Девятый - Артем Каменистый

Я парился в бане. Боже, какое это блаженство! И пусть она топилась по-черному, пусть вместо мыла использовался какой-то подозрительный слизкий порошок в смеси с песком, а вместо мочалки откровенно садистское деревянное приспособление и пучки пакли, — это все же истинная благодать. После четырех дней бродяжничества по чужому миру ничего лучше не пожелаешь.

Одна-единственная фраза на латыни решила все вопросы — я получил статус стража (похоже, почетный) и право на гостеприимство по полной программе. Флорис тут же заявил, что сегодня мы будем ужинать за одним столом (судя по реакции толпы, даже чаепитие с английской королевой рядом не стоит с подобной честью), а пока что я могу посетить баню и мне подберут одежду и обувь.

В бане я был не один. Нет — веселыми девочками, увы, не снабдили: вместо них выделили мрачного горбуна с таким знатным носярой, что в профиль он напоминал Зеленого. Мужик возился с печкой, плескал квас на камни и от души обхаживал меня дубовым веником — то, что надо.

В покое меня даже здесь не оставляли: сперва пришел какой-то суетливый мужик, попросил осмотреть ступню, чтобы решить вопрос с обувью. Едва с ним разобрался, заглянула женщина лет сорока на вид (хотя с местными уверен быть не могу). Ничуть не стесняясь, сняла с меня мерку — уже для одежды.

Попытки разговорить горбуна к успеху не привели — он отвечал односложно, и выдавить из него лишнее слово было затруднительно. Так что с точки зрения пополнения информационного багажа время в бане потратил зря.

Вышел оттуда почти человеком. Меня снабдили одеждой: явно ношенными, но крепкими шерстяными штанами, льняной рубахой (вроде совсем новая) и чуток потасканной кожаной курткой с деревянными пуговицами, которую я не стал застегивать по причине теплой погоды. Белье, похоже, здесь не в почете или вовсе не известно… Про обувь тоже не забыли: на ногах у меня красовалось непонятно что — два треугольных куска кожи, подвязанных к щиколоткам хитрым способом. Очень напоминало те простейшие изделия, которые Здравствуйте учил выкраивать из звериных шкур. В общем, относятся ко мне хорошо, но с сапогами пожадничали. Хотя не исключено, что здесь это редкая роскошь, которую делают долго и только по предварительному заказу.

На улице меня дожидался рыжебородый Арисат — похоже, особа, приближенная к Флорису.

— Сэр страж, ох вы и горазды париться — мало кто с Туком столько продержаться может!

— Кто такой Тук?

— Да тот детина, который вас веничком охаживал. Спина у него гнутая, но зато мало кто с ним в силе уравняться может. Подковы разгибает руками, прут кузнечный вокруг шеи может накрутить, а в Шерре, рассказывают, он на спор кирпич о свой лоб разбил, взяв его у литейщиков, — а там порченого держать не станут.

Я было размечтался, что Арисат поведет меня в оружейную получать доспехи — меч, копье и боевого коня, жаба настойчиво требовала продолжения халявы, да и законы жанра вспомнились. Напрасно — он просто проводил меня в местный замок, на ужин.

По дороге заметил Зеленого — тот нахально объедал местных лошадей, воруя какие-то зерна из их кормушки. Меня он полностью проигнорировал — променял на жратву. Я на него не обиделся: сам после бани был так голоден, что вспоминал вчерашних лягушек с симпатией.

Арисат, тоже заметив пернатого, указал на него:

— Сэр страж, как зовут вашего попугая?