Тесса Громова. Смертельный ритуал - Лина Алфеева

– У сорогов отсутствует система поручительства? – дошло с опозданием до меня.

– В точку. Сороги не врут. Никогда. Уходят от ответа, замалчивают, увиливают, но не врут. Солгать – значит обесчестить себя. Потребовав от него поручительство главы клана, ты усомнилась в его словах, а это влечет немедленный вызов на дуэль. Как ты думаешь, каковы были бы твои шансы?

– Нулевые? – робко предположила я.

– Скорее, минусовые, – отрезал следователь.

– Я облажалась.

– Верно, – не стал миндальничать Влад. – Ладно, проехали. У всех бывает.

Неудача во время допроса Сорога меня расстроила, но впереди был ещё один важный разговор, поэтому я взяла себя в руки и, вернувшись в кабинет, ещё раз перечитала сводный отчет по делу. Хитрая программа проанализировала все записи и систематизировала факты. Я для себя выделила три пункта: любовная связь жертвы с вампиром, неустановленный препарат, выявленный в её крови, и «Печать плоти». Не забыла я и о паучихе. Если Игорь, тот парень из агентства Егорова, сам не пожалует в Управление, придется напомнить адепту о себе.

* * *

Я почувствовала приближение Ворониной, едва та очутилась на этаже. Кирилл по моей просьбе встретил Елизавету и проводил к допросной. Тихий стук в дверь сопровождался наигранно-бодрым:

– Вызывали?

Я впустила Елизавету внутрь. Вместе с ней в комнату вплыл приторный карамельный аромат. Совсем недавно она снова использовала заклинание поиска.

– Что-то не так? – насторожилась Воронина.

– Что-то потеряли? – задала встречный вопрос я.

Девушка удивленно вскинула голову:

– Как вы узнали? Я же использовала магию не здесь.

– Вы ищете нечто, предназначенное вам. И мне интересно, как оно связано с произошедшим в палате Татьяны Мироновой.

Елизавета затравленно осмотрелась, увидела огонек камеры и нахмурилась:

– Вы не зачитали мне мои права.

– Верно. Однако распознаватель речи не включён. Считайте, что наша беседа носит консультационный характер.

– Хорошо. – Из груди Ворониной вырвался тяжелый вздох.

– Начнем с того, чьим донором была Татьяна Миронова.

– Вы знаете?

– Догадываюсь. Итак? – выдержала паузу я.

– Понятия не имею.

– Не заливайте. Не зная создателя заклинания, вы бы не смогли освободить Татьяну от присоски, выкачивавшей из неё энергию.

Я замерла на полуслове, потому что Елизавета задрала майку – чуть ниже левой груди пульсировали багрово-коричневые руны. Да как же она отважилась на такое?

– Вы перенаправили связь?

– У меня не было выбора. – Она одёрнула майку. – В противном случае Таня не дожила бы до рассвета. Не волнуйтесь. Всё под контролем, по крайней мере пока. Пока у меня ещё есть это. – Воронина поставила на стол небольшой флакон из темно-зеленого стекла.

Я взяла его в руки и взболтала. Внутри находилась какая-то маслянистая тягучая жидкость.

– Что это?

– Экстракт багрянца. Точнее, его остатки.

Багрянец, кроваво-красный цветок из Волшебной страны – чистая энергия растительного происхождения. Что это? Совпадение или подсказка? Вдруг именно багрянец принимала Наталья незадолго до смерти? Недаром же Соколов до сих пор бьётся над загадкой компонента, входящего в состав наркотика, обнаруженного в её крови.

– Но это чудо-растение работает только в мире фейри.

На губах Ворониной возникла самодовольная улыбка:

– У вас устаревшие сведения: багрянец, выращенный в нашем мире, обладает теми же свойствами. Наташа смогла заполучить и прорастить семена. Только не спрашивайте меня, каким образом.

– Каким образом получила или прорастила? – Я поднесла пузырёк к носу и принюхалась: сквозь плотно закрытую крышечку ощущался сладкий пряный аромат.

– Понятия не имею, как к ней попали семена, однако предполагаю, что для выращивания цветка она использовала кровь.

– Свою?

– Вряд ли… Это всего лишь предположение…

– Тогда вампира? Так?

– Да, подозреваю, что в этом был замешан один вампир, – неуверенно произнесла Елизавета.

Нет! Ну как чувствовала, что Наталья связалась с Николаем неспроста.

– Пока у меня есть этот экстракт, я в состоянии таскать на себе паразита, которого сняла с Тани, – грустно улыбнулась Воронина. – Я не смогла остановить Наташу, но я не дам умереть её сестре.

– Это не просто паразит. Если я верно прочла руны, то к вам присосалась нежить. Одна вы не справитесь. Придется обратиться за помощью в совет магов.

– Они захотят меня прочитать. Это поставит крест на моей карьере в академии.

Воронина понуро опустила голову. Она боялась ментальной проверки, выходит, ей было что скрывать. Например, информацию о союзе, заключенном между Мироновой и деймонаром. Воронина знала о нём и сохранила в тайне.

– Сколько у вас времени?

– Дня два-три. Я понимаю, что это против правил, но мне нужна помощь управления.

– Чего вы хотите?

– Помогите мне разыскать багрянец! – незамедлительно выпалила она.

Я снова принялась рассматривать пузырёк, исподтишка наблюдая за Ворониной. Та нервно кусала губы в ожидании ответа.

– А эта порция как у вас оказалась? – Я вернула пузырёк владелице.

– Ната передала для тестирования. Не представляете, что это за штука. Бодрит круче любого энергетика, плюс практически мгновенно восстанавливает магический резерв. Дала бы попробовать, но, сами понимаете, сейчас у меня на счету каждая капля. Я знаю, что Наташа хранила свежие саженцы в квартире вампира, работавшего в «Ночной орхидее»…

– Мне жаль, но вы опоздали. Упомянутый вами вампир мёртв.

Елизавета резко втянула в себя воздух и прижала к груди бутылочку с экстрактом.

– Вы наверняка ошибаетесь. В городе больше сотни вампиров…

– И сколько из них работают в «Ночной орхидее»?

– Стало быть, это все-таки он, – глухо уронила девушка.

– Они были любовниками?

Воронина кивнула и с надеждой посмотрела на меня:

– Вы уверены, что убитый вампир был тем самым Николаем?

– Уверена. Владелец клуба его опознал.

– А багрянец?

– Я побывала в квартире Денисова сегодня ночью, в ней не было следов флоры из Волшебной страны.

Или… были? Недаром земля в цветочном горшке показалась мне подозрительной.

* * *

После ухода Ворониной я помчалась в лабораторию. Соколов выслушал мое предположение насчет связи вещества, обнаруженного в крови жертвы, с землей из цветочного горшка и флегматично кивнул: