Одиночный выстрел - Алекс Орлов

До балки пришлось ехать около двух часов рысью. Дорога была наезжена, и в мирные времена по ней во множестве передвигались целые обозы, но теперь отряду никто не встретился, зато в двух местах были обнаружены останки лошадей и разбитые телеги, а вокруг них – ямы и далеко разбросанные комья земли.

Иногда вдалеке слышался знакомый устрашающий рев, однако в этот раз миновало, и отряд изрядно напуганных гвардейцев наконец спустился в глубокую балку.

Дно ее оказалось непроезжим, но выбирать не приходилось, вокруг расстилались поля, где даже одиночный человек был виден издалека, а враги не дремали и каждые четверть часа где-то неподалеку с ревом проносилась очередная «черная колесница».

Основную часть пути пришлось двигаться пешком, таща лошадей под уздцы. Комья черной земли липли к сапогам, привлекая особенное внимание прелата.

– Вон ведь сколько чернозема, – вслух рассуждал он. – Будь это моя земля, я бы всю балку вычерпал и на поля пустил…

Постепенно заросли в балке становились реже, исчезли кустарники и молодые деревья, наконец Тревис сел на лошадь и поехал первым, прокладывая тропу для своего господина.

– Держись за мной! – сказал прелат Григу и, забравшись в седло, поехал за Тревисом.

Через два с лишним часа пути балка стала мелеть и всадники вышли в густые заросли высокого кустарника, сохранившего достаточно желто-красной листвы, чтобы скрыть отряд от неприятеля.

Прелат приказал спешиться, гвардейцы стали разминать затекшие ноги, прислушиваясь к звукам, доносившимся со стороны ближайшего селения.

– Сержант, двух разведчиков в деревню! – распорядился прелат, и скоро пара всадников понеслась в сторону видневшихся сквозь кустарник домов.

– Вот уж не думал, что после окончания войны с Илкнерами стану прятаться на собственной земле, – сказал прелат, наблюдая из укрытия.

– Это уже земля вашей светлости? – спросил Григ.

– Да, а что тебя так удивляет?

– Но мы плыли от ваших земель ночь и утро, а теперь добрались до них за полдня…

– Ах вот ты о чем… – Гудроф кивнул, довольный наблюдательностью новичка. – Все дело в Глежском языке, участке в три мили шириной, вклинившемся между землями моих соседей. На этот «язык» мы сейчас и вышли из земель прелата Нольдстрема. А плыли так долго еще потому, что пришлось огибать выступающий в море Угольный мыс, ничейную, по сути, землю.

– Но если здесь так близко до моря…

– Да, я понимаю тебя. У меня была такая мысль, сначала я думал затеять войну из-за близкого выхода к морю, потом хотел выменять или выкупить этот выход, но что я мог получить в этом случае? Только кусок открытого всем штормам берега. Даже если построить причал, его разобьет в первую же зиму. А сейчас у меня удобная стоянка в закрытой бухте, и моим кораблям с моря ничего не угрожает.

Вернулась разведка. Чужих в деревне не оказалось, но крестьяне сидели по домам, напуганные грохотом и ревом. По хозяйству почти никто не работал.

Выслушав доклад, прелат кивнул и, повернувшись к гвардейцам, сказал:

– Оставайтесь здесь, со мной поедут только Григ, Тревис и его люди. После того как мы вернемся, вместе двинемся к замку Гудроф.

Чувствуя беспокойство и посматривая на небо, Григ забрался в седло и поехал следом за прелатом и Тревисом, а замыкали группу двое телохранителей. Григ не понимал, зачем прелат тащит его за собой, ведь местности он не знал и правильнее ему было бы остаться с гвардейцами.

Видимо, Тревис уже знал о намерениях своего господина, поскольку без напоминаний подъехал к воротам дома на окраине деревни и несколько раз ударил в них сапогом.

На улицу выбежал хозяин дома. Увидев, кто к нему приехал, он упал на колени и, рыдая, принялся жаловаться прелату на то, как их здесь обижают.

– Сила чужеземная огонь мечет, ваша светлость! Двух мужиков на опушке на куски порвало!

– Поднимись и принеси ключи! – раздраженно потребовал прелат, досадуя, что ничем не может помочь своим крепостным.

Мужик вскочил с колен, побежал в дом и вскоре вернулся со связкой ключей, которую подал Тревису.

– Едем скорее, кажется, я снова слышу этот рев! – забеспокоился прелат и первым поскакал к недостроенному амбару, стоявшему на самом краю деревни.

Где-то залаяла собака, за ней другая, однако угрожающий гул заставил их замолчать.

Всадники спешились под прикрытием широких козырьков амбарной крыши, прелат передал свою лошадь одному из телохранителей и велел то же сделать Григу.

– Бегом! Оно уже близко! – крикнул он и побежал к невысокому холму, в основании которого имелась деревянная пристройка с закрытой на висячий замок дверцей.

– Он пролетит мимо, ваша светлость! – крикнул Григ на бегу, однако прелат продолжал бежать, не доверяя словам новичка.

Остановились они только возле двери, когда угроза миновала.

– Как ты догадался, что оно пролетит мимо? – спросил прелат, переводя дух.

– Не знаю, ваша светлость, просто почувствовал…

– Не просто, совсем не просто, – возразил Гудроф и стал отпирать замок. – Совсем не просто, Григ… Сейчас ты поймешь, о чем я говорю.