Арена 13. Жертва - Джозеф Дилейни

Месяцы учебы текли быстро. Мы с Дейноном упорно трудились и с нетерпением ждали начала сезона на Арене 13. Наконец это время пришло. Грязь на улицах начала подсыхать, пригревало яркое солнце поздней весны. В самую первую неделю сезона должен был состояться поединок Таллуса.

Я пришел посмотреть на бой вместе с Дейноном и Тайроном. Отец Квин заказал места в третьем ряду. Отсюда открывался отличный вид на арену.

Впервые в этом сезоне я снова оказался на зрительском балконе. И, как и раньше, от восторга у меня перехватило дух. Эта арена была самой лучшей, и не только потому, что вмещала до двух тысяч зрителей. Ряды сидений были заново обтянуты дорогой красной кожей, крепкий запах которой стоял в воздухе. Факелы позолотили и посеребрили, в том числе и свисавшую с высокого потолка огромную люстру, которая освещала арену.

Все это недвусмысленно говорило о том, что Арена 13 приносит доход, и немалый. Это была игра богатых людей.

Как обычно, женщины были одеты в дорогие шелка, губы накрашены черной помадой. Мужчины, в зависимости от рода занятий, подпоясались яркими разноцветными кушаками. Помимо терпкого запаха новой кожи нос щекотало благоухание дамских духов.

Не было здесь лишь одного запаха: сладковатого, липкого зловония крови, который я почувствовал, когда в прошлом году впервые оказался на Арене 13. Наверное, это потому, что сезон только начался.

Я с нетерпением ждал той минуты, когда увижу поединки новичков, в том числе Таллуса. Хотелось мысленно взвесить силы противников. Ведь я надеялся с ним сразиться. Если не в этом сезоне, то в следующем точно. Тайрон опасался, что если включит меня в Списки, то на арену заявится Хоб и заберет мою жизнь. Я не осмелился рассказать наставнику о вызове, который бросил джинну в ту ночь в подвале Общины. Даже мне самому теперь это казалось безрассудством. Ведь Хоб наверняка поступит как обещал.

Здравый смысл подсказывал мне, что, несмотря на жажду мести, прежде чем сразиться с джинном, мне нужно набраться опыта. Мне также требовался первоклассный лак с самыми лучшими шаблонами.

Хотя в Списках этого сезона было много новых имен, все с нетерпением ожидали именно этого поединка – боя между Таллусом и Брендоном. Он собрал огромную толпу. Балкон буквально трещал по швам, в воздухе витало напряженное предвкушение. Тотализаторы едва не лопались от ставок. Шагая к своим местам, мы прошли мимо одного из букмекеров. Он кивнул Тайрону, но тот прошел дальше. Тогда букмекер остановил нас с Дейноном и сунул нам под нос стопку красных билетиков.

– Дело верное, – брызгая на нас слюной, затараторил он. – Таллус может проиграть!

Он говорил так быстро, что было трудно понять смысл его слов. Но постепенно до меня начал доходить весь ужас того, что он предлагал. Как-то раз я видел бой насмерть и хорошо помнил, какие ставки там делались. Но Таллус был новичком, и этот тип предлагал разные ставки в зависимости от исхода боя – от ранений до смерти.

– Глубокая рана в пять раз повысит твою ставку, – объяснил он. – Если его искалечат, ставка увеличится в двадцать раз, но это зависит от заключения медиков, которые выдадут официальное свидетельство. Если убьют, ты поднимешь денег в сто раз больше. Он зеленый новичок, мои удачливые друзья! Выступает в первый раз, у него еще мокро за ушами. Один к десяти, что он споткнется!

Мы отрицательно покачали головами и пошли дальше. Ни я, ни Дейнон не делали ставок. Это игра для дураков. Дейнон продемонстрировал это, прибегнув к простейшей математике. У меня и во времена палочных боев тотализатор не вызывал особого интереса; я предпочитал драться сам, а не быть зрителем.

– Что этот тип имел в виду, говоря, что Таллус споткнется? – спросил Дейнон у Тайрона, когда мы остановились у края нашего ряда. – Он хотел сказать, что Таллус наверняка проиграет?

– Он сказал то, что сказал, мальчик: Таллус упадет – споткнется о собственные ноги. Согласно статистике, такое случается с одним из десяти новичков в первом же поединке. Стоит упасть – и тебе уже не увернуться от лаков. Они набросятся на тебя с мечами. В таком случае ранения неизбежны, иногда очень серьезные.

Я был горд тем, что выиграл в двух поединках Турнира учеников. Я сумел взять себя в руки, отбросить нерешительность и страх и избежал падения. Однако первый поединок Таллуса будет проводиться по основным правилам – мечи покроют крансином, чтобы даже мельчайший порез был болезненным. Затем через пять минут соперники выйдут сражаться перед своими лаками. Этот поединок будет гораздо опаснее, чем те, в которых участвовал я, он наверняка нагонит жути на новичка. И ведь Таллусу есть чего бояться.

Красные билеты продавались в основном на тех поединках, где одного из бойцов ждала смерть, хотя они имелись в наличии перед каждым боем – для тех, кому они были нужны. Вы называли имя бойца, и, если он получал травмы, вы выигрывали.

Очевидно, травмы случались не часто, иначе держатели тотализаторов разорились бы в два счета, но все же такое бывало. Сев, я заметил, красные билеты в руках у многих зрителей.

Таллус был новичком. По статистике более чем вероятно, что он получит травму – или несколько. Все было предельно просто. В таких случаях букмекеры предлагали скромные суммы и выигрыш всегда был относительно невелик. Однако зрители жаждали крови и делали ставки, даже несмотря на скромный выигрыш. Но если новичок не падал, букмекеры загребали огромные деньги.