Звездный десант - Василий Орехов

Пестрецов понимающе кивнул. Разумеется, разве можно отказаться в очередной раз продемонстрировать всему миру, что российский император никогда не прощает посягательств на жизнь и свободу своих поданных? Это лучший способ заставить любого урода, для которого жизнь простых людей — всего лишь разменная карта в большой игре, сто раз подумать, прежде чем искать такие карты в русской колоде. Причем доведенный до некого ограниченного или не очень ограниченного круга лиц факт, что для наказания супостатов потребовалось всего лишь три человека, — просто козырной туз.

— Нам невероятно повезло, — отозвался Песец. — К нам в руки попал агент Разведывательного Управления, курировавший их связи с местными мафиозными кланами — ти эйч икс одиннадцать тридцать восемь лукас.

— Ти эйч икс — это очень высокий уровень, — уважительно кивнул Коготь. — Действительно повезло.

— А «лукас», осмелюсь напомнить, код непосредственного подчинения президенту, — сказал Пестрецов. — Прежде чем скоропостижно скончаться от сердечного приступа, этот агент поведал нам массу интересного. Но мы еще до того сумели внедриться в два клана из числа тех, которые внушали подозрения, и немного покопаться в их секретных архивах. И тоже обнаружили там очень и очень много любопытного.

— Наши до сих пор ломают голову, как вам это удалось. Второе Управление столько лет не может наладить на Талголе приличную агентурную сеть, а тут — трах, бах, приехали три отставника и всех построили по стойке «смирно»…

— Во-первых, приехали не просто три отставника, а три бывших Горностая, — уточнил Пестрецов. — Этого не стоит забывать. Сам ведь был Горностаем, понимаешь, что это значит. А вообще-то мы в основном обязаны успехом прелестям Светланы Николаевны. Стоило ей надеть мини-юбку и слегка махнуть бедрами, как наследники мафиозных кланов начали выстраиваться в очередь, дабы припасть к ее руке, и принялись бодаться между собой, как изюбри на весеннем гоне.

Рысь привстала и, вывалив язык, изобразила дурашливый книксен.

— Мы, между прочим, имеем честь находиться в обществе Джулии, чрезвычайной и полномочной невесты дона Глама, главы мафиозного семейства Саггети, — влез Казимир. — А также руководителя службы безопасности клана Кенни Бампера. — Он сделал вид, что приподнимает невидимую шляпу. — Так что запустить лапу в архивы двух слившихся кланов, при столь высоком положении, нам не составило особого труда. Гораздо сложнее было как раз добиться такого положения…

— Я в курсе. Изучал ваши отчеты, — произнес Артемов. — Действительно, все было проделано на грани фола и не вполне чисто, но ведь победителей не судят, верно?

— Мы еще не победили, — напомнила Рысь, придвигая к себе пепельницу. — Кенни, угости даму зажигалкой, будь любезен.

— Хотя если бы вместо нас работали кадровые разведчики, думаю, все было бы гораздо проще, — ввернул Лось, послушно щелкнув зажигалкой. — А то свалились гангстерам как снег на голову три совершенно неподготовленных дилетанта…

Артемов задумчиво перевел взгляд на Песца.

— Ты тоже считаешь, что вас просто бросили безо всякой подготовки в пекло?

— Никто нас никуда не бросал, — хладнокровно ответил Родим. — И ты наверняка это понимаешь. Император не отдавал мне приказа разобраться с этой ситуацией, даже не просил — мы-то с тобой знаем, что просьба императора для вассала равнозначна приказу. Нет, Коготь. Он предложил мне проверить свои подозрения. С полным и особо оговоренным правом отказаться. Александру Михайловичу не нужны были в этой ситуации кадровые разведчики, ему нужны были люди хоть и подготовленные, но дилетанты в разведывательном деле, способные подойти к проблеме нестандартно — либо наоборот, из-за собственного незнания воспользоваться каким-то ходом, который уже давно списан со счетов и нашей разведкой, и контрразведкой противника, а значит, запросто может сработать. И не имеющие никаких связей с профессионалами. Ты сам сказал, что развернуть среди семейных кланов агентурную сеть неимоверно сложно. Профессиональному разведчику, вынужденному избегать чрезмерного риска, почти невозможно забраться на самый верх, поскольку высших постов в кланах добиваются либо родственники главарей, либо люди, десятилетиями сохранявшие верность клану. Разведчик просто не имеет права бессмысленно рисковать, потому что на то, чтобы подготовить и внедрить сюда еще одного профессионала высокого ранга, потребуется много лет и куча денег. И кроме того, разоблаченный разведчик вполне может выдать какие-то стратегические секреты — не мне тебе рассказывать, какие сейчас существуют методики допросов. Мы же, кучка злобных дилетантов, уже семь лет не владеющих никакой важной информацией, полезли напролом, осуществили разведку боем — и неожиданно выиграли. Это был смертельно опасный трюк, и, может быть, именно поэтому у нас все получилось. Сам знаешь, когда шанс не то что выиграть, но и выжить исчезающе мал, многие мелочи перестают иметь значение, многое сразу становится гораздо проще. Перестаешь кланяться летящим в тебя зарядам плазмы, перестаешь прятаться в укрытии — просто бежишь вперед и спрыгиваешь в окоп прямо перед изумленным противником. Нет, брат, император не бросал нас в пекло. Он все просчитал, и если он сделал нам такое предложение, значит, шансы на успех у нас были больше десяти процентов — а для Горностая этого вполне достаточно. И о нас он думал не меньше, чем об успехе дела. Он дал нам уникальный шанс смыть с себя позор за Дальний Приют…

— Какой позор, Песец? — Коготь непонимающе уставился на него. — О чем ты? Вы тогда сделали все, что было в ваших силах. Твое подразделение легло там почти в полном составе…

— Вот именно, Григорий. Вот именно — почти. Мы должны были либо выполнить задание, либо лечь рядом с ребятами. Судьба распорядилась так, что они мертвы вот уже семь лет, а мы по-прежнему дышим и пьем «Боярскую». Лично я считаю, что вышло несправедливо. И Рысь с Лосем так считают. Только когда позор Дальнего Приюта будет смыт кровью тех, кто устроил и осуществил эту бойню, я смогу дышать свободно — и, может быть, вернуться на службу, если на то будет воля Александра Михайловича. Понимаешь?

— Я-то понимаю… — Коготь покачал головой. — И тем не менее… Не надо бы мне это говорить, но вы и сами не маленькие, наверняка понимаете, что к чему… Думаю, это обязательно должно быть сказано, чтобы между нами не оставалось больше никаких недомолвок. Я в разведке фигура не самая крупная и все детали мне недоступны, однако сдается мне, что ваша нынешняя операция очень напоминает дымовую завесу, акцию прикрытия, которая совершенно неожиданно вышла на первый план и превратилась в основную — видимо, главная операция, планировавшаяся изначально с другими резидентами, на каком-то этапе с треском провалилась…

— Это абсолютно не имеет значения, — спокойно сказал Песец. — Ты отлично знаешь: кому-то из подразделения порой приходится совершать отвлекающий маневр, вызывая огонь на себя. И если даже первоначально наша операция была нужна, чтобы просто запустить дезу или вычислить возможного «крота» во Втором Управлении, я все равно считаю, что нам досталась почетная и очень нужная миссия. «Крота», похоже, не оказалось, а наша операция развивается более чем успешно — что ж, Григорий, служу Империи!