Седая оловянная печаль - Глен Кук

– Кто кричал?

– Дженнифер. Она случайно наткнулась на него. Оно погналось за ней.

– Где она сейчас?

– У себя.

– Продолжайте, вы все делаете правильно.

Я отошел от них. Кид и Чейн ругались мне вслед. Я вернулся.

– Кем он был при жизни? – спросил я Питерса.

– Откуда я, черт побери, знаю? – проворчал он. Не мешало бы сержанту, обогатить свой словарный запас: он начал повторяться.

– Секунду.

Я спешил к Дженнифер; ее покои, видимо, были такие же, как у генерала, но этажом ниже. Я дернул дверь – заперто. Я постучался.

– Дженнифер, это Гаррет.

Какое-то шевеление за дверью, потом все смолкло. Она не открыла.

Что ж, ничего удивительного, если учесть, какие страсти рассказывают о проделках оживших мертвецов.

Я попытался еще раз, но Дженнифер не отозвалась. Тогда я вернулся к ребятам. Там все было по-прежнему – хотя всюду валялись вонючие куски разложившейся плоти, существо продолжало неумолимо надвигаться на нас.

Я нашел чистое местечко, с которого мог спокойно наблюдать за сражением.

– Кто это все же был, Питерс?

– Я узнал его. Спенсер Квик. Он исчез два месяца назад. Я узнал его по одежде, никто больше так не одевался. Он носил вещи из черной кожи, воображал, что женщины от этого балдеют. А чего ты, собственно, прячешься там, Гаррет? Хорошо устроился, сукин сын.

Я схватил палаш футов пяти длиной, из тех, которыми в былые времена забавлялись на турнирах рыцари. Попробовал конец. Довольно острый. Я приготовился встретить движущегося к балкону мертвеца.

– Пусть идет.

– С ума сошел! – крикнул Кид. Может, и сошел.

– Отвалите. Прочь с дороги.

– Отойдите, – велел Питерс. Что-то он стал слишком послушным. Они отскочили.

Останки волочились в мою сторону, цепляясь за стену и распространяя зловоние.

– Чего ты ждешь?! – завизжал Уэйн. Я надеялся, что мертвяк нападет на своего убийцу. Но он не напал. Чего и следовало ожидать. Служаки запаниковали, похватали топоры и мечи и принялись размахивать ими. Шестьчеловек и в таком состоянии – чудо, что они не поубивали друг друга.

Я встал в сторонке и смотрел, не воспользуется ли кто суматохой, чтобы убрать еще одного наследника.

Теперь им было где развернуться, и они изрубили мертвеца на мелкие кусочки. Много времени на это не потребовалось: у них были причины стараться. Тайлер, Уэйн и Деллвуд долго не могли остановиться и продолжали рубить уже без всякой необходимости.

Только запыхавшись вконец, они угомонились, хотя еще поглядывали на меня: не приняться ли теперь за старину Гаррета? Судя по всему, бравые вояки сочли, что я помогал им не слишком усердно.

– Ладно, сейчас надо позаботиться об остатках, лучше всего собрать все куски и сжечь. Питерс, расскажите мне о Квике поподробнее. Каким он был и как так вышло, что исчезновение его никому не показалось странным?

Чейн готов был взорваться. Но я не позволил ему вмешаться и продолжал:

– Чейн и вы, Питерс, и вы, Тайлер. Я хочу, чтоб вы вышли со мной. Мы попробуем пройти по его следам.

– Что? – Чейн судорожно сглотнул. – По следам?

– Да. Я хочу понять, откуда он вышел. Может, от этого будет толк. Чейн затрясся.

– Должен признаться, я оказался полным дерьмом. Я боюсь. За все годы в Кантарде я ни разу так не боялся.

– Ты никогда не попадал в такие ситуации. Это пройдет. И нечего стыдиться, со всяким случается.

– Мы потеряли не одного Квика, – сказал Питерс. – Они что, все явятся?

– Вряд ли. Мертвяки не сваливаются вам на голову пачками, как правило. – Я припомнил парочку историй: например, о Дикой Охоте – целая банда всадников-мертвецов охотилась за живыми. – Вы видели, что оно еле ползает. Будьте начеку, тогда сможете перехитрить его. Главное, спокойствие. Единственное средство прекратить их нашествие – принести в жертву настоящего убийцу.

– О Боже! – вскричал Чейн. – Ему без разницы, ему нужен кто-нибудь. Кто угодно. Подумаешь, мол, просто еще одна славная ночка, в армии таких было немало.

Но я притворялся. На самом деле я был жутко напуган.

– Вооружитесь, если так будете чувствовать себя уверенней, и обязательно захватите топоры.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Гаррет, – пробормотал Питерс.

Я не знал. Я просто старался громкими распоряжениями и активными действиями заглушить страх.