Альфа-один - Василий Горъ

– Я не думаю, поэтому жив! – хохотнул я, вошел в систему голосовой связи и включился в Приват сестры: – Аль, ты спишь?

– А как ты думаешь? – ворчливо отозвалась она. – Я легла в семь сорок утра!

– Что ж, тогда спи дальше… А я пойду к той эльфиечке… как ее там звали? А, Эльмириэль!

– Тебя что, выпустили? – недоверчиво поинтересовалась сестра.

– Угу! Сказали, что мой путь лежит через познание мира, и отправили в какой-то Замок Вечной Ночи…

– Ку-у-уда? – ошалело переспросила она. – В Замок Вечной Ночи?!

– Ага…

– Яр, ЗВН – это данж, рассчитанный на группу одетых игроков двадцатого уровня и выше! – сообщила она, выделив интонацией слова «группу» и «одетых». – Соло и дуо его не пройти!

– Ты уверена? – на всякий случай уточнил я и тут же нарвался на ее возмущенный монолог:

– Я проходила его раз пятьдесят! Без пряморукого МТ, очень хорошего хила и пары аоешеров там делать нечего. Во-первых, мобы – ТОЛЬКО групповые, во-вторых, боссы – замороченные и с кучей аддов, и, в-третьих, ЗВН – данж, в котором падает топовый шмот на третий тир![71]»

– И что?

– А то, что там немерено пэкашников[72]: в любой момент на тебе может вскрыться пара-тройка инвизеров, и ты отправишься на перерождение… – крайне эмоционально воскликнула она.

Что такое пэкашник, я не знал, поэтому попросил объяснить. И слегка загрузился: оказывается, в Ллеваррене так много желающих убивать и грабить игроков, что для них придумали отдельное название[73].

Потом я представил себе, как могли бы развить пэкашничество программисты вирт-полигонов АПД, и искренне порадовался, что Академия уже позади…

– Интересно, а от чего они ловят кайф? – спросил я через пару минут.

– Кто как: одни балдеют от адреналина, другие – от ощущения всесильности, третьи – от вида денег и лута, выпадающего с трупов…

Проходить замок надо было все равно. Что с пэкашниками, что без. Поэтому я пожал плечами и улыбнулся:

– Познать себя, прячась от жизни, невозможно. Значит, придется проходить ЗВН в группе…

Алька молчала секунд десять, затем фыркнула и язвительно поинтересовалась:

– И по каким критериям ты будешь отбирать игроков?

– Я их отбирать не собираюсь: у меня появились таунты и Перехват. Значит, все остальное приложится БЕЗ НАШЕГО УЧАСТИЯ…

К моему удивлению, проверять мою «готовность» мастер Ивалш не стал. Просто оглядел с ног до головы, задумчиво почесал подбородок, а затем ушел в инвиз.

Алька, так же как и я, не ожидавшая подобной «лаконичности» от родного наставника, растерянно оглянулась, а затем, радостно сообщив о том, что ей дали такой же квест, принялась командовать: приняла меня в группу и безапелляционно потребовала дуть к ближайшему постоялому двору.

Особых возражений у меня не было, и уже минут через десять мы заселились в снятую ею комнату на втором этаже «Гномьей Радости» – единственной гостиницы Алвдаррова Урочища.

Пока я оглядывал немудреную обстановку стандартного номера и сетовал на несправедливость судьбы, сестричка завалилась на единственную кровать и с видом безумного вивисектора уставилась на меня:

– Та-а-ак-с, посмотрим, что такое Аскет и с чем его едят…

Судя по улыбке, появившейся на ее лице уже через десяток секунд, Аскет оказался чем-то вроде ее любимого клубничного торта. Или плитки молочного шоколада.

Притворно ужаснувшись и на всякий случай опустившись на пол в противоположном углу комнаты, я прислонился спиной к стене и прислушался к ее бормотанию:

– Шесть эпических сетовых шмоток с бонусами на силу, ловкость и уклонение – это имба… Кастеты, игнорящие Зеркало Заклинаний – тоже… С поясом, плащом и бижей[74]прокатили и его… И рун нет… А уж алхимии…

– Тебе что-то не нравится? – увидев, что с каждой новой фразой выражение лица Альки становится все более и более задумчивым, спросил я.

– А? – вскинулась сестричка, потом замороченно улыбнулась и махнула рукой: – Да нет, просто прикидываю, что нам нужно докупить на ауке…

На вопрос «Что такое «аук»?» она отвечать не стала – пробормотала что-то вроде «нуб – это диагноз», затем вывесила окно торга и бесцеремонно забрала у меня все деньги, которые я заработал на квестах и в инстах.

Я попробовал возмутиться. Из вредности. Но не добился никакой реакции – закончив разбираться со шмотьем, она деловито повесила на меня несколько временных баффов и засияла, как прожектор системы ПВО:

– Прикинь, Яр, все стакаются[75]!

До смысла этой фразы я допер сам. После того как заглянул в свои характеристики и обнаружил, что сила удара увеличена не на десять процентов, как я привык, а более чем в полтора раза.

Пока я радовался красивым цифрам, Алька добралась до моих боевых умений и озадаченно уставилась на меня:

– Яа-ар?

– Ау?

– У меня что, глюки?

– Возможно…

– Я не шучу! – рыкнула она. – Прочитай-ка мне, что дают Волчий Шаг, Неутомимость и Похищение Жизни!

– Волчий Шаг добавляет двадцать процентов к скорости передвижения во время боя… – на память процитировал я. – Неутомимость повышает базовое значение бодрости вдвое. А Похищение Жизни перехватывает двадцать процентов исходящего хила противника и отлечивает меня. В течение десяти секунд раз в две минуты…

– Сильно… – глядя куда-то сквозь меня, выдохнула Алька. Потом помолчала эдак с полминуты и мечтательно добавила: – Э-э-эх, погамать бы в фулл-пати с остальными Центурионами…

Следующее утро началось с группового самоубийства: растолкав меня ни свет ни заря, моя реактивная сестричка пинками загнала на печально знакомый утес и мило улыбнулась:

– Полетели!

Технология была более-менее знакома, поэтому, оттолкнувшись от края скалы, я спикировал вниз и воткнулся головой в заранее облюбованный камень.

– Был бы там бассейн и судьи, получил бы десять баллов ровно… – хихикнула Алька через мгновение. И, соскочив с плиты респа, принялась одеваться.

Прежде чем последовать ее примеру, я пробежал глазами по полоске дебаффов и скривился: Печать Смерти, висевшая на мне, понижала все мои статы на двадцать процентов.