Артефактика. От теории к практике - Любовь Ремезова

Вообще-то дальше я по плану должна была отправиться за верстак и заняться подготовкой костяной пыли, которой ограничивают линии пентаграмм при силовом наполнении артефактов. Но Макс отмел это занятие как несущественное и снова усадил меня за стол, торжественно вручив несколько папок и кипу разрозненных листов, оказавшихся эскизами, чертежами и техническими описаниями разнообразных артефактов. Абиес требовала немедленно, сейчас же, еще вчера, привести в порядок документацию по заказам, выполненным с начала этого года, а заниматься этим Великому прима-мастеру самому, естественно, недосуг.

— Это очень познавательное занятие. — Он ободряюще похлопал меня по плечу, едва не заставив шарахнуться, — я-то думала, к карандашам полезет.

Впрочем, как выяснилось позже, это было совершенно необязательно. Спустя несколько минут один из них от неосторожного движения головой вылез из пучка и звонко покатился по полу, а за ним тут же второй, не выдержав в одиночку непосильной ноши.

— Ты чего сегодня разбуянился? — веселился мастер Шантей. — Хватит уже вещи по мастерской раскидывать.

Я непримиримо поджала губы, скрутила новый пучок и вонзила в него карандаш, как меч в грудь заклятого врага, с твердой уверенностью, что уж теперь-то прическа просто не может развалиться. В ответ на этот мой жест артефактор только усмехнулся одним уголком рта и вернулся к прерванной работе.

Полчаса прошли в тишине, нарушаемой только шелестом переворачиваемых мной бумаг и шорохами, доносящимися от рабочего стола прима-мастера. А затем я не поверила своим ощущениям, когда почувствовала, как карандаш медленно и неотвратимо вываливается из волос, и те — в который раз! — стремительно разворачиваются, рассыпаясь по плечам подпрыгивающими кудряшками.

На этот раз Макс шанса не упустил, качнулся на стуле, поставив его на две ножки, откинулся на спинку и протянул руку, чтобы ловко подцепить кончиком пальца один из самых крупных локонов, оттянуть и… Боммм-к! Тот мгновенно вновь свернулся в тугую спиральку, несказанно развеселив мастера. Ножки стула стукнули об пол, возвращаясь в первоначальное положение, и мужчина как ни в чем не бывало вернулся к работе, оставив меня едва ли не рычать от злости и бессилия.

Проклятье! Да это просто невозможно!

Проклятье?..

Я уставилась на затылок артефактора со все возрастающим ощущением, что меня в какой-то момент подло надули, провели как младенца… Проклятье!

Рывком отодвинув стул, я вскочила, торопливо заглянула под стол, перерыла все ящики, сунула нос под все бумаги, в банку с карандашами, под стул, в сумку даже… ничего. Я растерянно замерла, опершись на столешницу и кусая губы. Если мои догадки верны, то он должен быть где-то здесь! На расстоянии не больше метра, полутора максимум.

— Кудряшка, позволь узнать, ты чем занимаешься?

Я перевела взгляд на мастера. Спокоен, гад! Даже не улыбается, смотрит серьезно и вдумчиво, будто на самом деле не понимает. Ни хитринки, ни смешинки в серых глазах, только искреннее любопытство. И карандаш крутится в длинных пальцах, выписывая пируэты… Да нет же! Не могла я ошибиться!

А поэтому не ответила, только зло сдула упавшую на лицо прядь и плюхнулась обратно на стул, вновь подтягивая к себе бумаги, но не различая в них ни слова. Куда… ну, куда он мог его деть?

— Мальчик мой, будь так любезен, принеси мне звездную пыль… она там. — Мастер неопределенно махнул рукой в сторону полок с ингредиентами.

Раздраженная и взвинченная, я мысленно пробубнила «вам надо — вы и несите», но метнулась к неровным рядам коробок и ящичков и зажгла над ними свет, чтобы лучше разглядеть надписи.

Вспыхнувшая над головой лампа что-то сдвинула в мозгах. Я едва не закричала «эврика!», забыв про пыль, и почти уже бросилась проверять догадку. Но опомнилась, безошибочно схватила нужную коробочку, почти бегом отнесла ее мастеру и, вернувшись к своему столу, задрала голову вверх, разглядывая висящую над ним лампу. Свет для артефактора крайне важен, поэтому лампы висят над каждым рабочим местом.

Я взгромоздилась на стул и привстала на цыпочках.

Есть! Во-от он голубчик! Попался!

Нет, ну каков гад! Я-то думала, он мне «невезение» подбросил, а тут куда более изощренный вариант. Теперь даже и непонятно, злиться мне на мастера или восхищаться столь виртуозной фантазией примы. Неудивительно, что ни заколка, ни карандаши с моей шевелюрой под влиянием этого амулета не справились.

Простенький амулет на «отторжение», какие массово производились большей частью для нужд сельского хозяйства: садов, полей и огородов. Вот только вместо образца культуры, от которой должны отгоняться бабочки-гусеницы, улитки-лягушки, в скорлупку в центре был помещен на удивление знакомый закрученный спиралью волосок.

Я перевела взгляд на Макса, чувствуя, как во мне закипает здоровое бешенство. Он же смотрел на меня, стоящую на стуле, снизу вверх, светло и безмятежно, с легким недоумением: чего это стажерке приспичило по потолкам скакать.

Сразу стало ясно — не признается! И уж тем более не извинится. Сделает каменную физиономию, и хоть ты тресни — я понятия не имею, откуда этот предмет взялся в моей мастерской, что вы такое придумываете, стажер Аттария? Уж не сами ли вы его привесили, чтобы запятнать мое честное имя?

Кажется, это стало последней каплей. Здоровое бешенство начало медленно переплавляться в азарт. Ах так?! Ну, я ему покажу! Я ему такое устрою!

Стараясь скрыть торжество в глазах от осенившей меня гениальной идеи, я с самым невозмутимым видом повесила амулет обратно и спустилась, возвращаясь к работе.

Пусть пока радуется и празднует победу, потерплю. Но месть моя будет страшна!

Для свершения этой самой жуткой мести, правда, пришлось дождаться первых чисел октября, когда в мастерской выдавали жалованье. Стажерскому заработку, конечно, не сравниться с окладами мастеров, но в отличие от остальных однокашников я получала полную ставку подмастерья. Мастер Шантей в кабинете у лепрекона пресек спор на эту тему одной фразой:

— Она девушка.

И на недоуменное «Ну и что?!» хозяина снисходительно пожал плечами:

— Ей больше нужно.

Разговор этот мне пересказала Аби, когда я уточнила, не перепутала ли она цифры местами, выдавая мне деньги по ведомости. С одной стороны, сделалось приятно, а с другой — в душе всколыхнулось некоторое злорадство — знал бы Макс, на что пойдут эти деньги… Слабо пискнувшего червячка под именем совесть я затолкала куда подальше. В конце концов, я имею полное право это сделать даже просто так! Мало ли какие у меня желания возникли. Не говоря уже о том, что покусительство мастера на мои волосы переходило всякие границы.

К знакомой мастерице, в которой была уверена как ни в ком другом, я записалась заранее, пока злость и решимость меня не покинули и я не передумала. А потому сразу после работы поспешила на улицу Фонарщиков.

Даная была моим первым клиентом. Едва-едва получив первую категорию, я наткнулась на объявление о том, что требуется артефактор для мелких работ и поддержания в рабочем состоянии уже имеющихся амулетов. Я не поленилась сбегать, хоть это был и другой конец города, и с тех пор у меня появилась постоянная несложная подработка и скидка на услуги одной из, на мой взгляд, самых лучших мастериц города.