Зона Посещения. Плата за выход - Сергей Вольнов

Поэтому от них не спрятаться за стеной или деревом, как этого было бы достаточно, останься у них обычное зрение… К счастью, эти мутанты пугливы и приходили в ужас от звука выстрела, например. Однако неизвестно, что сотворят мутационные изменения со следующими поколениями. Потомки могут стать гораздо опаснее. Это уже случалось не раз с другими существами. Вон кротов в первые десятилетия после Посещения было не видно и не слышно, а потом вдруг такие свирепые громадины повылезали из-под земли…

Тигр шел дальше, с особенным усердием посматривая влево, хотя и правый сектор обзора не оставался без внимания.

Группа мутасвиней, состоявшая из пяти крупных, взрослых особей, трусила по лугу. Когда хрюши приблизились к нему, непрогляд резко поднял голову и повел носом в их сторону. После небольшой паузы слепой клыкастый баран зарычал на свиней, как заправский мутаволк. Они тут же завизжали, остановились и начали рыть землю копытами, показывая ему, что дадут отпор, если тот решится напасть. Но одинокий непрогляд не собирался атаковать. Он лишь предупредил о том, что здесь его территория и не следует посягать на нее. Самая крупная свинья в группе недовольно заверещала, потом зафыркала на других хрюш, и они послушно потянулись за ней в сторону от непрогляда.

Все как у зверей, коротко говоря. Да и как у людей.

Тигр шел мимо, наблюдая за перебранкой мутантов. Вероятность того, что мутасвиньи решат изменить свой маршрут в его направлении и выбегут на дорогу для того, чтобы напасть на человека, совсем маленькая, но в Зоне нужно всегда быть начеку. Обычно справиться сразу с пятью здоровенными тварями одиночному сталкеру нелегко. Троих можно успеть пристрелить, а вот пятерых… От оставшихся человеку, возможно, придется спасаться бегством. И не факт, что удастся – мутированные хрюши бегают очень быстро.

Но Тигр ведь не обычный сталкер…

Хотя узрев, что группа мутантов и не собирается вылезать на дорогу, он облегченно вздохнул и спокойно продолжил путь. Просто так убивать зверей – западло. Не люди же.

Военные издалека заметили одинокого сталкера, но внимание на нем не заострили. Так уж повелось, что вояки в российской Зоне ведут себя высокомерно и ставят на один уровень с собой лишь других служащих государству. Сталкеров они считают идиотами, постоянно рискующими своими жизнями. И ладно бы за действительно большие деньги! А бродяги тратят кучу бабла на снаряжение, и не факт, что рейд будет щедр на хабар. То ли дело военные! Дежурят на форпостах, патрулируют время от времени территорию, типа обозначают обязательное присутствие государственной власти, и получают за это неслабую зарплату.

Еще сопровождают ученых в экспедициях и в случае надобности обеспечивают поддержку налоговикам, собирающим дань с лицензированных сталкеров, и периодически, для виду, щемят и отлавливают нелицензированных. К тому же армейские, как водится, не пренебрегают и теневыми доходами: продают сталкерам провиант, боеприпасы, оружие, скупают у них зонники, а за соответствующую мзду без лишних хлопот пропускают через периметр или закрывают глаза на отсутствие лицензий…

Несколько ржавых корпусов автомобилей служили баррикадой: за машинами – уже территория форпоста, перед ними – типа «нейтралка», и, вступая на нее, лучше держать ухо востро. Военные в Троте становятся нервными и привыкают сначала стрелять, а потом разбираться. За возможность послужить в Зоне на «большой земле» дают немалые взятки начальству, но подавляющее большинство солдафонов лишь здесь, угодив внутрь периметра, вдруг понимают, куда влезли. И что жизнь им ни за какие деньги обратно не выкупить, если что. Вот и начинают мучиться сомнениями, несмотря на солидные доходы, а правильный ли выбор они сделали.

Трое рослых мужчин в форменном камуфляже с погонами и триколор-нашивками на рукавах удостоили сталкера пристальными взглядами только тогда, когда он приблизился к баррикаде практически вплотную. В их глазах читалось презрительное высокомерие.

Знакомых Тигру рож среди этих солдат не обнаружилось.

– Ну чё, сталкер? Дальше пройти хошь? – лениво спросил воин, стоявший ближе всех к нему. – А покажь лицензию.

– Нет. Хочу кое-что у вас купить, – ответил Тигр.

– Во как? – усмехнулся этот же вояка. – А ты знаешь, что это незаконно?

– Да-да, – подключился к разговору второй. – Незаконно.

– И что теперь? Арестуете меня? – спросил сталкер.

– Ага! – весело сказал первый. – Прям счас.

– Делать нам больше нечего, кроме как с тобой возиться, – проворчал третий.

– Что хочешь купить? – спросил второй.

– Пищевой концентрат в пачках.

– Можно, – сказал первый и назвал цену. – Устраивает?

– Вполне, – ответил Тигр и вытащил из кармана купюру. – Мне две штуки.

Военные тут же залезли в свои рюкзаки и вытащили из них по одной пачке. Они положили их на ржавую крышу автомобиля. То же самое с купюрой сделал Тигр.

Пока сталкер складывал купленное в рюкзак, первый солдат взял банкноту в руки и внимательно изучил ее. Вдруг фальшивая?

Дождавшись, когда сталкер наденет рюкзак, военный снова заговорил:

– Новый год уже на носу, а мы все тут паримся… Сейчас бы в Турцию… Эй, сталкер, ты отмечал Новый год в Турции?

– Нет, я за границей России вообще не успел побывать, – честно ответил Тигр.

– А жаль… Там тепло… – размечтался военный, даже грубый голос его помягчел.

– Мне и здесь неплохо, – отрезал сталкер.

– Я уже год в Троте и никак не могу понять, почему из этой ямы по своей воле почти никто не сваливает? Что вас тут держит? – спросил вдруг третий солдат.

– Это образ жизни. В Зону в основном приходят те, кого не устраивает то, что творится за ее пределами, – объяснил Тигр. Он и сам иногда философствовал, но исключительно про себя, а не вслух. Однако сейчас сделал исключение для солдата.

– А я слышал, что Зона забирает души сталкеров, и они потом ищут их в добытом хабаре, поэтому обречены собирать зонники, – озвучил свою гипотезу второй.

– Все может быть. У каждого сталкера своя причина не покидать Зону. – Тигра этот бесполезный разговор уже напрягал. Среди патрульных знакомых ему солдат не оказалось, так что здесь больше нечего делать.

– Пройти не хочешь? – Первый указал на уцелевший под натиском времени мост, ведущий на ту сторону глубокого оврага, в который превратилась река Серебрянка.

– Нет, мне туда не надо.

– Ну, заходи еще! – бодро сказал второй. – Когда будет надо.

– Обязательно, – ответил сталкер.

Сарказм в этом слове, произнесенном ровным, бес-цветным голосом, могли бы уловить разве что Логист и Че Гевара. Плотнее этих двоих в Троте этого периода времени никто с Тигром не общался.