Ареал. Обреченные - Сергей Тармашев

Даже от собственного начальства он, Рентген, вынужден утаивать наиболее важные моменты этого дела. Его руководство, представляющее интересы давних друзей Лозинского, которые по совместительству являются главными противниками контрразведчика во всём, в любой момент могло заключить с вице-премьером сделку. По опыту многолетней работы Рентген хорошо знал, как это бывает. Противоборствующие политические кланы постоянно, не останавливаясь ни на секунду, ищут способы борьбы с конкурентами. И если высокое начальство его ногой здесь и сейчас наступило на хвост тандему Белов-Лозинский, это неминуемо означает, что люди этой парочки, в свою очередь, в настоящий момент остервенело роют землю где-то ещё, добывая ответный компромат. И если найдут, то может произойти всё, что угодно. Скорее всего, стороны по обоюдному согласию предадут его труды забвению, и всё останется как прежде. Совет Директоров РАО «Ареал» продолжит пилить бюджет через «отца Селезнёва», а иностранный резидент Меркулов и дальше будет посасывать кровь нашей Родины. В крайнем случае, одного Прокопенко поменяют на другого. Такого же.

Контрразведчик многообещающе скривился. Ну уж нет. Не всё сразу. Пусть это чинушное ворьё рвёт друг друга на части из-за откатов и возможности разворовать бюджет, здесь он бессилен. Так устроена страна, и другой Родины у него нет. В конце концов, эта высококабинетная мерзость в какой-то мере её часть. Со своими нуворишами мы когда-нибудь разберёмся сами, народ не слеп, и терпение его пусть и долго, но не вечно. А вот паразитов извне нужно и можно вычищать прямо сейчас. Давить всяких Меркуловых — это его работа, выполнить которую ему вполне по силам. И он её выполнит! Даже если для этого придётся многим рискнуть. Почему бы нет? В момент смертельного риска острее чувствуется, что ты живёшь, что ты — человек, а не просто пешка в руках политических кланов. К тому же в его случае это действительно благородный риск. И шансов на успех у него неизмеримо больше, чем было у того капитана, что пошёл на верную смерть в Красную Зону.

Рентген аккуратно разложил по панкам многочисленные бумаги, собрал их в увесистую стопку и положил в сейф, а потом бросил взгляд на часы. Пора идти к Белову и делать второй ход. Время для подобных действий как нельзя более подходящее — после недавнего Выброса, потянувшего за собой цепь событий, весь Совет Директоров РАО в полном составе сидит в Ухте, изнывая от безделья. И ничего не поделаешь, Президент негласно взял дело о шпионаже под личный контроль. Как обычно, великая тайна продержалась минут пятнадцать, после чего все заинтересованные лица бросились в поте лица изображать кипучую деятельность, дабы не попасть под неожиданную раздачу приветов и поздравлений. Известия об аресте всех возможных фигурантов дела о шпионаже успокоят Прокопенко, и тем эффективнее будет следующий шаг Рентгена, который контрразведчик тщательно готовил вторую неделю. Да и Совет Директоров расслабится и перестанет вставлять расследованию палки в колёса. Пусть и ненадолго, но появится время полностью сосредоточиться на Меркулове. С ним будет сложнее, резидент на сказку о полном раскрытии дела не клюнет… Эх, людей не хватает, доверенных людей. Сейчас самое время прижать связанную с Меркуловым преступность, но у резидента проплачено сразу несколько чинов местного УВД, и информация иногда уходит «налево». Уголовники стали осторожны и не дают никаких поводов для задержания. Ладно, с этой мелочью он справится. Ворьё от криминала — ничто по сравнению с их коллегами из чиновничьих кабинетов. После предстоящего разговора ему уже никто не станет мешать. Конечно, Белов вскоре поймёт, что что-то не так, но будет поздно. Этого времени Рентгену хватит. Когда на стол Президенту ляжет доклад об аресте Меркулова и полный отчёт обо всех причастных к его шпионской сети лицах, уже никто ничего не сможет замять бесследно. Хотя бы некоторые из виновных ответят за измену Родине.

В дверь постучали, и Рентген разрешил стоящему за ней человеку войти. На пороге показался его помощник.

— Майор Медведь арестован и препровождён в камеру, — доложил он. — Операция по задержанию прошла спокойно. Задержанный не оказывал сопротивления, лишь очень удивился, но довольно спокойно позволил надеть на себя наручники.

— Ясно, — коротко кивнул Рентген. Итак, отсчёт пошёл. — Я к генералу Белову, в ближайшие полчаса на связи меня не будет. Что-нибудь ещё?

— Да, — помощник достал из папки документ и отдал его Рентгену, — вот, только что прислали из Службы по Связям с Общественностью. За учёных из «Губки» хлопочет какой-то юрист. Некто Петров Владислав Петрович, работает в юридическом отделе одной из московских фирм. Мы проверили его по нашим базам, — он протянул своему начальнику вторую бумагу, — он действительно тот, за кого себя выдаёт. Какой-то знакомый Степанова, одно время они вместе работали. Николаева позвонила ему за полчаса перед задержанием, когда Степанов уже сидел у вас в кабинете. Других контактов у подозреваемых с этим Петровым не было. Сам он после того звонка неоднократно пытался связаться с ними, что, естественно, ему не удалось. С тех пор осаждает московский офис РАО, требуя встречи с учёными. Москвичи говорят, что он уже задолбал и пресс-службу, и общественников, и даже секретариат. Всё рвётся в Ухту, добиваться справедливости.

— А мы тут при чём? — пожал плечами Рентген. — Если он не фальшивка, пусть разбираются с ним сами. Их что, надо учить, как это делается?

— Собственно, они и хотят устроить ему небольшой перечень проблем списком на десять страниц, — хмыкнул помощник. — Чтоб не лез, куда не следует, и не мешал людям работать. Но дело Степанова и Николаевой полностью в нашем ведении, и никто не хочет заполнять лишних бумаг. Вот они и запрашивают у нас разрешение на обработку этого юриста.

— Пусть обрабатывают, как хотят. Гражданские мне здесь не нужны, и без них забот хватает, — безразлично произнёс контрразведчик, пробегая глазами документ. — Двадцать восемь лет… отец военный лётчик-афганец… Московская государственная юридическая академия с красным дипломом… понятно, мальчишка в розовых очках. Ещё не разуверился в том, что с помощью закона можно устроить головную боль всем негодяям, даже тем, кто эти законы сам для себя и пишет. — Рентген равнодушно посмотрел на помощника: — Давайте добро ФСБ, пусть занимаются им сами. Сейчас не до ерунды.

Его взгляд на мгновение зацепился за одну из строк текста, и Рентген слегка поднял брови.

— Что он делал в Свердловске-45? — поинтересовался он. — Это закрытая зона, там производится сборка ядерных боеприпасов. Проверяли?

— Да, — лаконично ответил помощник, — он заканчивал там школу, родители его отца живут в этом городе. Никакого отношения к спецпредприятию никто из них не имел. Это простое совпадение.

Контрразведчик на секунду задумался.

— Из этого можно извлечь определённую выгоду. Как известно, если несколько дней тщательно следить за ни в чём не повинным человеком, обязательно обнаружится состав преступления. Пусть летит, — неожиданно разрешил он. — Организуйте ему быстрое прохождение необходимых формальностей, временный пропуск и возьмите билет на ближайший рейс. И позаботьтесь о том, чтобы он узнал об этом не раньше, чем за пять часов до вылета, вместе с предупреждением, что это единственная возможность для него попасть на территорию РАО. Никаких отлагательств, или он летит немедленно, или будет добиваться разрешения ещё год. Свяжитесь с Управлением, как только этот Петров узнает о полёте, пусть глаз с него не спускают. И самое главное: ничего конкретно не объясняйте, но представьте всё так, чтобы в Москве решили, что он нас всерьёз заинтересовал. Эта информация должна случайно дойти до людей Белова. Вопросы?