Наместник - Виталий Останин

– Другой возможности у нас может и не выпасть, – высказал свое мнение Тедань. Маньчжур не желал затягивать миссию и торчать в империи больше, чем необходимо. Понять его было легко – задача безопасника заключалась только в пленении или, на худой конец, казни виновника смерти посла Чжен Ю, которого, как считали маньчжуры, отравил именно он. – У нас четверо одаренных против одного. Даже если он так силен, как вы говорите, мы с ним справимся!

– А если Арцебашев не один? – спросил я. И получил в ответ почти нескрываемый презрительный взгляд брата Яньлинь.

– Если он так силен, что его боится рука князя Благовещенска, зачем ему дополнительная охрана?

Спустя две-три минуты, когда гнев перестал мне мешать мыслить разумно, я уже жалел о сгоряча принятом решении. Но и отменить его не мог – потерял бы лицо перед всей нашей интернациональной бригадой! И, что куда важнее – да, я признаю это! – перед Яньлинь. Льдинки в ее глазах начали трескаться только после того, как я, поднявшись с кресла, без выражения, а на самом деле сдерживая ярость, произнес:

– Значит, берем его сегодня. Алмаз, ты можешь добыть планы здания?

– Конечно, могу, – буркнул хакер. Он явно не одобрял моего решения, но перечить, пользуясь статусом старого соратника, не стал. – Чего там мочь-то? Режимный объект, что ли? Гостиница занюханная!

Татарин едва заметным движением руки активировал над столом голографическую схему комплекса из трех зданий, каждое из которых напоминало цветок лотоса на разных этапах раскрытия. Самое большое – сколько же там этажей? – было полностью распустившимся, стоявшее слева от него раскрыло свои лепестки только наполовину, а справа – являло полностью собранный бутон.

Тяга к гигантизму у минцев была не меньше, чем у строителей коммунизма Советского Союза! Но при этом никакой монументальности – лепестки зданий казались невесомыми, хотя весили наверняка сотни тонн!

– Красотища, верно? – Алмаз произнес фразу с такой гордостью, будто сам спроектировал гостиницу. – Встреча произойдет в центральном бутоне.

Красный мигающий квадратик подсветил нужный нам номер и выдал подпись к нему – двадцать седьмой этаж, комната 2788.

– По меньшей мере, один из участников встречи – минец, – произнесла Яньлинь.

– Почему ты так решила? – уточнил я.

– Номер заказан на некоего Фа Гуньду, – подтвердил догадку берсерка Самойлов.

– Минцы помешаны на приметах и цифрах, – пояснила женщина. – А тут просто идеальная нумерология для деловой встречи. «Двойка» – все хорошее удваивается, «семерка» – единство, а две «восьмерки» – богатство и процветание. Плюс к этому «восьмерка» парная, то есть еще одна «двойка». Очень продуманный выбор места встречи.

Кошмар какой-то! Китайцы что – действительно в это верят? Умея строить небоскребы в форме лотоса? Хотя о чем я? У них члены императорской семьи согласны с периодической «прополкой»! Значит, если Линь права, а она права – кто тут у нас еще настолько разбирается в минских закидонах? – встреча очень важная. Что, в свою очередь, значит, что меры безопасности будут на серьезном уровне. Стало быть, нам требуется побольше людей и техники, чем мы имеем сейчас.

Может, черт с ним, с лицом? Ну, признаю, что не прав был! Погорячился! Чего такого-то? Что там на сей счет говорит моя чуйка и периодически проявляющийся пророческий дар? Молчат, заразы!

– В соседнем здании можно организовать пункт наблюдения, – продолжал презентацию Алмаз. – Вот здесь. Окна этого номера выходят ровно на номер 2788. Все, кто соберется на встречу, будут у нас как на ладони.

– Так мы их берем или наблюдаем? – влез Тедань.

– Наблюдаем, подгадываем момент и берем, – отшил я его. – Ты же не предлагаешь нам лезть вслепую?

– Как именно ты предлагаешь действовать?

Кабы я знал еще! Один раз предложив стратегию боя против сильного одаренного, я чуть было не проиграл. Хорошо тогда Евсеев перехватил управление. Глянул на Самойлова: есть, мол, идеи? Тот слегка дернул плечом, но заговорил:

– Нужно разделиться. Пара на этаже с Топляком, пара на наблюдении из соседнего здания.

– Зачем разделять силы? – не понял я.

– Да нет, нападать-то будем вместе, просто стоит сперва присмотреться.

Хорошо бы Арцебашева как-то ослабить, как тогда миланский ведьмак сделал с ватиканским палачом. Кстати, опровергая все известные о сломанных мирянах факты! Мне-то говорили, что на воздействие ведьмаку требуется время, а тот ведь за минуту что-то со смертецом сделал.

Мысль оттолкнулась от последнего слова, и я вспомнил китайского детектива Ло Яо. И фразу посла, что обсидиановые копьеносцы были самыми сильными ванами ближнего боя. Вот бы нам кто не помешал! Интересно, а его возможно привлечь? Не такая уж и глупая идея, между прочим! Посол отзывался о нем как о верном друге. И хотя мне самому обладатель аспекта Ши нравился не очень, отказываться от сильного бойца в данной ситуации было бы глупо.

Не мешкая, я достал телефон и, игнорируя вопросительные взгляды коллег, позвонил послу. Спросив у того, допустимо ли привлечь к силовой операции детектива. Получив его уверения в полной лояльности копьеносца, набрал номер Ло Яо.

– Что-то удалось узнать? – спросил я китайца после обмена приветствий.

– Есть вероятность встречи объекта за пределами комплекса, но мне неизвестно, где именно. Как раз выясняю.

– Мне известно. Как вы смотрите на то, чтобы войти в команду по захвату?

– Сегодня?

– Да.

– Там будет одаренный?

А он проницательный! Сразу сообразил!

– Да. И очень сильный.

– Вы не возражаете, если я сейчас приеду в посольство? Обсудим детали при встрече.

– Ждем вас, ван Ло.

Дальше пришлось давать пояснения команде, кому я звонил. Маньчжуры, только услышав о том, что наемник относится к роду обсидиановых копьеносцев, не раздумывая согласились.

– Они чем-то похожи на берсерков, – пояснила Яньлинь. – Только используют не чужую энергию, а свою собственную. И только Ши. Бойцы ближнего боя, очень сильные. Сильнее меня.

Слышать такую характеристику от девушки ростом мне по плечо и с телосложением балерины было забавно. Точнее, было бы забавно, если бы я не видел, как княжеский берс Мишико ломал грудные клетки людям голыми руками и отбивал сталь рукой. А Яньлинь ведь посильнее будет.

Еще около часа мы, периодически переругиваясь, шлифовали детали плана. Кто где встанет, как действует, если события развиваются штатно, и как – если все полетит к чертям. В общем, все по Суворову – каждый солдат должен знать свой маневр. Немного злил Тедань, взявший манеру спорить с каждым моим словом. И добро бы что-то предлагал, упрямец раскосый! Нет! Просто спорил: это не так, а здесь не этак! Один раз даже пришлось пригрозить ему полным отстранением от операции, если он и дальше будет вести себя подобным образом. Помогло.