Страж - Кэтрин Ласки

– Откуда ты узнал? Кто рассказал тебе о нависшей войне и о похищении медвежонка?

Финбар почти кипел от возбуждения, но Фаолан понял, что известие о похищении медвежонка не стало для него новостью.

– Ходят слухи. Я слышал, как об этом говорили между собой совы.

– Совам об этом ничего не известно.

Это было верно, но Фаолан не хотел признаваться, что о похищении и об угрозе войны ему рассказал неудачливый серый охотник, из-за которого он не объявил тревогу, как следовало бы. К тому же Артур не был настоящим серым охотником, он скорее походил на неопытного хвастливого юнца. Но если бы волки узнали, что Фаолан разговаривал с серым охотником, да еще не подал тревоги, то ему грозило бы исключение из Стражи.

Фаолан также не сообщил, что ему известно, где могут держать медвежонка. Если бы волк с пенной пастью укусил кого-нибудь из стражей, болезнь бы мгновенно распространилась по всему Кольцу как лесной пожар. Чем меньше волков отправятся к Яме, тем лучше. Фаолан намеревался сказать, что собирается просто пойти к медведям, без упоминания плана спасения медвежонка, который они разработали с Эдме. Но он не понимал, как завести речь о предполагаемых переговорах.

Чтобы предотвратить войну, он пошел бы на все что угодно. Ему противна была даже сама мысль о том, чтобы сражаться с представителями вида, к которому принадлежала Гром-Сердце. Это все равно, что воевать с самим собой. «Я скорее умру, нежели допущу, чтобы пролилась хотя бы капля их крови».

К фенго подошел Джаспер, темно-бурый волк, второй по старшинству после вождя Стражи. Одна задняя нога доставала только до половины остальных и заканчивалась не лапой, а обрубком с торчавшими во все стороны когтями. Он всегда говорил медленно, словно взвешивая каждое слово.

– Молодой… волк… это совет старейшин по поводу войны. С чего ты взял, что тебе следует находиться здесь? Сколько ты здесь пробыл… – он задрал морду вверх, подсчитывая дни, – одну луну, не более двух… и ты считаешь, что тебе дозволено прерывать старших? Чем ты можешь помочь в этой ситуации?

Фаолана охватывало отчаяние. Он уже был готов рассказать им про Яму, но тут вперед шагнула Эдме, посмотрев своим единственным глазом прямо на Джаспера.

– Я была членом клана МакХитов, вождь. Я знаю, куда они отвели медвежонка.

В пещере повисла тишина.

– Они отвели его в Яму.

– В Яму? Ты хочешь сказать, она на самом деле существует?

– Да, существует. И это ужасное место. Позвольте нам с Фаоланом отправиться туда.

Про Артура она тоже ничего не сказала. «Слава Люпусу!» – подумал Фаолан.

– Я знаю обычаи МакХитов, а Фаолану ведомы обычаи медведей, – добавила Эдме.

– Но разве это не опасное задание для двоих? – спросил фенго. – Тем более если в Яме, как говорят, обитает волк с пенной пастью?

– Опасное. Но опасности Ямы – ничто по сравнению с опасностями войны между медведями и волками. Если мы сможем спасти медвежонка…

– Я понял, к чему вы клоните, – прервал ее Финбар и некоторое время размышлял, прежде чем продолжить. – Мне сообщили, что похищенный медвежонок – не просто медвежонок, а праправнук самого Гризза, Медведя медведей.

В пещере послышались вздохи изумления.

– Да-да, теперь вы понимаете всю серьезность ситуации. Разведчики докладывают о том, что медведи собираются в больших количествах. Если они нападут, то нам не останется ничего иного, как защищаться. Следовательно, действительно было бы только на пользу, если бы Фаолан с Эдме немедленно отправились к этой Яме и постарались вызволить медвежонка. Но, ради Великого Люпуса, соблюдайте крайнюю осторожность! Если кого-то из вас укусят, другой должен оставить товарища умирать. Болезнь не должна распространиться. А тем временем наш рагнайд постарается договориться с медведями. Если вы вернете их детеныша вовремя, то, возможно, нам и удастся избежать войны.

Тут слово взяла Банджа.

– Мне кажется, не стоит отправлять Эдме на спасение медвежонка. В конце концов, она из клана МакХитов. Вдруг она перейдет на их сторону?

– Что? – пролаяли Эдме и Фаолан в крайнем изумлении. Даже сам фенго, похоже, удивился предположению Банджи.

Мех на загривке Эдме встал дыбом, отчего она показалась вдвое больше обычного.

– Ты обвиняешь меня в предательстве? Ты думаешь, я охотно побегу помогать чудовищам, которые вырвали мне глаз и убили мою мать? Ты ненавидишь меня с первого мгновения, как я вошла в эту пещеру. Не знаю почему, но ненавидишь.

– Прекратите! – прорычал фенго. – Сейчас не время ссориться по пустякам.

«По пустякам! – подумала Эдме. – Волчица обвинила меня в предательстве, а он называет это пустяками!»

– Банджа, ты, должно быть немного не в своем уме. Эдме знает, где находится Яма. Фаолан без нее не найдет дороги.

– Откуда нам знать, что она не заведет Фаолана в Яму и не бросит его там?

Не успел никто из собравшихся как следует осмыслить, что же произошло, как пещеру гаддерхила прорезала серебристая молния, а в следующую секунду Фаолан уже стоял над сбитой с ног рыжей волчицей, сжимая ее загривок зубами. Затем он разомкнул пасть, выпрямился и прижал волчицу двумя лапами.