Аромат невинности. Дыхание жизни - Франциска Вудворт

Этот маньяк-собственник не стал тратить времени даром и, наклонив креманку, пролил подтаявшее мороженое мне на кожу, рисуя полосу, начинающуюся между грудей и продолжающуюся до пупка. От холода мурашки побежали по моему телу, а соски сжались, превратившись в горошины.

Глаза дейгасса засветились от удовольствия. Картина ему явно понравилась. Он не прикоснулся ко мне, хоть и ласкал глазами каждый сантиметр моей кожи. Переместившись вниз, сел между моими ногами и, наклонившись, стал слизывать мороженое, начиная с живота, упершись для равновесия руками в постель по бокам моего тела. При этом он не сводил с меня глаз, отслеживая реакцию на свои прикосновения, в то же время давая увидеть мне, какое удовольствие ему доставляет то, что он делает.

Дейгасс напоминал хищника на водопое. Он слегка прикусил мне кожу, заставив меня судорожно втянуть в себя воздух, усиливая этим ассоциацию с хищным животным. Несмотря на то, что было у нас до этого, в его глазах опять начал зарождаться чувственный голод. Как будто он не мог насытиться мной. Самое удивительное, что мое тело отзывалось на это, хотя совсем недавно я была абсолютно уверена, что уж сегодня повторения не захочу точно.

– У тебя есть боевая ипостась? – вырвался у меня вопрос. Просто все эти сравнения разбудили мое любопытство, да и в своих гастрономических экспериментах он стал приближаться к моей груди. Взгляд у него при этом стал такой… такой…

Вопрос оказался для него неожиданным, и он приостановился.

– Почему тебя именно сейчас это заинтересовало?

– Навеяло… от хищных замашек некоторых.

– Ми-ла-я, – как будто лаская этим словом, произнес тягуче он, – я держу себя в руках.

– А мне показалось, что ты меня держишь в руках, – возразила я, потому что лежала в кольце его рук. – Так есть или нет?

– Есть, – кратко ответил он.

А вот это меня заинтересовало. Любопытно, какая она у высокородных? Только отвечать он не спешил, вернувшись к своему занятию, то есть слизыванию мороженого с меня. Его язык добрался до ложбинки и оставил влажную дорожку на коже, а теплое дыхание щекотало меня. Я задрожала.

– И?..

Дейгасс оторвал от моей груди взгляд и посмотрел на меня красноречиво, давая понять, что несколько отвлекаю.

– Что? – спросил он, как будто забыл, о чем мы говорили.

– Каким ты становишься?

– Выше ростом, – сообщил он и слизал остатки мороженого.

– И все?! – не могла поверить я.

– Тебе мало, милая? – спросил дейгасс и поднял над моей грудью креманку. Вот как он это сделал?! Прозвучало так, как будто я попросила его повторить.

– Хватит здесь! – быстро воскликнула я.

– Как скажешь, милая, – не стал спорить он, отстраняясь. – Я тоже считаю, что у тебя есть более сладкие места.

И прежде чем я успела понять, о чем он, мужчина сел в моих ногах и сдернул с меня пижамные штаны.

– Астарт?! – задохнулась от произвола я и, выпутав ноги из штанин, стала отползать назад, сбегая.

– Да, милая. Сейчас, – ласково произнес он, при этом стремительным движением хватая меня за щиколотку и подтягивая к себе. Не успела я даже трепыхнуться, как он наклонил креманку, и растаявшее мороженое залило мой лобок, стекая в промежность.

– Астарт!!! – дернулась всем телом я.

– Сейчас-сейчас. Какая же ты нетерпеливая.

Я набрала полные легкие воздуха, чтобы возмутиться, но в этот момент он склонился и лизнул меня там.

К моему стыду, протяжный стон стал единственным звуком, который я оказалась способна издать.

– Ты умеешь позаботиться о женщине, – признала я, зевнув. Это единственное, что примиряло с его богатым опытом и темпераментом.

Конечно, переспав с уймой баб, прекрасно знаешь, как поухаживать за ними после секса. Высокородный мог дать сто очков вперед любому. Как заботливая нянька, он на руках отнес меня в ванную комнату, сам помыл, высушил полотенцем и отнес обратно в спальню. Я хоть и была выжата, словно лимон, но сил возмутиться насчет того, что не собираюсь спать голой, у меня хватило. Надевать пижаму на меня он категорически отказался. Сам сходил в гардеробную и принес шелковую ночную сорочку на тонких лямочках, с кружевными вставками в области груди и вырезом чуть ли не до ягодиц на спине. Мои слабые брыкания насчет того, что я не надену этот беспредел, он отмел несколькими словами: «Тогда будешь спать голой!»

Спорить мне перехотелось, и я позволила ЭТО на себя натянуть. Правда, он посмотрел на меня таким взглядом, что я засомневалась в правильности своего решения. По-моему, уж лучше было спать голой. Поймав мой несколько напряженный взгляд, он с сожаление вздохнул и укрыл меня покрывалом, натянув его чуть ли не до подбородка. Меня тут же заинтересовал вопрос – это все высокородные такие активные или мне сексуальный маньяк попался?

– Мне льстит, что ты оценила мои способности быстро обучаться, – самодовольно ответил он на мое замечание.

– Что ты имеешь в виду? – Я приоткрыла глаза, которые слипались от усталости.

– Ты первая, за кем я так ухаживаю.

– Как это?! – в замешательстве произнесла я, и даже глаза от удивления широко распахнулись.

– Милая, я привык, что это женщины заботятся обо мне, а не я о них.

– Эм-м… – У меня просто не было слов.

– Обязанность наложницы – угождать и предугадывать малейшее желание своего господина как до интимной близости, так и после, – пояснил дейгасс. – Нет, я бы мог потренироваться на них… – Бросив на меня быстрый взгляд, он тут же себе возразил: – Нет, не мог. Ты единственная, о ком мне хочется заботиться.

Поцеловав меня в лоб, он встал и ушел в ванную комнату, а я проводила его потрясенным взглядом. Умеет он… впечатление произвести. Не отнять.

Когда он вернулся, я все еще лежала без сна, уставившись в ночное небо и осмысливая его слова. Представить не могла, как можно было прожить долгую жизнь и совершенно потребительски относиться к своим женщинам?! Если его слова правдивы, то получается, что он никогда и не любил. Ведь о любимых заботишься и стараешься сделать им приятное.

На этой мысли я сбилась. Если так рассуждать, то выходит, что он меня любит?! Нет, эта мысль показалась бредовой. Я не обманывалась. Хочет – это неоспоримо. Да еще проснулись собственнические инстинкты. Слишком часто я от него убегала, вот он и тянет руки ко мне при каждом удобном случае, желая убедиться, что уже не сбегу.

– О чем задумалась? – спросил меня дейгасс, вернувшись из ванной комнаты. Он был обнажен, не считая полотенца на бедрах, которое он сбросил на пол, перед тем как лечь в постель.

– О справедливости.

– Относительно чего? – не понял он. Я лежала на спине, а он придвинулся ко мне и тут же положил на меня свою руку, обнимая. Да, хватательный рефлекс в действии.