Красный властелин - Сергей Шкенев

Целеуказатель, снятый с разбитого планера и неизвестным образом закреплённый профессором на стволе, доброжелательно подмигнул зелёным светом в знак согласия. Или показалось? Рассказать кому — не поверят! Скажут, сдурел и одичал старшина Свистопляс до такой степени, что даже в оружии бабу видит, да ещё с ней разговаривает. Вслух, конечно, смеяться не будут, но ведь подумают обязательно, сволочи!

Хорошо, что теперь с ДШК можно управляться одному и помощь второго номера не требуется. Вот же мощный человечище Еремей — побормотал с загадочным видом, руками поводил, дунул, плюнул… и кристаллы сами запрыгивают в приёмник и ни разу не промахнулись. Сильное колдунство! Может быть, тоже после войны пойти учиться в университет? Участникам боевых действий сделают скидку в оплате?

Стрелка указателя сменила цвет с зелёного на красный, предупреждая о скором появлении целей, и Твердислав внутренне подобрался. Привстал на колено, высматривая поверх наваленной кучи камней замаскировавшихся товарищей — вроде никого не заметно. Что и требовалось доказать — поставленная профессором завеса невидимости не позволяла заглянуть за неё даже своим. И ещё тот обещал щит от дружественного огня, только бы не хотелось проверять прочность этого щита на собственной шкуре. Мало ли чего… тем более над кристаллами к огнеплюйкам тоже немного пошаманил… Ох уж эти учёные!

— А ну не спать! — Михась ткнул кулаком в бок клюющего носом Никиту. — Изображаем праздник!

Товарищ встрепенулся:

— А я чего делаю?

— А ты дрыхнешь!

— Да ни в одном глазу! — лётчик достал из-за пазухи флягу. — Будешь?

— Нам старший десятник уши оборвёт.

— От медвежьей ягоды и запаха-то почти нет. Тем более. Если взялись играть, так всё должно выглядеть натурально. Не хочешь? Тогда мы с Ефимом…

— Давай, — решился Михась. — Не калодый день драконам в пасть лезем.

Он сделал два долгих глотка, в глубине души надеясь, что слабое вино поможет преодолеть некоторую внутреннюю неуверенность. Даже страх, если честно признаться. Уж больно дело предстояло… как бы сказать… ответственное. И не привыкнешь к такому, хотя за две недели трижды изображали приманку для пиктийцев. Попервой обошлось, а два раза клюнули, к великой радости изобретателя нового метода борьбы с драконами профессора Баргузина.

— Держи, — Михась привычно занюхал рукавом и потянулся к костерку за закуской. — Хорошо пошла.

— Врёшь, тут же почти вода.

— Вру, — согласился Кочик. — Но исключительно для пользы дела, чтоб совсем похоже было.

Да уж, со стороны их посиделки выглядели привалом удачливых охотников, и украшением картины служила полуразделанная драконья туша. Она успела протухнуть и воняла столь гадостно… Но чем не пожертвуешь для придания достоверности! Судите сами — три роденийца сидят у костра и кушают… понятно что кушают. Кто из пиктов удержится от праведной мести? Совершенно верно, никто не удержится.

Лётчики увлеклись праздником, и Михась чуть было не пропустил крик горной совы:

— Летят.

— Где? — завертел головой Никита.

— Какая разница? Улыбаемся, братцы, нам очень весело. Очень, я сказал!

Первым проклятых тварей почувствовал Еремей. Он и сам не мог сказать, как это получается, но точно знал — летят. Сначала драконы ощущались краем сознания в виде чёрных точек, излучающих злобу и ненависть, и лишь после долгого ожидания наконец-то стали видны обычным зрением.

— Одиннадцать звеньев.

— А где остальные? — Матвей не сомневался в возможностях Баргузина, как и не допускал мыслей об ошибке. — Отстали, что ли?

— Не знаю, — Еремей покрутил головой, отгоняя вставшую внезапно перед внутренним взором картинку с атакующими тварями. — Я же не Владыка, чтобы всё знать.

— Жалко… — протянул Барабаш и тут же поперхнулся, осознав двусмысленность своих слов. — Я не про…

— Да понял, не оправдывайся. Тем более место Владыки меня не прельщает. Ладно, к кагулам остальных драконов, будем работать с тем, что есть. Готов?

— Командир обязан всегда быть готовым, — проворчал старший десятник. — Вот одного не понимаю — кто из нас отрядом командует?

— Ты.

— Да?

— А я руковожу. Это разные вещи.

— Спасибо, успокоил.

— Да не за что, после победы сочтёмся. Или кто-то сомневается, что победим?

— Учение Триады всесильно, потому что оно верно! — Матвей ухмыльнулся и поднялся на ноги. — Ерёма, а ты точно ничего не перепутаешь?

— Проваливай! Старшим десятником больше, старшим десятником меньше… Наука требует жертв!

— А эта наука не может обойтись только одними драконами?

— Она попробует. Иди скорее, пока периметр не включен.

Когда Баргузин говорит таким серьёзным тоном, то действительно стоит поспешить. Вроде бы выложенные по кругу камни не должны обижать своих, и необходимый обряд с размазыванием по глыбам капелек крови проведён ещё вчера, но Еремей совсем недавно получил свой дар и не до конца уверен в правильном его применении. Вдруг вместо ловушки получится мясорубка или камнедробилка? Правда, на этот случай у костра, где сидят пирующие лётчики, выкопана глубокая землянка, но до неё ещё нужно дойти. Желательно целым. Молодняку хорошо, их профессор настолько далеко в планы не посвящал, ограничившись постановкой задачи, а каково знающему человеку…

— Я хороший… я хороший… я хороший… — бормотал Барабаш, протискиваясь между глыбами, весом и размерами напоминающими вставшего на дыбы «Левиафана». — Вы тоже очень хорошие, только не вздумайте двигаться. Ну пожалуйста!

Камни успокаивающе гудели и не делали попыток сдвинуться с места. Умные камешки…

— Матвей, пиктийцы на закат от тебя! — голос бывшего профессора, усиленный сделанным из драконьей шкуры рупором, ударил в спину. — Начинаем!

Старший десятник прибавил шагу, переходя почти на бег, и рванул с плеча огнеплюйку.

— Здравствуйте, гости дорогие! — разноцветные шары ушли в небо, зависли на высоте полутора вёрст от земли, сошлись в бешеном круговороте и… и застыли, образовав донельзя непристойную надпись на пиктийском языке. Теперь уж точно мимо не пролетят.

Да, Михась Кочик оказался прав в своём утверждении, что колдунам свойственна не только завышенная самооценка, но и отсутствие чувства юмора. Там, где родениец попросту весело рассмеётся и ответит добродушной, но не менее солёной шуткой, пикт обязательно захочет стереть обидчика в порошок. И уж на предложение поиметь чешуйчатого урода извращённым способом прямо на лету отреагирует обязательно. Такая вот у них злобная натура…

Два звена вырвались вперёд, и Еремей с удовлетворением кивнул. Разведчики, это хорошо. Гораздо хуже, если бы дракониры отправили для разбирательства половину. А так… да пусть смотрят, жалко, что ли?