Череп Субботы - Георгий Зотов

(Черезъ секунду, в томъ же месте)

…Труп в идеальном костюме смотрел как бы сквозь Каледина.

— Взял такси, — бесцветно сказал он. — Они ходят сюда… от морга.

Качнувшись, профессор сделал шаг, Алиса вцепилась ногтями в плечо бывшего мужа. Чичмарков, по-каледински уронив бокал, мешком осел на диван — он открывал и закрывал рот, словно золотая рыбка под хрустальным полом. Мельников улыбнулся: губы судорожно скривились только с одной стороны — с другой остались неподвижными. Зрачки, покрытые белой пленкой, остановились… мертвец уставился на перепуганного Чичмаркова.

— Молодой, — отчеканил мертвый профессор. — С бородкой.

Зонт стукнулся, упав на пол. Запустив пальцы в р а з р е з на животе, оставленный вскрытием, Мельников вынул оттуда блестящую полоску металла — скальпель, забытый в морге кем-то из медиков. Пытаясь унять дрожь, Чичмарков дернул из кармана упаковку, с трудом запихал в рот пилюлю. Профессор, раскачиваясь как «ванька-встанька», подошел к нему, в свете люстры сверкнула полоска стали. Купец моргнул кроткими глазами — словно кролик перед удавом, он не пытался сопротивляться. Убийца ударил жертву в грудь, пригвоздив лезвием галстук: в воздух брызнул красный фонтанчик, отглаженная рубашка от Валентино сразу намокла кровью.

— Каледин, чего ты любуешься?! — заорала Алиса. — Сделай что-нибудь!

Федор и сам не понял, как у него в руках оказался револьвер. Не укладывалось в голове: только сегодня он видел этого человека мертвым. С перерезанным горлом, обескровленного, без сердцебиения — его жилы были полны рома. А вот и нет. Он ходит… смотрит… РАЗГОВАРИВАЕТ.

Чичмарков, захлебываясь кровью, боком сполз с дивана к рыбкам. Профессор повернулся, механически, как киборг в кино — окровавленные пальцы сжимали скальпель, с лезвия тянулась вниз багровая струйка…

Два выстрела грохнули подряд. Нагрудный карман пиджака профессора разорвали крупнокалиберные пули — ткань тут же потемнела от коричневых пятен рома. Впрочем, с таким же успехом Каледин мог бросить в мертвеца бумажным шариком — тот совсем не реагировал на свинец. Голова Мельникова запрокинулась назад — но сразу вздернулась обратно, будто ей управляли с помощью нитки. Злобный оскал обнажил ряд крупных зубов.

— Медноволосая… — механически произнес он, глядя на Алису.

Каледин нажал на спуск — от сильной отдачи хрустнула кисть. Выстрел снова не причинил Мельникову никакого вреда, в отличие от костюма. Федор методично всаживал в холодное тело пулю за пулей, но ничего не помогало.

Мертвец подошел совсем близко.

— В голову! — не своим голосом вдруг заорала Алиса.

— Чего? — между выстрелами переспросил Каледин.

— Стреляй в голову!!! — в полном отчаянии завизжала «медноволосая».

— А, теперь понятно, — кивнул Федор. — У меня последний патрон остался.

Он выстрелил в упор, целясь Мельникову между глаз. Пуля выбила струю мутной жидкости, толчки рома выбросили из раны кусочки мозга. Труп замер, занеся ногу для нового шага. Постояв секунду, он рухнул вниз — на паркете жалобно зазвенел скальпель, вывалившийся из мертвых пальцев.

Каледин перевел дух, опустив револьвер. Алиса нервно икнула.

«К черту диету, — пронеслось в голове. — С такого испуга надо срочно пожрать!»

— Спасибо, — выдохнул Каледин.

— Да не за что, — дрожа всем телом, произнесла Алиса.

Чичмарков уже не дергался, уткнувшись бородкой в лужу крови. Склонившись над купцом, Федор положил руку ему на шею, пытаясь нащупать пульс — тем самым почти копируя движения Алисы в квартире Мельникова. Его постигла неудача — он с огорчением цокнул языком.

— Готов, — Каледин разочарованно поднялся.

Распахнув дверь в приемную, он увидел труп корейца. Мельников, прорываясь в офис, ударил официанта головой об стену — на лицо убитого было страшно смотреть. Рядом сиротливо лежал столовый нож, перед смертью бедняга собирался подрезать гостям еще копченой форельки. Ловить было нечего — они с Алисой оказались в приятном обществе трех мертвецов. Вытащив сотовый, Федор набрал номер дежурного МВД.