Вызов - Андрей Валентинов

– Николай, что это с вами? – вдруг спросила Ольга. Келюс почувствовал, что ее тело бьет крупная дрожь.

– Да все в порядке, – нерешительно проговорил он, – мне сейчас лучше, только рука…

– У вас лицо… светится… Извините, Николай…

– Так это же скантр! – бодро ответил Келюс, хорошо понимая, что значок с усатым профилем совершенно здесь ни при чем. – У вас тоже лицо светится. Энергетическое поле!

Девушка нерешительно взглянула на свои руки, потрогала лицо и, похоже, немного успокоилась. Келюс ускорил шаг и вдруг понял, что ему совершенно не хочется покидать подземелье и здесь ему лучше, чем под солнцем. В следующую секунду Николай обозвал себя психом, но странное чувство не исчезало. Он подумал, что сейчас готов вернуться даже в проклятый «Карман» и встретиться лицом к лицу со своими странными преследователями. И Лунин понял, что выйдет из этой схватки победителем…

– Свет! – внезапно крикнула Ольга, и Келюс увидел впереди небольшой дрожащий огонек. Он аккуратно отстранил от себя девушку, достал пистолет и снял с предохранителя.

– Идите тихо! – шепнул он Ольге – Когда я скажу – падайте на землю.

Свет медленно приближался: уже можно было разобрать, что горит большая переносная лампа, вокруг которой суетятся несколько человек в спецовках. Вскоре стали различимы отдаленные голоса. Чей-то громкий, явно начальственный баритон интересовался, куда подевалась какая-то труба. Судя по эпитету, труба явно чем-то провинилась перед говорившим.

– Кажется, водопроводчики, ~ облегченно вздохнул Келюс. – Ну конечно, бином, здесь же коммуникации!..

Они тихо подошли поближе и, убедившись, что перед ними действительно обыкновенная бригада «Водоканалтреста», разыскивающая неуловимую трубу, вышли на свет. Их появление не прошло незамеченным. Воцарилось молчание, парни в спецовках нерешительно переглядывались, стараясь понять, откуда взялись странные гости.

– Добрый день, – взял инициативу на себя Келюс. – Вы разрешите?

~ Да… э-э-э… – выдавил из себя один из парней. Остальные промолчали, очевидно не имея возможности сказать даже это.

– Мы краеведы, ~ пояснил Лунин самым беззаботным тоном, – из Музея истории и реконструкции Столицы. Отбились от группы – А-а-а, – . облегченно протянул какой-то парень, по виду старший, сокровища ищете?

– Не сокровища, – поучительно поправил Келюс, – а библиотеку Ивана Грозного. Читали, наверное?

– Читали, – неуверенно ответил кто-то – Только какая тут, к чертям собачьим, библиотека? За угол зайдешь – до костей продирает!

– – Наука требует жертв, товарищи! Здесь выйти можно?

– Идите вдоль провода, – посоветовал старший. – Там лампы повесили – не заблудитесь.

Келюс, поблагодарив, тронул Ольгу за локоть. Действительно, впереди горел свет, впервые за многие годы в мрачные лабиринты проникло электричество.

– Николай, о чем это вы? – тихо спросила девушка, когда бригада водопроводчиков осталась позади. – Какая библиотека? Здесь что, действительно спрятаны книги Ивана Грозного?

– Ляпнул первое, что в голову пришло, – усмехнулся Келюс. – Хорошо, про библиотеку вспомнил… Ну вот, кажется, и выход.

Они прошли через знакомый Лунину подвал, поднялись по ступенькам и оказались в залитом асфальтом дворике костела.

– Господи, как жарко! – удивилась Ольга. – Неужели за один день так изменилась погода?

Действительно, вокруг ничто не напоминало теплый май. Белое беспощадное солнце заливало город, дышать было трудно, пыльные листья беспомощно свисали с ветвей. Недавно уложенный асфальт проседал под ногами, словно трясина.

– Не один день, – вздохнул Келюс. – В «Кармане» другое время, Ольга. Хотел бы я, бином, знать, сколько мы там пробыли! Ладно, у меня, кажется, есть мелочь.

Они подошли к ближайшему телефону-автомату, и Лунин набрал номер Лиды. К аппарату долго никто не подходил, наконец трубку подняли, и Николай узнал голос девушки.

– Лидуня, привет! – как можно более весело воскликнул он. – Это я, Николай! Как там дела?

На другом конце провода воцарилось молчание, затем Лида пробормотала что-то вроде «О, Боже!», и вновь настала тишина. И вдруг в трубке раздался голос, который Келюс меньше всего ожидал услышать: – Француз! Живой, ёлы! Ну бить тебя некому! Где пропадаешь?

– Фрол! – обрадовался Келюс. – Ты откуда взялся?

– Я?! – возмутился дхар. – Да я уже вторую неделю, ёлы… Ладно, где ты?

– Я у костела. Не забыл еще?

– Ага, – сообразил Фрол. – Стой там и никуда не уходи, понял? А то опять потеряешься, в карету тебя!

– Я не потеряюсь, – пообещал Келюс, но Фрол уже повесил трубку.

~ Ну вроде порядок, – рассудил Лунин. – Сейчас я вас, Ольга, познакомлю с дхарским царевичем. Это хорошо, что он здесь…

Фрол примчался через двадцать минут. Он выскочил из такси, ткнул Келюса кулаком в живот, несколько смущенно пожал руку Ольге и, буркнув: «Приедем, поговорим», – усадил всех в машину. Пока такси мчалось к проспекту Мира, Фрол сидел молча, лишь время от времени оборачиваясь, как будто желая лишний раз убедиться, что Келюс не исчез. Николай и Ольга тоже молчали: говорить не хотелось, слишком многое было за плечами.

– Так ты чего приехал? – спросил Келюс, когда они вышли из машины.

– Потом, потом, – отмахнулся Фрол, – еще спрашиваешь! Не будь тут твоей дамы, ёлы!

Они прошли в квартиру. Лида уже ждала их в передней, сидя в своем кресле, а рядом с нею стоял крепкий бородатый парень в старомодной рубашке-батнике и потертых джинсах.

– Вот, – заявил Фрол, закрывая дверь. – Привел, ёлы! Ну че, когда бить будем?

– Коля… Келюс… Ты жив? – Лида внезапно заплакала. – А мы уже тут…

– Я же говорил, появится! – весело заявил бородатый парень и подмигнул Ольге. – Вижу, Николай, ты не один. Представь, невежа эдакий!

– Ах да, – сообразил Келюс. – Прошу любить и жаловать – Ольга, Ну а это…

– Валерий, – представился бородач. – Однокурсник этого… шкодника.

– Гордость Самарской губернии, – добавил Лунин. – Археолог-любитель без мотора… А это обещанный дхарский царевич.

– Да ну тебя! – возмутился дхар, – Фрол я, Соломатин… Вы, Оля, его не слушайте.

Затем Ольга познакомилась с Лидой, и вся компания переместилась в комнату, где раньше была мастерская художницы. Среди привычных сюрреалистических этюдов, развешанных по стенам, Келюс заметил большую картину, нарисованную сепией. Он всмотрелся и сразу понял, что рисовала не Лида. Ряды огромных, залитых закатным светом сосен тянулись вдоль неширокой лесной дороги. Золотисто-коричневые тона делали рисунок живым. Казалось, лес дышит, а ветви деревьев чуть заметно раскачиваются.

– Это Фрол. – Лида уловила взгляд Николая. – Правда, здорово?