Великолепный тур, или Помолвка по контракту - Ольга Пашнина

Меня усадили за отдельным столиком чуть в стороне, то ли понимали, что релакс будет неполным в компании разноцветных подопечных, то ли выделили, как низший сорт. Это вернее, но мне было все равно, главное — я могла еще чуть-чуть насладиться тишиной и покоем. Медовый коктейль, который мне услужливо подлила улыбающаяся фея, действительно был невероятно вкусным — легким, терпковатым, с цветочно-медовым вкусом и едва ощутимой цитрусовой отдушкой. Надеюсь, среди птичек нет аллергиков, а то одним бокалом можно убить слишком чувствительное существо. Впрочем, магия фей считалась одной из самых тонких и деликатных. Она умела приспосабливаться и, вполне возможно, нейтрализовала все, что могло вызвать аллергическую реакцию.

Мой бокал не пустел, я лениво поедала канапешки краем уха прислушивалась к щебетанию птичек, которые делились впечатлениями. Им, в отличие от меня, было с чем сравнить, и я испытала легкую зависть, но потом вспомнила про жизнь в общаге и любовь с мужем по расписанию и резко возлюбила свою работу и безденежье. Уж лучше так. Зато никому ничего не должна и не вынуждена жить среди двадцати девиц разной степени глупости.

Мне было хорошо, пожалуй, даже слишком хорошо, при условии, что коктейль был безалкогольный. Ставшие ватными ноги и разговоры птичек, доносящиеся словно издалека, я списала на общее свое расслабленное состояние после процедур.

— За вами уже приехали, — шепнула мне на ухо фейка, и я деловито поднялась, понимая, что отдых закончился и нужно организовывать курятник шейха, чтобы все переоделись и вышли.

Точнее, я попыталась встать, но поняла, что с первого раза у меня это не получилось. Ноги подкашивались. Я растерянно плюхнулась в кресло и испуганно посмотрела по сторонам.

Оперлась руками о ручки и все же осторожненько поднялась, стараясь удержать равновесие. Птички смотрели на меня с интересом. Феи тоже, а я внезапно поняла, что чувствую себя очень уж странно. Простые действия давались с трудом, а мир словно замедлился.

— Так, — сказала я и сделала паузу, пытаясь сообразить, что нужно изречь дальше. — Сейчас все беремся за руки и идем переодеваться.

— А зачем за руки? — подозрительно пискнули из разноцветной толпы.

Я глянула строго. Птички зашебутились и встали передо мной хороводом.

— Так у нас идти не получится… — растерянно пробормотала мятная.

— Не так! — Я нетвердой походкой приблизилась к своим подопечным и разделила их на пары, построив, как обычно строила школьников.

С удовольствием оглядела плоды своих трудов и, возглавив шествие, направилась прямо к раздевалкам. Птички подозрительно тихо семенили следом. Возражать мне, видимо, боялись. И почему я раньше так не делала? Ведь реально удобно же.

До раздевалки я доковыляла, а вот когда попала в небольшую комнатку со шкафчиком, в котором хранилась моя одежда, поняла, что переодеться не могу. Еще размотать простыню кое-как получилось, но вот влезть в нижнее белье и платье… Это казалось непосильным трудом.

— Почему же я такая странная? — бухтела, запихиваясь в платье с узким корсетом. Почему-то сейчас оно казалось уже, чем было, когда я его снимала.

Все же справившись с одеждой и бросив на себя взгляд в зеркало, я вышла в холл, где меня терпеливо ждали птички (они безропотно опять встали парами) и Ильмир. Шеф стоял прямо у двери, за фонтаном, из которого били золотистые струи. Они имитировали волшебный напиток фей и вообще медовое настроение, но, по мне, больше походили совсем на другую жидкость.

— А вот и я! — провозгласила излишне жизнерадостно и громко. Поймала на себе удивленные взгляды, прокашлялась, поняв, что стоит быть скромнее, и поцокала на шпильках по направлению к своему фиктивному жениху.

— Привет, дорогой! — пропела я и хотела поцеловать его в щеку. Почему-то сейчас это казалось уместным. Хотя Ильмир, видимо, очень сильно удивился и не успел вовремя сомкнуть руки у меня на талии, поэтому я рухнула на мужчину всем своим весом. Он, конечно, поймал меня и даже сам устоял на ногах. Но поймал, за что успел. Точнее, за зад. Теперь уже удивилась и возмутилась я, толкнула его в грудь, шарахнулась, буркнув что-то возмущенное, и, не удержавшись на каблуках, полетела в фонтан, огласив «Медовое царство» заковыристым ругательством.

— Ну, и за что вы так? — проныла из фонтана, и не думая вылезать. Только сняла туфли, аккуратно вылила из них воду и поставила на бортик.

— Хелми-и-и, — угрожающе протянул Ильмир. — Мне кажется, или ты пьяна?

— Ага… — невежливо фыркнула я, усевшись поудобнее на дне фонтана и пытаясь поймать всплывающую юбку платья. — Пыльцой обдышалась.

— Очень на то похоже, — согласился Ильмир и сделал шаг к фонтану. Но потом подумал и остановился, отдав команду феям.

— Помогите, пожалуйста, моей невесте выбраться из воды. И принесите ей что-нибудь переодеться.

— Но-о… — растерянно пробормотала фея-администратор, делая робкий шажок и не в моем направлении.

— Что «но-о»? — возмутилась я из фонтана, и мне подали две руки. К своей чести я не утянула фей за собой, а выбралась на сушу. С волос и платья текла вода, и везти меня домой в таком виде было нельзя. В стороне тихо и понуро стоял гарем, который от меня такого, похоже, не ожидал.

— У нас, к сожалению, нет сменной одежды… — с искренним расстройством в голосе сказала фея-администратор, косясь в мою сторону с брезгливым сожалением.

— У нас только махровые простыни, — поддакнула ей вторая фея, стоявшая поодаль.

— Ну, так чего ждете? — рыкнул Ильмир. — Нам и простыня подойдет.

Я так решительно не считала, но моего мнения не спрашивали. В ближайшей раздевалке вытряхнули из мокрого платья, замотали в простыночку и выдали на руки Ильмиру. Я все еще играла роль независимой и трезвой женщины, поэтому у фонтана влезла в свои мокрые шпильки. И, покачиваясь, направилась к выходу. При этом старательно придерживала на груди махровую простыночку.

Шеф взглянул на меня с тоской, покачал головой, выдохнул, но ничего не сказал. Только пиджачок на плечи накинул и взял под локоть. Видимо, боялся, что я снова куда-нибудь упаду. У него на это имелись все основания. Мотало меня знатно.

Птички даже в команде не нуждались. Ильмир загрузил меня в гондолу, хотя я порывалась проследить за рассадкой гарема и внести свою лепту, но шеф рявкнул:

— Сиди тихо! Как думаешь, твоя беготня в простыне по причалу не привлечет внимания? Ты и так сегодня звезда, Хелми! Умоляю, посиди тихо хотя бы полчаса, пока мы не приедем домой.

Резон в его словах был, и я, повозмущавшись, устроилась в гондоле. И пока Ильмир контролировал, чтобы птички уплыли в нужном направлении, я прикорнула и по доброй традиции задремала. Проснулась, уже когда Ильмир меня извлекал из покачивающегося судна.

— Куда ты меня тащишь? — подозрительно поинтересовалась и уперлась каблуками в пол гондолы. Лодочка начала раскачиваться сильнее, и шеф выругался, а я, упрямо вздернув подбородок, выдала: — Это не мой район. Я поплыву дальше!