Измененное пророчество - Татьяна Форш

На дареном коне блох не считают.

Эльфийская поговорка

Нас привели в залу, к которой были пристроены три небольшие комнаты. Портал здесь плескался всего один, через который мы и пришли. Провожатый поклонился и с чувством выполненного долга исчез, оставив нас одних.

Пока все располагались, я с любопытством огляделась. Стены в зале и всех трех спальнях были отделаны золотисто-желтым деревом. Идеально ровный пол покрывали толстые, с густым ворсом, ковры. По углам стояли здоровенные вазы, в которых росли небольшие цветущие деревья, издавая тонкий аромат жасмина. Круглые окна открывали чудесный вид на лес, колышущийся на ветру. На стенах висели белесые шары. Как пояснил Велия – разновидность ночных светильников.[10]

Заглянув во все комнаты, я с радостью обнаружила в каждой из них незаметную дверь, скрывающую местный санузел.[11]

Но больше всего меня удивила обстановка, а точнее – мебель. Во всех комнатах, включая зал, вдоль стены стояли странные, невысокие, но широкие, сделанные из дерева скамьи. Барга назвал их лежаками. Кроме них в комнатах стояло по небольшому резному стулу, а во входной зале уютно расположился невысокий длинный стол в окружении низеньких диванчиков.

– Фу-у, как я устала! – простонала Света, сбрасывая мешок на пол у ближайшего лежака. – Я даже готова спать на этих деревянных лавках.

Она изумленно огляделась.

– А что, и правда нормальных кроватей нет? Вот так эльфы! Матрасы зажали! Что и говорить, все лучшее гостям…

– Ты ошибаешься, Великая! На этих ложах очень удобно спать и отдыхать, уж можешь мне поверить, – усмехнулся Барга, скидывая с плеч мешок.

– Ну-у! Когда сильно хочется спать и на камнях очень даже ничего! – ухмыльнулся Лендин.

– Ага! С топором вместо подушки, – услужливо хихикнул Ларинтен.

– Кого поймаю, тот и подушка, – буркнул гном, уходя в одну из комнат.

– Была, не была! – решилась Светка и осторожно опустилась на широкую дощатую лавку. – Ух, ты! Да она мягкая, как перина!

Я, открыв рот, смотрела, как Света проваливается в доски, как в пух. Решив поэкспериментировать, я со всей дури плюхнулась на соседнюю скамью и взвыла от боли. Ощущение было такое, будто бы я шлепнулась на бетон.

– Будь осторожна! – тут же принялся поучать меня Велия. – Это же не ваш мир, в котором все неизменно и монументально. Здесь все по-другому! Этот мир зависит от твоих эмоций и желаний. Это зеркальный мир. Каким ты захочешь, таким он и будет, только нужно до конца поверить в то, что ты хочешь!

– Значит, я хотела отбить себе пятую точку? – возмутилась я.

– Нет! Просто ты не до конца верила в то, что эти лежаки могут быть удобными и мягкими, – он, смерив меня высокомерным взглядом, развернулся и ушел в комнату вслед за гномом.

Чувствуя себя полной дурой, я подошла к Светке.

– Ну-ка, подвинься!

Осторожно устроившись рядом с ней, я с удивлением поняла, что сижу на чем-то теплом и мягком.

– Вот это да! Кайф!!! – восторженно выдохнула я и, упав на спину, закрыла глаза.

– Да-а! Тут всегда так, – хихикнул Ларинтен, исчезая вслед за гномом и магом.

– Не нравятс-ся мне эти эльфийс-ские причиндалы! – недовольно прошипел немногословный Глисс, заворачивая в пустую комнату.

Ферес попытался прочитать нам со Светкой нотации по поводу слов и непонятных иномирных выражений, но мы посоветовали ему проваливать, «пока рога не поотшибали» и бес обиженно фыркая, испарился вслед за заураском.

* * *

Комната, доставшаяся нам, оказалась чуть меньше других. Скинув вещи в угол, мы, открыв потайную дверь, полюбовались на высокий горшок с деревянной спинкой, наполненный чуть зеленоватой жидкостью и ванну, похожую на бутон цветка. Поманив слуг, принесших подносы с едой, Светка тут же приказала наполнить ванну горячей водой и через некоторое время мы, фыркая, блаженствовали, сидя в горячей душистой воде.

– Эй, девушки! – в дверь постучали, и голос Барги вежливо нас оповестил. – Мы прогуляемся по городу, а вы отдыхайте и никуда не уходите, а то заблудитесь.

– Ладно, гуляйте! – милостиво разрешила Светка и едва за дверью стихли голоса, раздраженно ругнулась. – Нет, ну это надо! Мы бы и так никуда не пошли, а сейчас меня просто разрывает желание назло им куда-нибудь уйти!

– Ну, так пошли! Не думаю, что мы настолько тупые, чтобы потеряться в порталах. Все равно кто-нибудь, да объяснит, как добраться обратно! – поддержала я.

– Тогда вперед! – повеселела подруга, вылезая из ванны.

* * *

На наших лежаках, помимо воздушных одеял, простыней и подушек лежали два ярких платья.

– Ух, ты, наконец-то я смогу одеться, как человек! – восторженно выдохнула Светка, разглядывая одежду.

– Ужас, какой! – выразила я восторг. – Ты хочешь быть похожей на клоуна? Эта пестрая тряпка просто вульгарна!

– Ничего ты не понимаешь! – отрезала подруга, напяливая на себя шедевр местных модельеров, который на удивление шикарно на ней сидел. – Да и со своим уставом в чужой монастырь не лезут! Одевайся!

Вот не люблю я все эти рюши, воланы, разрезы и декольте! Я с сожалением поглядела на ожидающий меня наряд, перевела взгляд на свои пыльные доспехи и решилась.

– Ладно, надо приказать, чтобы постирали наши вещи, а пока, за неимением лучшего придется поизображать светофор! Свет, ты мне поможешь, а то я в этих тряпках запутаюсь…, уже запуталась!

Светка, хихикая, натянула на меня платье, расправила юбки и довольно оглядела.

– Ну вот, совсем другое дело! Выглядишь, как куколка! Все эльфы твои!