Олимпиада. Бубновая дама - Анна Гринь

— И что это? — спросила я сама у себя и перевернула обложку.

Никаких опознавательных знаков ни на тетради, ни внутри не было. Только обложка и с десяток плотных листов, как для рисования.

Еще немного повертев тетрадь, я в раскрытом виде положила ее на стол и как у живой спросила:

— Эй! Есть кто?

Жизнь в магическом мире приучает к тому, что ничего не происходит просто так. И неприметная с виду тетрадка может таить в себе что-то необычное.

Не дождавшись эффекта, я подняла разорванный конверт и попыталась отыскать подсказку уже на нем, но на конверте было лишь проставлено мое имя.

— Все страньше и страньше… — Я нахмурилась, сунула смятый конверт в мусорное ведро и, подступив к тетрадке, велела: — Или показываешь, зачем ты мне, или отправишься в мусорку!

Тут же посередине чистого листа стали возникать одна за одной буквы, складываясь в слова, написанные знакомым и таким родным бабушкиным почерком.

«Не вопи!»

— Бабушка? — опешила я.

«А кто ж еще?» — появилась новая фраза под предыдущей.

— А почему так? Будто мало способов пообщаться, — больше себе, чем ведьме, сказала я.

«Если бы ты не уехала, то мы преспокойно бы сейчас разговаривали по телефону или болтали в скайпе», — сообщила бабушка.

— Ба-а-а, — вспомнив, что так и не написала письмо, а до этого последние несколько недель просто игнорировала бабулю, я покраснела, — я…

«Забудь!» — ответила бабушка.

— Но ты ведь сердишься? — расковыривая рану на своей совести, спросила я.

«В расчете», — после минутного размышления написала бабушка.

— А что это за магия? Впервые вижу!

«Потом в книгах почитаешь», — отмахнулась бабушка.

— Ну, ба-а-а! — привычно заныла я.

«Лучше мне на вопрос ответь».

— Какой?

«Это ты так в академию собиралась или кто-то посторонний в квартире все вверх дном поднял?»

Опешив, я села на стул и несколько минут таращилась на тетрадку, перечитывая слова ведьмы.

— Ну, я кое-что из одежды на кровати и полу оставила… И еще какие-то бумажки в большой комнате… — принялась я перечислять.

«Значит, кто-то забрался и искал».

— Что? — недоверчиво спросила я. — Что можно искать? Это были просто воры?

«Нет, я нашла затертый след магического портала… — принялась рассказывать бабушка. — Он появился через час после твоего перемещения в Подлунный. И это не тот портал, через который ты попала в академию».

Слова возникали медленно, и я нервно постукивала пальцами по обивке стула от нетерпения.

«Перевернули все твои вещи. Похоже, искали какие-то документы. Возможно, фото».

— Что-то пропало? — уже догадавшись, спросила я. — Шкатулка?

«Да, она».

Я откинулась на спинку стула и задумалась.

— Зачем она кому-то?

«Я не знаю, Лип», — отозвалась бабушка, и по почерку я почувствовала, что она очень напугана: строчка съехала вниз, а последние буквы и вовсе вышли дрожащими.

Много лет шкатулка просто стояла на полке в моей комнате. Я даже пыль с нее стирала через раз, а открывала и того реже.

«Я попробую что-нибудь узнать, — решительно написала бабуля. — Будь осторожна, ладно?»

— Хорошо, — ответила я и кивнула.

«Тетрадку спрячь и никому не показывай, — велела бабушка. — Если будут новости, напишу. Проверяй время от времени».

Я захлопнула тетрадку, положила ее в ящик стола.

— Странно… — сказала сама себе и качнулась на стуле. — Там ведь ничего необычного не было. Несколько старых фотографий родителей, какие-то письма.

Не найдя вразумительного ответа, я перебралась на ковер и налила себе кваса в чашку.

— А ты все ешь! — обличительно воскликнула Дина, врываясь в комнату.

Лисса звонко хихикнула и устроилась возле меня, отобрав чашку.

— Мы нашли выход! — сообщила Мелисса задорно. — Готовься, ночью пойдем на дело!

Уговаривали меня девочки долго. Даже не столько уговаривали, сколько наседали с угрозами и требованиями. В конце концов, пришлось согласиться на все и даже предоставить зачинщицам беспредела в виде спонсорской помощи листок, вырванный из учебной тетради.

— Вот! — ползая по ковру и рисуя на бумаге схематичный план академии, выдала Дина. — Вот сюда нам надо!

Я с сомнением рассматривала рисунок, где с большим трудом угадывались объекты. Неровным пятном Дина обозначила земли академии, штриховкой — парк, а квадратиками — здания.

— Это наша общага, — подруга ткнула в надкусанный пончик слева, — а это — главный корпус. — Я глянула на перечеркнутый квадратик. — За ним — корпуса два и три, дальше — оранжереи, а уже за ними, вот здесь… — Мы с Лиссой посмотрели на россыпь точек. — Здесь есть огород. И там профессор травоведения выращивает много всего полезного. Джей сказал, что бодрянец растет под большими дубами. Нужно лишь осторожно пробраться мимо оранжерей, где может кто-то из преподов проводить ночную практическую по цветущим ночникам, — и все.

— И все? — сомнением переспросила я. — А не поймают? Мы же все правила нарушаем.

— Если будем вести себя тихо, то никто не поймает, — убежденно заверила Мелисса. — Да и сколько нам нужно? Мы же корни трогать не будем, а за несколько листочков никто нам…

— …лапки не поотрывает, да? — хмыкнула я, вспомнив, сколько раз бабушка устраивала мне порку за попытки изничтожить ее посадки полезных растений.

— Ну, Липа! — на два голоса взвыли подруги, и мне ничего не оставалось, кроме как махнуть на них рукой и отбросить в сторону логику.

Для вылазки я переоделась в удобную одежду и обувь, пристроила за плечи рюкзак и села ждать, нервно теребя ремешок наручных часов. С девочками мы договорились встретиться в холле общежития в двенадцать, когда все разойдутся по комнатам. Время тянулось медленно, и я все больше переживала из-за нашей затеи, но останавливаться было уже поздно.

Как только часы на прикроватном столике дзынькнули и стрелки дружно указали на двенадцать, я поднялась и отправилась к двери. За порог выходила крадучись, опасаясь встречи с Шишем. С него станется ошиваться где-нибудь поблизости!

Подкравшись к выходу на лестничную площадку, я осторожно заглянула за угол и выдохнула довольно.

— И куда намылилась? — раздалось позади вкрадчивое.

Подпрыгнув и едва не упав, я развернулась и с кулаками бросилась на Шиша.

— Зачем пугаешь?

— Если человеку нечего скрывать, то и напугать его сложно, — сообщил мне Шишень, помахав перед собой книгой. — Так куда?