Ричард Длинные Руки - гранд - Гай Юлий Орловский

– Ваша светлость, это Николас Бэрбоун, Харли Квинн и Джизес Крайст, наши соратники, прибыли утром, узнав о вашем прибытии. Можете рассчитывать на них так же, как и на всех нас.

Новоприбывшие едят меня преданными взглядами, я кивком указал им на тарелки.

– Закончим с завтраком, поговорим потом. Хотя, уверен, наш любезный хозяин ввел вас в курс насчет того, что я прибыл только ознакомиться с положением дел. У меня, не скрою, есть свои предложения и некий план, но все будет зависеть от того, насколько крепка будет ваша поддержка.

Барон Дитвольф сказал твердо:

– Ваша светлость!.. Приказывайте.

Граф Меганвэйл вскочил и заспешил к лестнице, по ступеням спускается миловидная женщина с мягким добрым лицом и такой же улыбкой.

Он подал ей руку и отвел к столу. Мужчины поднялись, приветствуя, Изаэль тоже поднялась, глядя испуганно, затем все сели, она постояла, пока я не дернул сзади.

– Моя жена, – представил граф, – леди Лаура. Вообще-то настоящая хозяйка, даже хозяин… это она. Что делать, я чаще появляюсь в полевых лагерях, чем в замке.

Леди Лаура держится тихо и скромно, но я в каждом ее взгляде и движениях замечал ту расторопность и хозяйственность, с которой женщины рождаются, но лишь немногим удается вот так развернуться, не видя барьеров своей инициативе.

Она с любопытством и по-матерински рассматривала Изаэль, что вообще замирает под ее взглядом, как мышонок при виде коршуна, но постепенно отважная, но трусливая, хоть и храбрая, начала понимать, что страшная хозяйка ее не слопает, не растерзает, не прибьет, распрямилась, а с ровной спинкой это такое удивительное существо, что слуги едва не роняют подносы и постоянно сталкиваются, не в силах отвести от нее взгляды.

Когда от поданного на стол запеченного кабана остались одни кости, а мы перешли к десерту, я деликатно вытер губы краем скатерти и поинтересовался:

– Граф, а как на границах Варт Генца? Обычно в таких случаях соседи нехорошо оживляются.

Он покачал головой:

– Нет-нет, ваша светлость, с востока с нами граничат Скарлянды, огромное королевство, но сильно разоренное армией императора Карла из-за своего равнинного положения… С запада – Гиксия, Горланд и Бриттия, а на севере у нас королевство Ирам, достаточно сильное и могущественное, однако пока что либо там не знают о начале у нас гражданской войны, либо пока не решили, как действовать.

Барон Дитвольф добавил почтительно:

– Говоря по чести, только одна заноза, да и та на самом крайнем юге.

Граф кивнул:

– Все верно, барон. Ваша светлость, там один из турнедских лордов продолжает оказывать сопротивление и не признает условий договора между королями-победителями. А это добавляет горечи…

Остальные оживились и начали вставлять реплики, сперва со всевозможным почтением, затем все более напористо. Я слушал внимательно, Меганвэйл, как и эти честные военачальники, вижу по лицам и реакциям, патриоты своей страны, но не все им стоит рассказывать, а так да, понимаю, герцог Сулливан, которого я так и не стал лишать титула, прибыл в отныне его земли, которые я одновременно ему пожаловал и назначил местом ссылки. С ним прибыла и его жена Хорнегильда, хорошо. Принял замок, а затем сразу же, как и водится, начал знакомиться с соседями. Больше всего сошелся, быстро ощутив к нему симпатию, с Зигмундом Лихтенштейном: похожи и ростом, и статью, и характерами, а тут еще Зигмунд ведет освободительную войну с наглыми захватчиками, один против всех, оставленный всеми и брошенный.

Естественно, Сулливан немедленно прибыл на помощь, и вдвоем эти два гиганта в первую же вылазку опрокинули подступившие войска вартгенцев, погнали их, а выскочившие вслед за ними войска побили все тараны и пожгли катапульты, требушеты и гастрафареты, а еще преследовали убегающих и убивали в спину.

Потом, правда, пришлось укрыться за надежными стенами, но и вартгенцы опасались размещать лагерь слишком близко к стене, побаиваясь внезапных вылазок, так что Сулливан как продолжает перебрасывать добровольцев, так и сам проникает к Зигмунду и помогает отражать атаки.