Дела эльфийские, проблемы некромантские - Дарья Снежная

Не знаю, в чем заключалась цель этой проверки, может, сир де Асти хотел убедиться, что детей на уроках я не пытаю. А может, верлен был просто не в состоянии вести свои занятия, поэтому для видимости какой-то работы вызвался на «проверку».

Решив, что после кладбища детишек уже ничем не напугать, я добавила в теоретические материалы такие пикантные подробности, что, надеюсь, сидящему на последнем ряду верлену хоть немного, но поплохело.

— Любые создания магического мира имеют свою классификацию, равно как и те, с кем мне приходится работать. Я не про вас, — усмехнулась я, оглядев аудиторию. — А теперь записываем.

Рассуждать про нежить я могла в течение многих весок. Каждый вид в зависимости от активности обладал различными чертами и особенностями поведения. Так, если брать, к примеру, обычного пробужденного — он способен как остаться бездумной игрушкой, так и превратиться в агрессивного. В зависимости от количества задействованной магии пробужденный наделяется силой. То, что мы делали на практикумах, требовало минимальных затрат, ибо озлобленный труп нам совершенно не был нужен. И уж тем более — его сопротивление при упокоении.

В зависимости от давности захоронения мы также могли получить разные образцы. Если с момента погребения прошло меньше полугода, то нашим взорам мог предстать крайне неприятный индивид. В этом плане старые мертвецы были куда лучше — просто кости с лохмотьями, не больше.

Но специально для декана Алмора я достала пару свитков с рисунками и, развернув, прикрепила к доске. Возглас омерзения пронесся по аудитории, скривился и верлен: все прелести разложения, живность, любящая питаться мертвечинкой, — и отдельно «живность в процессе питания мертвечинкой».

— Вопросы есть? — поинтересовалась я, когда до конца лекции оставалось меньше четверти вески.

— А если воскрешать не человека, а животное? — поинтересовалась девочка с третьего ряда. По именам я запомнила пока что далеко не всех.

— В смысле полноценно воскрешать, стараясь вернуть душу, функции тела, процессы организма?

Девочка кивнула.

— Как бы странно ни звучало, но полностью идентично воскрешению человека. Все то же вмешательство в природу, просто чуть меньшего с виду масштаба. С виду. Так что воскрешать почившего хомячка опасно ровно столько же, сколько пытаться вернуть к жизни человека. Размер, как говорится, не имеет значения. Разве что чуть проще ритуал, а расплата та же… А Ли Д’арк сейчас получит в кумпол, если не перестанет приставать к соседке по парте!

— Да Дейм с вами, госпожа некромантка, — скорчил забавную физиономию оборотень. — Вы мне нравитесь куда больше. Особенно после сегодняшней ночи!

Лесс поперхнулся воздухом и, хрипло извинившись, покинул аудиторию. Очевидно, слова, что рвались наружу, были недостойны наших нежных ушей. Я его понимаю. Мне тоже захотелось покинуть аудиторию, не сходя с места, — взять бы и провалиться этажом ниже.

— Эта двусмысленность, думаю, здесь неуместна, — выдавила я, собравшись с мыслями. — Да, ночью в стенах Академии произошел некий инцидент, в ходе которого нашими общими усилиями было обезврежено и вывезено в королевский питомник существо, угрожавшее спокойствию учеников.

Группа дружно усмехнулась. Кажется, домысленное на слова Ли показалось им куда интереснее.

Гулко звякнул колокол, сообщая, что лекция окончена. Ученики, перешептываясь, вышли в коридор, и едва кабинет опустел — вернулся декан Алмор. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.

— Госпожа Дарк, потрудитесь объяснить, почему ученики считают дозволительным так общаться с преподавателем?

— Как будто вы не знаете Ли, декан Алмор. Ни за что не поверю, что он никогда не подкалывал вас.

— Знаете, меня ему не так интересно подкалывать, как молодую привлекательную преподавательницу. Так что будьте любезны, поставьте его на место, чтобы впредь он не позволял себе подобного.

— Вы назвали меня привлекательной? Разве такое поведение дозволительно для декана в адрес своей подчиненной? — приподняла одну бровь я.

Лесс стушевался. Если бы я его не знала, то решила, что он просто приревновал меня к Ли. Или Ли ко мне. Кто их, остроухих, знает.

— Надеюсь, что подобное не повторится, — холодно бросил верлен.

— Да, я тоже надеюсь, что мне больше не придется подобные нотации выслушивать, — мило улыбнулась я и направилась снимать учебные пособия с доски.

— Учтите, что это может стать темой одного из собраний, — судя по звуку, Лесс развернулся на пятках и направился к двери.

— Да пожалуйста, — выпалила я.

Еще вчера этот белобрысый прикидывался мне другом, а сегодня уже превратился в какого-то невыносимого зануду, который осмелился еще и угрожать мне, что нажалуется деканам и ректору. Да хрисса с два он нажалуется!

Свиток с изображениями трупоедов обрисовал красивую дугу под потолком аудитории и стукнул верлена четко в макушку.

Тот, обернувшись, посмотрел на меня с такой гаммой эмоций во взгляде, что я сразу перестала злиться и еле удержалась, чтобы не рассмеяться в голос. Даже губы поджала на всякий случай, чтобы улыбку спрятать.

— Госпожа Дарк…

— Декан, — пытаясь задавить рвущийся наружу смех, проговорила я. — Подайте свиток, пожалуйста. А то у меня… упало.

— Ветром сдуло? — попытался со злостью поинтересоваться верлен, но я готова была поклясться, что он сейчас тоже на грани приступа хохота.

— Именно, — все еще сдерживая смех, ответила я.

Верлен показательно положил свиток на стол, снова одарил меня угрожающим — вернее, ему казалось, что угрожающим, — взглядом и удалился.

Я осталась в аудитории в одиночестве, уже не зная, сержусь я на Лесса или хрисс с ним.

Несмотря ни на что, мы с Лессом не разговаривали уже три дня. Рабочее «доброго дня, госпожа Дарк» и «вам того же, декан Алмор» не считалось. Хотя меня так и подмывало ляпнуть что-нибудь язвительное, чтобы он ответил в том же духе, мы посмеялись и помирились, но приходилось изображать гордую и неприступную даму. В конце концов, я первая эту ссору затеяла той памятной ночью с виверной.

Долго обижаться я не умела. А вот Лесс, видимо, вполне. Внешне сейчас он производил даже более суровое впечатление, чем статуя одного из первых деканов Башни Рун. Тот тип — имени не знаю, если честно, — был настолько грозен, что даже ходила легенда, будто он случайно, разозлившись, лично убил нескольких учеников. Некоторых указкой, а кого-то — одним только взглядом. Впрочем, это просто слухи.

Хотя, впервые увидев в темном коридоре лик той самой статуи, ему посвященной, я чуть не стала заикой. Не исключаю, что дело в криворучии скульптора, но возникло явное желание сделать слепок и повесить на дверь, чтобы гостей незваных отвадить и злых духов изгнать заодно.

Я вышла прогуляться после ужина. На завтра у меня занятий по расписанию не стояло, поэтому я могла себе позволить вечер отдыха, а не судорожного рытья в книжках в поисках материалов для уроков. Возможно, кто-то более дальновидный и ответственный решил бы, что это шанс приготовиться заранее, но я была, к сожалению, из тех, кто все откладывает на последний момент.