Кровь Амбера - Роджер Желязны

— А когда? Нам нужно еще обсудить так много вопросов!

— Я думал, мы кончили играть в вопросы и ответы.

— Есть кое-что иное…

— Знаю.

Неудобно. Да, Винта весьма привлекательна. И нет — подобныхотношений я с ней иметь не желал. Во-первых, ей от меня нужно было еще что-то,и я не знал, что именно. Во-вторых, Винта определенно обладала неведомыми мнесилами, с которыми я не желал сходиться слишком близко. И как выражался мойдядя Сухай — с точки зрения волшебника-профессионала, — «Не спи с тем,чего не понимаешь». Нет, мы должны оставаться друзьями и только, все прочееприведет к фехтованию высокими энергиями.

Так что я быстро по-дружески поцеловал девушку ивысвободился из ее объятий.

— Возможно, поеду домой завтра, — сказал я.

— Хорошо. Я надеялась, что ты проведешь здесь ночь. Абыть может, и не одну. Я хочу защитить тебя.

— Да, я очень устал.

— Добрый ужин поможет тебе восстановить силы.

Она быстро провела кончиком пальцев по моей щеке, и я вдругпонял, что встречал ее раньше. Где?.. Никак не вспомнить. И это испугало меня.Когда мы снова сели на лошадей и направились в Лесной дом, я начал строитьпланы, как бы удрать отсюда поскорее.

Итак, я сидел в своей комнате и потягивал виноотсутствовавшего хозяина (красное). Глядел на мерцающее пламя свечей, вдыхалпрохладный воздух из распахнутого окна, и ждал. Сперва — когда дом затихнет(уже), потом — когда настанет подходящий момент для бегства. Дверь комнаты былазаперта на задвижку. За ужином я несколько раз повторил, что сильно устал инамерен рано лечь. Я вовсе не считаю себя неотразимым, предметом страсти всехженщин, но Винта дала понять, что готова прийти ко мне. Я же, ни в коем случаене желая обидеть мою странную союзницу и превратить ее во врага, сослался нато, что до смерти хочу спать, и удалился в свою комнату.

Жаль, что нет при мне хорошей книги. Та, что я читал, осталасьу Билла, а выудить ее я не решался — вдруг Винта постучит в дверь, учаяв, что яработаю с силами. Фиона же почувствовала, когда я рисовал Козырь.

Но в дверь никто не стучался. Я сидел, прислушиваясь кскрипам старого дома, к ночной тишине. Свечи таяли, тени на стене удлинялись,плыли при мерцающем свете, словно темный прилив. Я погрузился в свои думы ипотягивал вино. Скоро…

Что это? Показалось, или в самом деле кто-то шепотомпроизнес мое имя:

— Мерль…

И снова. Вроде бы наяву… На мгновение все поплыло у меняперед глазами, затем я понял: возникает очень слабый контакт по Козырю.

— Слушаю, — ответил я, настраиваясь на нужнуюволну. — Кто это?

— Мерль, дружище… Помоги мне, или я пропал…

Люк!

— Ага, сейчас, — ответил я.

Образ становился все отчетливее, стал реальным. Люк стоял,прислонясь спиной к стене, опустив плечи, уронив голову на грудь.

— Если это хитрость, я готов. Слышишь?

Я быстро поднялся, схватил со стола свой клинок и вынул егоиз ножен.

— Какая там хитрость! Скорее! Забери меня отсюда!

Люк поднял левую руку. Я протянул свою. Он тут же обмяк ирухнул на меня. Я пошатнулся и подумал было, что это нападение, но Люк повис намне всей тяжестью, к тому же я увидел, что он весь в крови и в правой рукесжимает окровавленный клинок.

— Давай иди сюда.

Я подхватил его, провел несколько шагов и опустил напостель. Потом отобрал у него клинок и положил на стул рядом с моим.

— Что стряслось?

Люк закашлялся и в изнеможении покачал головой. Сделавнесколько глубоких вздохов, он наконец произнес:

— По-моему, я видел у тебя на столе бокал с вином…

— Да. Держи.

Я взял бокал, в котором оставалась примерно половина, иподнес к губам Люка. Тот стал медленно потягивать вино, время от времени тяжелопереводя дух.

— Спасибо, — выдохнул он, опустошив бокал.

Потом откинул голову и отключился.

Я нащупал пульс — частый и слабый.

— Черт тебя подери, Люк! — воскликнул я. — Нуи времечко же ты выбрал…

Но он этого не слышал. Вся постель была измазана кровью.

Изрыгая проклятия, я раздел его и осторожно обтер мокрымполотенцем, чтобы выяснить, откуда течет кровь. На правой стороне груди зияларана; возможно, было задето легкое. Однако дышал Люк нормально. Оставалось лишьнадеяться, что он в полной мере унаследовал способность нашего рода к регенерации.

Я положил ему на рану салфетку и, придерживая ее рукой, сталобследовать все тело. Повреждено несколько ребер — не смертельно. Левая рукасломана выше локтя. Я наложил на нее нечто вроде шины, использовав перекладиныот сломанного стула, стоявшего за шкафом. Плюс с дюжину порезов и рваных ранразличной тяжести — на бедре, на правой ляжке, на правой руке и плече, наспине. К счастью, артерии задеты не были. Я промыл все раны и перевязал их,после чего Люк стал походить на иллюстрацию к справочнику о первой медицинскойпомощи. Потом я еще раз осмотрел рану на груди и потеплее его укрыл.

Теоретически я знал, что Логрус способен заживлять раны,однако на практике мне не приходилось этим пользоваться. С другой стороны. Люкбыл очень бледен, и лучше уж рискнуть.

Когда я закончил необходимые манипуляции, лицо Люка слегкапорозовело. Я накрыл его поверх одеяла своим плащом и снова пощупал пульс.Теперь сердце у него билось ровнее и сильнее. Чертыхаясь — практика нужна вовсем! — я убрал со стула наши клинки и сел.

Чуть позднее я вспомнил недавний разговор сКолесом-Призраком. Уж не пытался ли Люк заключить сделку с моим изобретением?Ведь он собирался использовать Призрака, чтобы обратить его мощь против Амбера.А сам Призрак спросил меня днем, можно ли доверять Люку. На что я завопил:«Нет!»

Неужели Призрак таким образом вел переговоры, что результатих сейчас у меня перед глазами?

Я достал свои Козыри, перетасовал их и сдал яркий кругКолеса-Призрака, сосредоточил на нем внимание…

Дважды я почувствовал, что приближаюсь к чему-то, и сволнением тщетно повторял попытки. Казалось, нас разделял стеклянный экран. Вчем дело? Призрак занят? Или просто не желает со мной разговаривать?

Пришлось отложить карты. Но они направили мои мысли подругому руслу.