Активная защита - Юрий Иванович

Несмотря на отвлекающий шум у себя в тылах, который помог команде создать эскалибур, прибытие экспертов в Москву службы безопасности России все-таки просчитали. И сделали это уже тогда, когда самолет находился в воздухе, преодолев половину пути. Евгений, держащий руку на пульсе событий, первым узнал о раскрытии личностей трех путешественников, извлекая информацию из закрытых каналов связи. После чего по техническим каналам робота-завоевателя новость достигла ушей трех пассажиров самолета. Начался некий обмен мнениями, как быть и что делать, вплоть до обсуждения предложения о посадке самолета в другом городе. Только вот вряд ли это что даст, в любом случае страна единая и теплота торжественной встречи зависит от приказов командования. Но даже с помощью предвидения Бокеда с ходу самый оптимальный вариант отыскать не получалось.

Вполне естественно, что такая информация и среди руководства российских служб безопасности вызвала неоднозначную реакцию. Между несколькими генералами возникла интенсивная перебранка, во время которой решалось: что делать, кому в первую очередь докладывать и стоит ли вообще создавать ненужный ажиотаж вокруг неожиданного прибытия. В последние недели в составе ФСБ и ГБ были проведены такие внушительные чистки, что на верхах остались лишь многократно проверенные, явно ни с какими заговорами не связанные офицеры и гражданские руководители. Но пока они между собой спорили и решали, настроенная на определенный поиск программа все-таки засекла из миллионов звонков мобильных телефонов один весьма загадочный. Некто полковник Шмульский, первый помощник министра МВД, позвонил на автоответчик, доложил про отысканное трио экспертов, которые через полчаса приземлятся в Домодедово, и сказал, что ждет немедленных инструкций.

Вот этого Шмульского детище пиратов-сойшенхов и взяло под плотный контроль. Попутно загнав «под колпак» и все его ближайшее окружение. Как человек, не находящийся возле верхушки власти, полковник тем не менее обладал огромным опытом работы, пользовался безграничным доверием начальства и даже лично президента и имел доступ к наивысшим тайнам государства. Теперь только и оставалось, что выяснить: на кого конкретно он работает. Если просто предатель и сливает информацию в иные государства, то это одно, но вот Евгений не без основания подозревал, что Шмульский запросил инструкций у тех самых неведомых сил, которые пока только контурно стали проясняться за толстенными и пыльными кулисами последних пертурбаций на планете Земля. Но пока ответа полковнику не поступало, высшие генералы спорили, а сами эксперты прикидывали.

В действиях служб безопасности России вырисовывались три основных варианта: оставить все как есть и тихонечко посмотреть, что будет дальше; организовать пышную, грандиозную встречу и каким-то боком примазаться к факту спасения героев; или первым делом арестовать нарушителей, путешествующих по поддельным документам. Причем к этому последнему варианту склонялось большинство спорщиков. При этом всплыл интересный факт: президента они пока ставить в известность даже не собирались. То есть доклад пойдет в тот момент, когда определенные действия уже станут проводиться. Видимо, сам президент, да и премьер вкупе с ним давали такое право решения своим ставленникам на высших государственных постах. А те бессовестно этим пользовались, при случае всегда имея отговорку о недостатке времени для дополнительных обсуждений.

И когда спор в среде генералов свернул уже к конкретным действиям по аресту, сами эксперты решили срочно запускать план контрдействия, заготовленный предварительно и только ждущий соответствующего сигнала. Хотелось прибыть в Москву тихо, без шума и пыли, но раз не получается, то придется пошуметь. Да так пошуметь, что кое-кто с выбитыми зубами останется. Попадать в тюрьму и быть зависимыми от неизвестно кого никто не собирался.

Самолет сел, произвел рулежку, и после обычной паузы с подачей трапа пассажиры приготовились к выходу. Дело было уже за полдень, и буквально никто не мог знать, что именно в этот же день, тридцатого июля, всего пару часов назад творилось в далекой Белоруссии. Даже всесильный и всезнающий эскалибур не вычленил события в обители великого волхва Светобора и его последующий звонок к Батьке. Поэтому и команда, поступившая в письменном виде на телефон полковника Шмульского, оказалась очень и очень неожиданной для Евгения: «Приоритетная задача. Любыми средствами уничтожить физически экспертов. Подтвердите».

Хорошо, что умения робота-завоевателя позволили к тому времени классифицировать всю историю переписок подозрительного полковника. Сообщение до адресата не дошло, но тем не менее от него поступило верное подтверждение одним оговоренным с неизвестным работодателем словом: «Исполняю». Кстати, последующие сообщения, но уже от Шмульского, наговоренные на автоответчик, были перехвачены и тщательно проанализированы. Практически в каждом предатель нервно интересовался, что делать, и коротко сообщал о последних новостях. Хотя те самые новости можно было посмотреть на всех программах телевидения. Чтобы полковник сильно не мешался под ногами, ему было приказано отправиться к определенному человеку, выложить ему свое видение обстановки и уже конкретно там получить последующие инструкции. Тоже впоследствии получился с этим визитом показательный казус: Шмульского разоблачили и выяснили, что он стал настоящим зомби в некоторых вопросах.

Ну а сами путешественники, прихватив свои опустевшие от консервов и галет вещи, стали приближаться в общей толпе пассажиров к паспортному контролю. Именно там, по задумкам спецслужб, и был задуман тихий арест и последующее препровождение в некие подвальные помещения. Но тут и пошел в ход задуманный и подготовленный план контрдействия.

Грянул оркестр. Засверкали вспышки фотоаппаратов, заработали телевизионные камеры, и через приоткрытый сбоку проход, минуя паспортный контроль, высшие чины российской авиации вывели троицу в один из залов ожидания. Атам уже все было готово к импровизированному митингу-встрече: трибуна, микрофоны и рукоплещущий героям лидер партии САР, лично Гордоконский Тарас Глебович со своими самыми ярыми приверженцами. Буря оваций, приветственные крики, горячие взоры обожания и восторга, летящие под ноги цветы и стремящиеся первыми услышать хоть одно слово корреспонденты.

При этом за кулисами этого спектакля развернулось целое сражение, в котором силовые сторонники Гордоковского, заранее приготовившись, легко сокрушили вялое сопротивление как пограничников, так и таможенников, собиравшихся участвовать в аресте высоких гостей. Да и по здравом размышлении теперь, чтобы все-таки произвести арест, требовалась не менее чем маленькая война. К тому же бойцы личной охраны славян анархистов России отличались в плане церемоний и расшаркиваний скорее в отрицательную сторону, беря пример напористости и бесстрашия у своего лидера.

Так что короткий митинг прошел на ура, а начался с беспримерно короткого выступления Гордоковского:

– Я обещал, что герои нашей цивилизации живы и еще скажут свое веское слово! Вот они! – Когда шум приветственных воплей слегка стих, лидер партии, закончивший обниматься с прибывшими и пожимать им руки, мстительно добавил: – И отныне пусть трепещет каждый, кто покусится на великую Россию!