Последний рубеж - Андрей Ливадный

Аль Кемран выдержал и это испытание. Если бы он словом или жестом выказал нерешительность, то пленники, являвшиеся такими же, как и он, прирожденными воинами, почувствовали бы это и…

Он не мог объяснить, почему они струсили, почему покорно ведут его, не пытаясь воспользоваться сумраком и напасть, отомстить за убитых на их глазах родичей?

Отгадка была проста, но разум Рашида еще не в состоянии был постичь ее. Ганианцы в отличие от него уже успели свыкнуться с мощью боевых кораблей, они мысли в ином масштабе и в свою очередь были подавлены храбростью человека, посмевшего посягнуть на имущество Альянса, прилетев сюда всего с несколькими «Нибелунгами» и десятком серв-машин.

Наконец нелегкие испытания завершились, или, быть может, они только начинались, когда скоростной лифт вознес их на высоту горных вершин, и раздавшиеся в разные стороны створки дверей открыли проход к главному посту управления крейсера.

Аль Кемран собрал всю свою волю, опасаясь, что пленники заметят землистую бледность на его смуглом от природы лице, и вдруг… его губ коснулась усмешка.

Он вышел из темноты на свет. Его взгляд скользил по бесчисленным постам управления, компьютерным терминалам, и, уже не акцентируя внимания на размерах помещения и количестве аппаратуры, он начал узнавать отдельные системы, блоки управления, комплексы систем, знакомых по опыту многократных полетов на борту "Нибелунга" и непосредственного пилотирования серв-машин.

Страх не исчез, масштабы по-прежнему подавляли воображение, но легко узнаваемые частности помогли ему загнать свои фобии вглубь сознания, снова уверенно и свирепо взглянуть на пленных ганианцев и произнести, не терпящим возражений тоном:

– Сейчас вы будете готовить корабль к старту. Каждое действие пояснять вслух. Если я замечу что-то неправильное, – застрелю виновника на месте.– Взгляд Аль Кемрана заметил, что у большинства терминалов кибернетических систем, управляющих различными исполнительными подсистемами корабля, выдвинуты специальные лотки, а кристалломодули лежат рядом на специальных подставках, накрытые прозрачными полусферами из бронепластика.

– Что это значит?! – Гневно осведомился он, хотя не понимал, как должно быть на самом деле?

Однако властный окрик подействовал. Один из пленных ганианцев, за движениями которого следили короткие стволы штурмовых автоматов личной охраны Рашида, обернулся, и, указав рукой на кристалломодули, пояснил:

– Господин, все корабли попадали на Ганио поврежденными в результате боев. Здесь производился их ремонт и реконструкция. Мы восстанавливали корпуса, ставили новые системы вооружений, заново тестировали все кибернетические цепи управления. Во время технического обслуживания кораблей все модули "Одиночка" по правилам извлекаются из своих гнезд. Они устанавливаются на место только в последний момент, по особому приказу, и тогда технический режим бортовой сети переключается на боевой.

– Корабль может покинуть планету в техническом режиме? – Аль Кемран знал, что модули искусственного интеллекта обладают собственной волей. Еще не хватало, чтобы они не признали власть эмира. А так и случиться, если ганианцы не лгут.

– Сейчас на всех кораблях включен технический режим. Кибернетические системы работают исправно, но без подключения "Одиночек" им нужно отдавать приказы, К сожалению, мы не знаем кодов боевого доступа, господин.

– Автопилоты кораблей можно объединить в сеть. – Не терпящим возражений тоном произнес Рашид. Он знал это по опыту управления "Нибелунгами". Существовал такой режим, когда подчиненные корабли просто повторяют действия ведущего. Однако он сильно рисковал, не будучи уверен, что подобный режим действует и на этих исполинских кораблях.

– Да, господин. – С облечением услышал он ответ ганианца. – В техническом режиме автопилоты могут работать в составе навигационной сети.

Нужно убираться отсюда. Увести корабли и затаиться на избранной планете, пока я не найду способ подчинить своей воле боевые модули. – Лихорадочно соображал Рашид. – Для охраны и сопровождения эскадры достаточно Нибелунгов. Они в случае опасности смогут отбить атаку незначительных сил.

Перспективы, внезапно открывшиеся перед Аль Кемраном в огромном зале ходовой рубки исполинского крейсера, кружили голову, вызывая помутнение рассудка. Он не мог до конца осознать, какая неимоверная мощь попала к нему в руки, но уже не оглядывался на то обстоятельство, что само вторжение на Ганио изначально попахивало безумием и ему просто повезло, что здесь после капитуляции не осталось офицеров Альянса, а модули искусственных интеллектов оказались механически отрезаны от бортовых сетей.

Интуиция подсказывала: тебе улыбнулась удача, эмир, и важно не упустить момент, удержать ее в своих руках.

– Начинайте готовить корабли старту. Когда будет нужно, я передам координаты для гиперсферного прыжка. Проследите за ними. – Приказал он охранникам, чувствуя, что едва стоит на ногах от пережитого с потрясения.

* * *

Джалгет в отличие от Аль Кемрана не испытывал суеверного ужаса перед исполинскими кораблями. Он уже пережил свой шок в момент первого посещения пыльной и жаркой планеты, когда вел разведку, осторожно наводил справки, маскируясь под путешественника, прибывшего из дальних земель. Схожесть ганианского и ширианского языков позволили ему втереться в доверие к нескольким, не особо разборчивым в знакомствах охранникам порта. Вскоре он выяснил, что на Ганио кроме городов, расположенных в долинах, существуют и кочевые поселения.

Остальное оказалось делом не трудным. Простые и суровые нравы местных жителей резко контрастировали с роскошью, в которой жили старейшины Кланов. Исподволь выяснив, какая из родовых общин Ганио выделяла людей для обучения на иных мирах, он, воспользовавшись запасами, хранящимися на борту севшего в пустынных регионах планеты "Нибелунга", преобразился в богатого купца. Благодаря природному уму и смекалке Джалгет быстро понял, что главным товаром на рынках Ганио служит оружие, бытовые андроиды и некоторые образцы бытовой техники, не особенно сложные в обслуживании, но существенно облегчающие жизнь на границе жаркой, смертоносной пустыни.

Тщательно продумав линию поведения, он попросту сыграл на жадности старейшин клана Джамарфат.

В его словах ни разу не прозвучал термин "предательство". Он убедил старейшин, что является межзвездным торговцем (благо те оказались прекрасно осведомлены, что за пределами системы Халиф существуют иные миры). Джалгет привел их к своему кораблю, и посетовал, что вынужден был сесть вдалеке от городов, ибо опасался, что его собьют защитные устройства военной базы. Юсуф видел, как при взгляде на оружие и андроидов разгораются жадностью глаза старейшин. Этих людей нельзя было запугать, но можно обмануть, решил он.

– У меня много такого товара. Десять кораблей. – С достоинством заявил Джалгет. – Я бы мог торговать с вами, но кто даст мне гарантии безопасности?

– А что мы получим в обмен на твою безопасность? – Задал вопрос один из старейшин, осматривая особо приглянувшийся ему короткоствольный штурмовой автомат.