки следовало наливать в жестяные сосуды. Хозяин повернул вентиль, и на дно кувшина полился темный напиток. Шипя, над горлышком поднималась пенная шапка, густая и крепкая, какой ни одно пиво нашего мира не давало.

— Держи. — Он всучил мне полную посудину. Я схватила кувшин двумя руками и крякнула от тяжести.

— Возьми поднос, — велел Кло, и когда водрузил тару, я решила, что надорвусь и отброшу коньки в проходе между столами. — А ты, я смотрю, помеченная черным…

Я замерла, не сразу догадываясь, что он имел в виду татуировки: одна на внешней стороне кисти, другая на ладони. Макстен рисовал четко, ярко и крупно, чтобы каждая сволочь могла с лету оценить художественный талант.

Не произнося ни слова, я развернулась и трясущимися от натуги руками потащила поднос к столу студентов. Кувшины звенели, напиток расплескивался. Подавальщицы, следившие за моим осторожным перемещением по залу, ехидно ухмылялись. Лихорадочно соображая, что делать, куда бежать и кого попросить о помощи, я принялась расставлять кувшины, а сама поглядывала на входную дверь, подсознательно ожидая, что сейчас она снова откроется и на пороге заведения для белых магов появится Макстен.

— Гляньте-ка, парни, у нее печать Кернов! — вдруг воскликнул блондинчик и тут же цепко схватил меня за запястье.

— Руку отпусти, — с угрозой приказала я.

Он бесцеремонно ткнул в рисунок пальцем. Кожу словно кольнуло статическим электричеством, и плавные, четкие линии знака вспыхнули алым пламенем.

— Мать честная, живая печать! — охнул за столом один из мальчишек. — В жизни не видел действующей печати Кернов…

— Спишь с черными, подавальщица? — ухмыльнулся блондинчик.

— Интересуешься из любопытства или тоже хочешь попробовать с ними спать? — готовая в любой момент под волшебное «абракадабра» огреть наглеца кувшином с пивом, процедила я.

Парень дернул уголком рта и спросил:

— Он тебя вышвырнул из замка, да? Сколько стоит потискать девку Керна? — продолжал издеваться дигоровец. — Я дам денег, просто назови цену.

— Боюсь, твои родители, недоносок, потом не расплатятся… — ответили ему.

Сначала я решила, что хрипловатый голос Макстена мне послышался от отчаянья и прозвучал исключительно в голове. Но зал оцепенел. Кло замер возле бочки, и пиво щедро полилось через край подставленного к крану кувшинчика. Все еще не веря, я оглянулась через плечо. Макс — живой, а не галлюцинация — стоял на расстоянии полушага.

— Привет, — промычала я. — Мы в притоне белых магов, и еще он очень больно сжимает мне руку.

— Хочешь, чтобы я оставил его без пальцев? — любезно предложил чернокнижник.

— Нет, но мизинец можно отчекрыжить.

Мальчишка мгновенно выпустил мое запястье и спрятал ладошки под стол. Подозреваю, что он на них сел, чтобы наверняка сохранить все пальцы.