Забавно быть студентом - Маргарита Блинова

Машка, лицо которой тоже не выражало большого желания заглянуть в будущее, неохотно кивнула.

— Вот и славно! — улыбнулась профессор Ревай и… спихнула Машку вниз.

Проследив, как подруга с истошным криком пропала в глубине клубящейся бездны, я глянула на молодую женщину.

— А ваших студентов вы так же обучаете, профессор?

— Да нет! Что ты! — как-то подозрительно широко заулыбалась женщина в ответ. — Ты идешь? — спросила она и, не дожидаясь моего ответа, прыгнула вниз.

Покачав головой и махнув рукой на варварские методы преподавания, я зачем-то глубоко вздохнула, задержала дыхание, словно собиралась прыгнуть в глубокое озеро, а не в массу не пойми чего, и соскользнула вниз.

* * *

— Безобразие! — кричал ВУД, грозно сверкая глазами. — Взлом системы бакетбола! Да как вы только могли докатиться до такого?!

«Ну, как говорится, с кем поведешься, от того и нахватаешься», — прыснул салатовый дракончик.

— Светлая Богиня! — Директор Рохан патетически возвел руки к небу, а затем схватился за голову.

Будь на его голове волосы, изрядный клок уже красовался бы где-то на полу кабинета, но, к счастью, абсолютно лысая макушка мужчины уже давно попрощалась со всеми волосяными фолликулами.

— Подумать только, что во всей этой грязной истории с нечестной игрой замешаны мои лучшие студенты…

«Лучшие студенты» покаянно опустили головы и синхронно вздохнули. При этом Натка усиленно кусала нижнюю губу, чтобы не засмеяться в голос. Талик и Элька сохраняли невозмутимый вид, но и у них дрожали уголки губ. Конни и Ролли так вообще едва заметно пинали друг друга под столом ногами, выясняя, кто продержится дольше.

Слегка повернув голову, я мельком глянула на ряды Темных. Шарги с видом исследователя изучал рисунок на штанах. Кебил и Гафс сидели, скрестив руки на груди, и одобрительно кивали в такт гневным крикам ВУДа, а Крысеныш…

Нет, на него я смотреть не собираюсь!

— Директор Рохан… — жалобно посмотрела на мага Наточка.

— А вам, студентка Флер, я бы вообще советовал держать язык за зубами! — грозно свел брови наш Великий и Ужасный. — Вы же подавали такие надежды в бакетболе! Я столько слышал о вашем выдающемся таланте, а что теперь?

— Что? — удивленно подняла тонкие бровки ведьмочка.

— А все, Наталья! — развел руками пожилой мужчина. — Ушел ваш паровоз!

Подруга опустила голову, закрывая свое лицо водопадом из рыжих кудряшек, и громко хрюкнула, не в силах сдержаться.

— Ну-ну-ну…

Утешающе погладив подругу по плечику, сама я тоже изо всех сил старалась не скатиться до банальной истерики.

Почему нам так весело, когда у ВУДа едва ли молнии из глаз не летят, пока он произносит проникновенные педагогические речи и грозит «выкинуть нас из универа ко всем лаэрдам»?

Просто всего двадцать минут назад нашу команду, в полном составе спешащую к ВУДу «на ковер», перехватил сам Бакет и долго жал руки и восхищенным шепотом признавался, что мы — первые, у кого получилось взломать систему движения платформ.

Итог: Натку, Талика и Эльку позвали на отборочную игру в Лигу. Конни и Ролли получили билеты в первом ряду на ближайший матч. Темным просто вежливо улыбнулись и кивнули головой, что тоже неплохо, ну а мне…

Мне предложили непыльную работенку в офисе по устранению недочетов в перемещении платформ.

Банальщина, конечно, но не наорали, и ладно!

Хотя насчет «не наорали» — это я погорячилась, потому что стоило нам, таким счастливым и окрыленным, дойти до кабинета ВУДа, как нас тут же накрыло волной возмущения и профилактическим бризом директорского негодования.

Со слов директора выходило, что Бакет в бешенстве, независимая комиссия по бакетболу грозит навсегда прикрыть в стенах нашего универа все игры. К тому же по этому случаю возбуждено дело о взломе интеллектуальной собственности, и нас ждут ба-а-а-а-льшие неприятности…

Продолжая похлопывать ведьмочку, пытающуюся замаскировать истерический смех под слезы раскаяния, я отстраненно слушала разбушевавшегося директора и вспоминала увиденное.

Будущее, мягко говоря, не радовало…

Из всех вариантов событий, проносившихся передо мной в зыбком тумане, самым позитивным оказалось видение полностью уничтоженных Светлых земель и ровно половины материка Темных.

Хуже всего, что на основе обрывков видений я никак не могла понять, что, как и когда смогло привести к таким последствиям для нашего мира.

Ни Машка, ни профессор Ревай не смогли дать хоть каких-то зацепок. Поэтому сидела я в кабинете ВУДа и чувствовала себя никчемной. Какой смысл знать, если не можешь повлиять?

— …когда мне сообщили, что приедут лучшие студенты, я и помыслить не мог, что…

— Ап-х-чи! — громко и раскатисто чихнул Крысеныш, прерывая монолог директора Рохана, и громко шмыгнул носом.

— Будьте здоровы, — ошарашенно пожелал немного сбитый с толку ВУД и продолжил: — Так вот…

Но, вопреки пожеланиям, Никлаус глухо закашлялся сухим болезненным кашлем.

Та-а-ак! А это что за диво дивное?

* * *

После воспитательной беседы, которая завершилась нашими коллективными уверениями в глупости и отсутствии инстинкта самосохранения, ребята торопливо разбежались по своим делам. Сославшись на необходимость заглянуть в медблок и показать специалистам больное бедро, я отправила Натку добывать нам ужин, деликатно намекнув, что не откажусь от фирменной печеной картошки, которую готовит Кебил.

Проигнорировав вопрос «И как я его уговорю покормить нас?», развела руками в стороны и неспешно пошла по дорожке парка.

От административного здания до студенческого медблока топать было прилично, поэтому я решила провести время с максимальной пользой для дела.

Активировав камушек для связи, выданный мне новым начальником управления, связалась с дежурным и узнала про состояние дел Эрика.

«Жив, но в сознание так и не пришел», — коротко отчитался немногословный оперативник и тут же отсоединился.

Свернув с дорожки, я сделала дополнительный круг, чтобы немного прогуляться и дать себе время подумать, пока еще не стемнело.

Эх, жаль, что Руслана нет рядом. С ним все как-то проще: и работать, и учиться, да и просто жить. Зря я поверила Крысенышу, зря приняла Светимость, зря! Все зря!

Зарычав от бессилия, я сжала кулаки и, выхватив из рукава кинжал, нанесла пару четких ударов по воздуху, атакуя воображаемую мишень двухметрового роста.

«Вот тебе в печенку! — бушевал боевой дух. — На! Получи по полной».

«Вмажь! Вмажь этой иностранной вражине!» — поддерживало его разбитое сердце.

— Линка?