Небесный странник - Владимир Корн

Все выяснилось мгновенно. Раздался звук пощечины в сопровождении женского визга, после чего Род отскочил так далеко и так быстро, что даже удивительно для его комплекции. С мостика, где я в тот момент находился, трудно разглядеть все детали, и сердце мое застучало часто-часто. Нет, конечно, умом-то я понимал, что и визг и ноги никак не могут принадлежать Николь, но попробуй объясни это сердцу!

Слава Богини-Матери, Николь появилась из дверей камбуза вместе с Амбруазом, и лица у них, как и у всех остальных, выражали изумление: откуда на «Небесном страннике», да еще в полете, внезапно появилась женщина? Последнее время они очень дружат, Амбруаз и Николь — девушка пытается перенять у него поварское искусство. Энди, кстати, не так недавно заявил:

— Правильно, Николь, вкусно поесть я люблю, и жена мне нужна такая, чтобы умела готовить.

Тем временем хозяйка визга стремительно вскочила на ноги, судорожно поправляя задравшийся чуть ли не до пояса подол. Справившись с этим всего двумя движениями рук, она заорала на все еще прижимавшего ладонь к лицу Рода:

— Ты что это себе позволяешь, мужлан?!

Тут из подшкиперской на свет появился Энди. Его сильно качнуло в сторону, и он благоразумно присел на сложенный в бухту канат, встряхнув головой, от чего лицо его сильно сморщилось.

Внезапно запричитала Николь:

— Энди! Да как же ты мог? Ты же жениться на мне обещал! Какой же ты после этого негодяй и подлец! И это чуть ли не накануне нашей свадьбы! Ведь я даже ткань на платье присмотреть успела. Бедная я, бедная! О горе мне, горе!

При этом лицо у «обманутой невесты» оставалось самым обычным. А у Энди, якобы ее жениха, на проверку оказавшегося полным мерзавцем, в конце каждой фразы Николь оно сильно морщилось. Причитания Николь прекратила та, из-за которой они и были вызваны. Незнакомка еще раз огляделась по сторонам, посмотрела вверх и заявила:

— Это куда вы меня везете?!

Затем она подошла к борту и посмотрела вниз.

Напрасно я надеялся, что после взгляда на землю с такой высоты девица грохнется в обморок — такое зачастую бывает. Вместо этого она приподнялась на пальцах босых ног, еще раз взглянула вниз, потом на солнце и потребовала:

— А ну-ка быстро поворачивайте обратно, мне уже давно пора в лавке быть!

После чего обратила внимание на запах, доносившийся из камбуза, и закончила совсем уж неожиданно:

— До обеда еще далеко?

«Да лучше бы уж она в обморок упала!» — мысленно простонал я, обратясь к небесам, когда увидел, как на ее гневные крики выскочили из каюты господин Глувер со своим якобы помощником, державшимся за рукоять сабли.

Ну и что они теперь подумают? А ведь это так важно! Мне всегда хотелось, чтобы у «Небесного странника» сложилась определенная репутация, от нее очень много зависит. Например, когда у торговца есть выбор, он всегда предпочтет корабль, о котором ходит добрая слава. А что получается с «Небесным странником»? Перед этим произошел случай, когда мы человека чуть живьем не сварили, сейчас опять незадача…

Взять тот же «Унийский созидатель», корабль, столкнувшийся с башней в Джессоре. Его после того случая иначе как «Итайским разрушителем» и не называли, по названию перевозимого им рома, хотя сама башня нисколько не пострадала. У корабля потом и владелец сменился, и название, а все без толку. Всякий купец, прежде чем иметь с ним дело, всегда честно предупреждал, что башен в том месте, куда они летят, нет, или наоборот — целых три. А у любого из команды, едва он появлялся в таверне, первым долгом спрашивали — башни в городе все целы остались?

Не допусти Создатель, пойдут слухи о «Небесном страннике». Быстро переименуют в какой-нибудь «Небесный бабник» или того хуже — «Небесный шлюшник», у народа язык острый, потом не отмоешься.

Меж тем наша новая пассажирка отправилась прямиком на мостик.

«Она очень даже ничего, — оценил я, глядя, как под ее одеждой колыхается то, чему у женщин и положено колыхаться. — Но что мне теперь делать? Люди смотрят, а она ведь сейчас затеет скандал, требуя вернуть ее в Джессор. Мы еще не успели уйти от него далеко, но возвращаться — дурная примета, потом дороги не будет. Да и наш пассажир начнет возмущаться потерей времени. Хуже всего, что и не высадишь ее: начались степи говолов. Это поблизости от Джессора кочевники уже оседлые, а чуть дальше от него остались такими же дикими, как и двести лет назад. Ну Энди, ну удружил!»

Девушка, разбившая будущее семейное счастье Николь, подошла ко мне с самым решительным видом и потребовала:

— А ну-ка быстро разворачивайтесь обратно!

При этом она успела упереть руки в бока чуть ли не на ходу, а в конце фразы для убедительности стукнула в палубу босой пяткой.

Да уж, ситуация. Спорить с женщиной, когда она завелась, и без того задача трудная, а тут еще и лицо сохранить надо. Будь на ее месте мужчина, за свой тон он у меня уже кубарем по трапу на палубу улетел, но с женщиной так нельзя.

Да повернем мы, повернем, коль уж так случилось. Но ведь нужно и само дело повернуть так, чтобы все выглядело именно моим решением, а не ее прихотью.

Спасибо Гвену и его языку. Сам Гвенаэль в тот момент стоял за штурвалом.

— Капитан, — спокойно заявил он и, что больше всего мне понравилось, с некоторой ленцой. — Не нужно никого выбрасывать за борт, мы ее у говолов на мясо поменяем. Говолы любят светленьких, три овцы точно дадут.

Причем заявил таким тоном, как будто выбрасывать людей за борт у нас обычное дело, но на этот раз ему пришла в голову более удачная мысль.

Затем Гвен сделал шаг в сторону девушки, придерживая штурвал одной рукой, указательным пальцем другой оттянул лиф и нагло заглянул ей за пазуху. После чего, вернувшись на свое место, подытожил:

— А если поторговаться, то и все четыре. У говолов женщины плоские, так что шансы неплохие.

Надо сказать, подействовало. Нежданная пассажирка посмотрела на меня, затем на Гвена, но убедил ее холодно-отрешенный взгляд Рианеля.

— А куда вы направляетесь? — неожиданно спросила она.

— В Хавис, — само собой вырвалось у меня.

— Вот здорово! У меня там родственники живут. Как же они обрадуются, когда я к ним внезапно в гости нагряну!

Тон у девушки был такой, будто вопрос с ее путешествием в Хавис уже решен. И нам с Рианелем оставалось только переглянуться, глядя, как она, уже успокоившись, спускается на палубу.

Подругу на мостике сменил Энди.

— Капитан… Я это… Ну, в общем… — мялся он, пытаясь объяснить случившееся.

— Гвен, — обратился я к рулевому. — А этого мы сможем на мясо поменять?

— Сможем, капитан, — легко согласился тот. — Голову за голову — барана на барана!