Бульдог. Экзамен на зрелость - Константин Калбазов

*Бумажная ткань — хлопчатобумажная ткань.

— Так откуда же мне было знать, государь.

— А разве не знаешь, что фабрику закладывать собираемся?

— Знаю. Но где же это видано, чтобы на казенной мануфактуре девка заправляла? Не было такого на Руси.

— В России много чего не было. Так и что с того? Довел сестру. Она чуть рассудка не лишилась.

— А как же с посконью-то? Иль опять солдатушки, по южным степям в зной, в кафтанах суконных расхаживать будут?

— Отчего же. Подправили нартовские умельцы станы, что парусину ткут, сейчас посконь ладят. И машинки швейные уж наладились делать, и швеи для половины полков уж готовы. Их в первую голову обеспечили машиками, за счет полковой казны. Опять же, полк затраты свои восполнит, да солдатские женки при деле окажутся. Пока будем летним обмундированием обеспечивать, на большее средств нет, но то не беда, в зиму в прежних мундирах походят. Так что, за солдат не переживай, их обеспечим. А вот перед сестрой повинись. Хкм, если она не оторвет тебе голову, — не удержавшись от насмешки, закончил Петр.

Довольный собой и тем, что ситуация разрешилась самым благоприятным образом, Петр направился на выход. Конечно не сразу удалось убедить княжну Туманову согласиться на подобный шаг, но все же получилось. Впрочем, не будь у нее здесь знающих и толковых людей, которым она могла бы всецело довериться, то никакого красноречия Петра не достало бы подвигнуть ее на этот шаг.

Теперь он мог быть спокойным по поводу нового предприятия. Под закладку новой фабрики уже готовились станки, велись закупки посконной пряжи. Было подобрано и место, уже с весны начнется возведение зданий. Анна Александровна поставила условием, что она будет присутствовать при строительстве с самого начала и до конца. Пусть в самом строительстве она и не смыслит ничего, но зато знает как и что нужно сделать, чтобы избежать ошибок, которые были совершены при возведении их фабрики.

Петра Шереметева император нашел на крыльце. Тот не скупясь раздавал последние указания. Дело уж шло к вечеру и гости скоро начнут съезжаться. Ан нет. Вон показались сразу три возка с прибывающими гостями. И остальные не заставят себя долго ждать. Что с того, что Тумановы устраивали ассамблею в неурочный час. Чай государь не так часто наезжает. Впрочем, это как сказать. И все к Тумановым норовит, словно нет иных славных родов.

— Как Петр, все ли готово?

— Все государь.

— Вот и ладно. Хорошо все же, что ты у меня есть, а то и не знаю, кто бы всеми этими дворцовыми делами заправлял. Чего косишься? Понимаю, размаху для тебя нет никакого, скупее меня только король прусский. Что? Не так? Ты за языком-то следи.

— Так ведь я молчу, государь.

— Молчит он. Дай только срок, так развернемся, что пышности нашего двора все завидовать станут.

— А вот в это верю, государь.

— И правильно делаешь. Слушай Петр, я тут заприметил, Черкасская Варвара на тебя посматривает, томным взглядом. Про меж вас, часом, ничего эдакого.

— И мыслей не было, государь.

— А вот у нее пожалуй, что и есть. Ты как? А то гляди, могу и сосватать. Мало что сама красавица, кровь с молоком, так еще и батюшка за ней приданное богатое даст.

— Да я тут…

— Угу. Анна Александровна на загляденье хороша. А главное умна и деятельна. Дома такую не удержишь. Я только заикнулся, чтобы она под свою руку казенную мануфактуру близ столицы взяла, так она враз загорелась, как порох вспыхнула. А ведь долгов на имении под сотню тысяч. Но ей только дай, чем новым и интересным заняться. Ладно, пошли отсюда. А то неровен час еще посчитают, что гостей встречаем, так штрафную враз нальют.