Утро Судного Дня - Александр Мазин

- А меня тебе не жаль?

- Тебя? - Артём изумленно уставился на Полукровку.

Маленькие глазки неандертальца не выражали ничего. Но Грива почувствовал его тоску.

- Шадаква дал тебе огонь. А ты поджег саванну. В этом пожаре сгорят многие. Я стану одним из этих многих.

«Я ничего не поджигал!» - хотел было запротестовать Артём. Но вместо этого спросил:

- Откуда ты знаешь?

- Знаю. Как ты сейчас знаешь, что Шадаква - мертв. Как знаю, что на самом деле тебе его не жаль.

- Я... Мне... Я не знаю... - пробормотал Артём.

Полукровка был прав. Гриве действительно не жаль Шадакву. Однако, если умрет Полукровка, Гриве это будет небезразлично. Странно, что это приземистое, похожее на помесь гориллы и медведя существо было ему ближе и понятнее, чем человек Шадаква.

- Да, - подтвердил чертов неандерталец, читающий его мысли, - я тебе ближе. Ты не хочешь видеть меня мертвым. Но увидишь.

- Что я могу сделать для тебя, Полукровка? - спросил Артём.

- Ничего. Там, куда приходит огонь, остается только пепел.

- И что теперь? - буркнул Грива. - Мне что, повеситься?

- Это было бы наилучшим выходом, - одобрил Полукровка. - Но ты ведь этого не сделаешь?

- Не дождешься! - отрезал Артём.

Он не хотел верить Полукровке. Не хотел - и не верил.

- Время перемен, - сказал Полукровка. - Оно пришло. Мир станет другим. Или падет. Выбор невелик. И это твой выбор.

- То есть?

- Ты тоже пришел издалека, из того далека, которого нет. Ты можешь занять место Шадаквы.

- И что мне надо для этого сделать? - осведомился Артём. - Голову побрить? Что-нибудь себе отрезать? Или вообще дать обет безбрачия?

- Твое согласие, - Полукровка проигнорировал иронию Гривы. - Открой мне свое сознание - и я открою тебе суть Равновесия. Ты обретешь единство и станешь им. И станешь новым Хранителем. И чужой мир останется по ту сторону.

Грива усмехнулся. Какой он простой, этот плечистый брат по разуму. Дайте нам поправить ваши мозги, и вы полюбите нас не по-детски. Нашел, тоже, дурачка...

- Ты мне не веришь, - констатировал Полукровка.

- Я верю фактам, - отрезал Грива. - Пока что их маловато, чтобы уверить меня в том, что мы на одной стороне.

- Тогда уходи, - сказал Полукровка. - Унеси огонь прочь. Я открою границу.

- В каком смысле?

- Позволю тебе и нескольким охотникам пройти через этот лес.

- И что дальше?

- Дальше - другой мир. Может быть, он окажется слабее твоего предназначения, и ты уничтожишь и его семя. Тогда Равновесие восстановится.

- Годится, - согласился Грива. - Только не уверен, что кто-то из охотников согласится последовать за мной. Тем более, через запретную территорию. Или ты им прикажешь?

- Я не могу приказывать им, - грустно сказал Полукровка. - Я мог говорить лишь с Шадаквой. И с тобой. Вот только ты меня не понимаешь.

- Ну, если под пониманием понимать слепое доверие... - пробормотал Грива. - Тогда ты прав.

- Охотники пойдут за тобой, - сказал Полукровка. - Ты показал свою силу, ты для них - часть Единства. А Единство выше всех запретов. И Шадаквы больше нет, чтобы остановить их.

- Я пойду один, - отрезал Грива. - Прямо сейчас. Посмотрю на твой другой мир - и сам разберусь, что к чему.

- Это вряд ли, - возразил Полукровка. - Один ты ни в чем не разберешься.

- Интересно, почему? - с вызовом поинтересовался Грива.

- Потому что тебя убьют.

- Тогда тебе и вовсе не о чем беспокоиться, - хмыкнул Артём.

- Я не хочу, чтобы тебя убили, - возразил Полукровка. - Я хочу, чтобы ты восстановил Равновесие.

- И сжег еще что-нибудь?

- Именно так, - подтвердил Полукровка. - Только не «что», а «кого».

- Тогда расскажи, почему погиб Шадаква.

- Нет. Но у меня к тебе другое предложение.

- Говори.

- У тебя давно не было женщины.

- Допустим.

- Ты не хочешь совокупиться с одной из наших?

- Наших, это - из твоей породы?

- Из моего народа! - Похоже, Полукровка обиделся. - У нас общая кровь. Я - тому доказательство! У вас может быть очень интересное потомство.

- Может, но не будет! - отрезал Грива. Селекционер, блин. Первобытный генетик.

- Твои сородичи не знают вечности. Наша кровь - знает. В вашем потомстве соединятся две линии власти. Наша кровь сохранит в веках память о тебе. Ты будешь жить вечно.

- Это слова, просто слова, - хмыкнул Грива. - Давай без философии. Скажи что-нибудь более конкретное.

- А если я пообещаю тебе открыть, как ты убил Шадакву? - спросил неандерталец.

- Открой сейчас. Без всяких условий. Докажи свои добрые намерения. Тогда я подумаю.

- Нет.

- Тогда я тоже говорю «нет».

- Жаль, - сказал Полукровка.

Артём чувствовал, что его собеседник по-настоящему огорчен. Но пытается скрыть свое огорчение! Зачем? Может, зря он отказался?

Вспомнился старый, но бессмертный анекдот о внучке Бабы Яги. Он ведь не видел женских особей хомо сапиенс неандерталис. Вдруг они - писаные красавицы?

- Когда ты намерен уйти? - спросил Полукровка.

- Скоро.

- Поторопись, - любезно посоветовал Полукровка. - Если тебе дорога та девушка.

Что это: шантаж, предупреждение? Скорее, второе. Угрозы Грива не уловил.

- Постараюсь, - проворчал Грива.

- Постарайся. И - спасибо.

- За что? - удивился Артём.

- За того, кого ты унесешь с собой в пропасть.

- Не понял...

- Поймешь, когда придет время.

- Больше ты мне ничего не хочешь сказать? - Эта манера говорить намеками и загадками всегда раздражала Артёма. И весьма затрудняла его общение со всякими китайскими сифу.

- Нет.

- Тогда - до свиданья.

- Прощай, - поправил Полукровка. - Мы больше не встретимся.

Как и Грива, он умел чувствовать будущее, но, в отличие от Гривы, знал об этой своей способности. Но чувствам иногда свойственно принимать желаемое за действительное. И на сей раз чувство обмануло Полукровку. Позже они встретятся еще раз. Когда смерть уже положит на одного из них свою костлявую лапу.