Академия Ринвуд. Ученица темного мага - Алеся Наварро

– Значит, Академии угрожает кто-то, не уступающий по силе самому Торвальдсену?.. – Ливи откинула волосы назад. – Так?

– Возможно, их даже несколько, – ответила Амалия. – Интересно, кому это вообще может быть нужно?

– Темным магам, кому же еще, – авторитетно заявила Агнешка. – Когда-то давно их было много. Но потом всех перебили. Торвальдсен наверняка приложил к этому руку – ему же лет четыреста, не меньше.

– И сейчас уцелевшие решили отомстить. – Ливи покачала головой. – Звучит правдоподобно.

– И один из них преподает боевую магию прямо здесь, – буркнула Амалия.

Завтра ректор Торвальдсен покинет Академию, оставив студентов и профессоров на попечение профессора Кроу. Но если Коннери задумает что-то, та едва ли сможет его остановить. На ум почему-то снова пришла жуткая и неприятная история, рассказанная Бертой. Коннери поднимал мертвых, и хозяйка таверны видела это своими глазами! Разве может темный маг по-настоящему перестать быть плохим? И почему Торвальдсен ему доверяет? На его месте Амалия уж точно задумалась бы – а не замешан ли во всех последних событиях мрачный и немногословный профессор боевой магии?

– Старик Коннери? – удивилась Ливи. – Ну, он, конечно, страшный, но разбить Кристалл?.. Да и зачем ему это?

– Хотела бы я знать. – Амалия выбралась из бассейна и тут же замоталась в полотенце. – Но мне кажется, что без темной магии тут не обошлось.

* * *

…пало еще две лошади. Если так продолжится и дальше, скоро мы вообще не сможем двигаться. Осенние дожди начались слишком рано – или на нас ополчились сами Небеса. Но я не должен, не имею права отступить сейчас. Если то, что говорили Кошка и Бродяга, верно, погода переменилась неспроста. Это дело рук Матабера. А это значит, что он боится. Разве не глупость? Чего ради владыке, который железной рукой держит все Серединные Земли, опасаться горстки голодных и замерзших солдат, которым просто посчастливилось забраться чуть дальше, чем остальным? Половина из нас уже больна, многие ранены. Старики с каждым часом теряют силы, а мальчишек уже слишком мало – они всегда гибнут первыми. Я не знаю, зачем мы продолжаем идти. Но я верю. Верю, потому что только это помогает мне держать меч. Если бы Бродяга был здесь! Он здорово умеет все объяснять. Он сказал, что Матабер боится меня, – и я поверил. В то, что все это не зря. В то, что мне отведена особая роль во всей этой запутанной истории. В то, что я должен добраться до Винтерберга до того, как ляжет снег. Если надо, я пойду один. Пора заканчивать эту чертову войну.

24 августа,

Лето 1242 от Рождения Солнца

Ничего себе! Амалия еще раз вгляделась в расплывшиеся от влаги цифры. Но нет – ошибки быть не могло. Древняя черная книжечка оказалась дневником, написанным почти сто пятьдесят лет назад. Почерк у владельца дневника был ужасно неуклюжим – как будто он толком не умел держать перо. Впрочем, куда больше Амалию интересовал не тот, кто писал эти строчки полтора века назад, а упомянутый владыка Матабер. Едва ли домашнее образование, полученное в Вудсайд Хаус, было лучшим в Ритании, но и отец, и Нянюшка Энн, и госпожа Харрис рассказывали достаточно, чтобы Амалия неплохо представляла себе историю Ритании и Серединных Земель. Но о владыке Матабере ей слышать еще не приходилось.

– Странно, – пробормотала Амалия, чуть ярче зажигая волшебный огонек. – Очень странно.

– Проклятье, ты собираешься спать? – сонно проворчала Агнешка. – Чего ты там шелестишь?

– Послушай… – Амалия спрятала дневник под подушку. – Ты ведь с Серединных Земель, да? Ты когда-нибудь слышала о владыке Матабере?

– Матабер – выдумка для маленьких детей и выживших из ума старух. – Агнешка перевернулась на другой бок. – Кайзер Маркус-Герарт просто был редкостным ублюдком, вот и все.

– Маркус-Герарт? – переспросила Амалия. – Маркус-Завоеватель? Ты про него?

– Отстань. – Агнешка погрозила кулаком. – Если я из-за тебя опять просплю и загремлю на дополнительные занятия – будешь жить с Уранией Клиффорд!