Война с орками - Милослав Князев

— Очень, — подтвердил вампир. — Такую защиту только сликовники и умели ставить, когда по ту сторону хребта держали свой алтарь.

— Тогда у меня две новости, одна хорошая, другая плохая, — сказала я фразой из книжки с анекдотами князя Ва’Дима. — С какой начинать?

— С хорошей, — ответил главный вампир.

— Шамана я сегодня вечером убила, и орки об этом, скорей всего, еще не знают.

— А плохая какая?

— Напротив лагеря орков есть какие-то развалины, и в них скрывается караван с людьми.

У кровососа и особенно его сообщницы при последних моих словах аж глаза загорелись (неважно, что ночь, я в темноте очень хорошо вижу, не хуже, чем днем). Людской караван они явно не считали плохой новостью. Радость вампиров была вполне понятна — кровь они пьют у всех, а обращают, как правило, только представителей своей расы. Нет, в принципе, могут и любого, только мира в гнезде после этого точно не прибавится. Чуть ли не единственным исключением из этого правила являются группы, в которых старший вампир — эльф. Такому крайне трудно наобращать подчиненных из своего народа, и приходится довольствоваться кем-нибудь другим. Но опять же обычно какой-то одной расой. В большинстве случаев людьми.

Однако радость вампиров по поводу возможности под шумок еще и на людей поохотиться я собиралась охладить, причем даже не запретом.

— Ну так вот, — продолжила я, — там имеются защитные амулеты из сырого мифрила.

Разочарование на их лицах читалось даже яснее, чем до этого радость. Но договорились мы быстро. Вампиры нападают на лагерь орков и делают там что хотят. Так продолжается на протяжении трех ночей, если зеленокожие не сбегут раньше. После чего кровососы уходят и больше мне не попадаются. С моей же стороны было только одно обязательство: если у орков найдется еще один шаман, то убить и его.

Правильно я оценила гнездо как очень нищее. Кроме вожака и малолетки там еще было всего два вампира. Оба на вид деревенские парни одного возраста, которыми, несомненно, когда-то при жизни и были. Причем во внутренней иерархии беспризорница оказалась старше их. Действительно жалкое зрелище.

До места добежали быстро, у вампиров с этим не хуже, чем у меня, а если честно, то и лучше.

— Ну все, теперь каждый занимается своим делом, — объявила я.

Главный вампир кивнул в ответ.

— И чтоб без самодеятельности, — сказала я, обращаясь конкретно к малолетке, которая украдкой поглядывала в сторону наших развалин.

— Не буду, — покорно ответила она.

Потом тихо проникли в лагерь. Если шаман и ставил в этот день защиту против вампиров, то она умерла вместе с ним. Как я и надеялась, шум поднять пока никто не успел, хотя и существовал риск, что обнаружат мертвого часового. Но обошлось. Вампиры, в отличие от меня, с охраной играть не стали и начали именно с них.

Я же первым делом опять залезла в шатер к шаману, проверить одно свое предположение. Обыскала никуда не девшийся труп (это убитый днем в Проклятых Землях встанет первой же ночью, а если после захода солнца, то только на следующую) и обнаружила то, что ожидала. Амулет сликовников! Серебряный.

Вот, значит, как. Сликовники уже и к оркам проникли. Нужно будет князю сообщить, а еще лучше принцессе Ларинэ, у нее со жрецами Слика особые счеты. Не сомневаюсь, что «обрадуется».

Прежде чем выйти из шатра, зачем-то сняла со столба шаманский бубен. Даже не знаю зачем. Вот захотелось, и все. Редко когда отказываю своим мимолетным желаниям, хотя не раз имела из-за этого немалые неприятности. Повесить его в замке вместе с другими трофеями, что ли? Или Серу Дуту подарить? В любом случае, раз взяла, то до нашего лагеря донесу, а там видно будет. Главное теперь в него нечаянно не ударить и не всполошить спящих орков раньше времени.

Больше мне тут делать было нечего, вампиры и сами справятся. Поэтому я тихо вернулась в наши развалины. Незаметно проскользнула почти под самым носом у часовых — потруднее было, чем мимо оркских, — и залезла спать в свою телегу.