Золотой дракон - Наталья Тихая

Я стояла на борту корабля, и смотрела на стремительно приближающуюся деревеньку с портом. Почти три года назад я так же стояла и смотрела, как она удаляется. Силуэт Фира я заметила еще издалека. Я знала точно, что это был он. Эльф стоял на том же месте, что и в момент отъезда. Можно было подумать, что он и с места не двинулся за все эти три года.

Улыбка сама выползла. Да, я заметила, что, вообще, с момента разговора с хранителями почти постоянно улыбаюсь. Даже Киш на теле крутился и вертелся в нетерпении, вызывая желание почесаться. Как же я скучала по своему вредному эльфу.

Кедавр стоял за спиной, все пытаясь меня уговорить снять плащ с накидкой, или хотя бы услышать голос. Он все никак не мог успокоиться, что так и не рассмотрел меня. Знал бы, что видел и сам согласился стереть память, может быть, и успокоился или, наоборот, стало бы хуже. Не знаю, настолько любопытного существа я еще не встречала.

Всю дорогу с острова, помимо предвкушения от встречи с Фиром, меня мучил один вопрос. Как Фир отреагирует на мою внешность? Узнает ли? Нет, я, конечно, не сильно изменилась, но все же изменилась. У меня стало меньше углов и больше округлостей. Даже лицо чуть изменилось, теперь я не так сильно напоминала мышку. Чуть подросла и округлилась. Конечно, мне было пока далеко до девушек и женщин, но за мальчишку уж теперь меня точно никто не примет, как раньше. С волосами мы по-прежнему не особо дружили. Я даже один раз обрезала их, нарушая данное Фиру слово. Но там мало что от меня зависело. Попалась я в ловушку к близнецам. Вот и пришлось отрезать, чтобы не сидеть несколько суток в яме. Теперь волосы у меня не доходили две ладони до попы. Наверно, опять будет ругаться. Мне почему-то очень сильно хотелось понравиться ему. Не так, как могут нравиться девушки парням, а вообще, понравиться и похвастаться. Хотелось, чтобы он меня опять хвалил и говорил, что для него я самая лучшая. Просто мне так не хватало этого на острове. Не хватало его поддержки и его любви. А вот теперь, когда до встречи осталось меньше получаса, я стою и боюсь. Боюсь, что не понравлюсь ему подросшей, и он меня больше не будет так любить, и что, вообще, будет ругать за волосы, за все-все…

Ну, вот почти все, корабль не пришвартуется, просто спускается лодка и Кедавр везет меня на берег, прямо к стоящему напротив Фиру. Я уже могу различить его улыбку, деланно расслабленную позу и глаза, которые цепко следят за каждым моим движением.

Ну вот, лодка на берегу, хочу броситься, как всегда, на этого эльфа, но нельзя, Кедавр поймет, что я девчонка, мальчики так себя не ведут. Фир мне спокойно поклонился.

– Добро пожаловать обратно, мой наследник, – улыбаясь, сказал он.

Я, в ответ, встала на одно колено и склонила голову. Ритуал приветствия в семьях сильнейших. И кто его только принял. Явно никакой любви они друг к другу не испытывали, ведь родные люди или нелюди, после разлуки хотят быть ближе друг к другу: они обнимаются, целуются, плачут, но не стоят на коленях и высокомерно кланяются. Ну, ничего, я его еще затискаю. Ох, как потискаю…

И только когда Фир приказал встать, я смогла подняться и подойти к нему.

– Проводи нас, Кедавр, к своему дому, мы сейчас же выезжаем.

Не прошло и получаса, как мы собрались, и я уже сидела позади Фира на Ветре, он тепло прощался с Кедавром.

– Спасибо, что присмотрел за моим наследником, Кедавр, надеюсь, свидимся не скоро.

– Рад служить сильнейшим. Будь осторожен Фирантеринель. Светлого неба и легкой дороги.

И мы ускакали. Как только деревня скрылась из виду, я со всей силы обняла со спины этого конспиратора. Он явно не ожидал, так как мы чуть не полетели с Ветра. Как же я по нему соскучилась, соскучилась по запаху яблок с шиповником, по хитрым глазам и ласковой улыбке.

– Кьяра,… задушишь… пусти…, упадем же, – я чуть расслабила объятия, и в следующую секунду мы уже стояли на земле, и Фир так же крепко-крепко меня обнимал.

– Как же я соскучился, мой маленький мышонок, ты бы только знала, как я скучал.

– Сам отдал, – мне все еще было обидно, хоть я и понимала, что он поступил правильно.

– Ох, Кьярусь, не обижайся, это были самые длинные три года за все мою такую не короткую жизнь. Больше никуда и никогда тебя так надолго не отпущу. Не смогу, Кьяра, не смогу…

– И я тебя люблю, и очень скучала, Фир, – и я расплакалась, а Фир даже слова не сказал, только крепче обнял и приподнял, так, чтобы я была к нему повыше, и поцеловал в висок. Да так и замер там, между виском и ухом. Вот так вот. Он даже ничего не сказал. Наверно, для него не важно, как я выгляжу, он меня по-прежнему любит, и будет любить, даже если превращусь в ужасного монстра. Как же это хорошо, что он такой…