Рабыня Смерти - Юлия Герман

— Ух, малышка, я готов отдать душу, лишь бы ты скорее разделась, — скинул пиджак с плеч.

— Только разделась? — взялась за молнию платья, медлеңно расстегивая её. — Вот так? — скинула черный шёлк к ногам, переступая через него.

Лифчик в цвет платью и крошечные трусики, практически ничего не скрывали, делая меня скорее обнаженной, чėм одетой.

— Иди скорее ко мне, — притянул за руку к себе, припав губами к шее, оставляя влажные следы.

— Покажи сначала своё тело, тигр, — чуть оттолкнула жертву, развязывая до конца такой җе черный как его душа галстук.

Объект расстегивал пуговицы рубашки, продолжая слюнявить тело моего носителя поганым ртом.

— Малышка, ты такая секси…, - сбросил рубашку, обняв за талию и притягивая к себе.

Объект попытался посадить на себя, но я раздвинула его ноги коленом, упершись ногой в стояк. Чуть надавила на возбужденную плоть. Объект застонал, проникнув пальцами под пряжку лифчика.

— Я так сильно хочу тебя, — расстегнул застежку одной рукой, сразу же обхватывая губами сосок.

Собственная сущность, отторгая происходящее, буквально металась внутри носителя, требуя окончания этого разврата. Я не хотела быть голой в объятиях кого бы то ни было. Чёрт, всё это попахивает проституцией, а на это моего согласия точно никто не получал. В сознании всплыл образ Дора, крепко сжимающего руль автомобиля и ухмыляющегося очередной моей фразе. В одно мгновение щеки вспыхнули, а поцелуи объекта начали вызывать другие, более приятные ощущения.

— Я хочу тебя всего, — закрыла глаза, по-прежнему представляя Проводника, его широкие плечи, ямочки, сводящие с ума.

— М-м-м… я тоже малышка, — промычала жертва.

Его голос вывел из забытья, ңапоминая, кто он и для чего всё затеяно.

— Я хочу не только твоё тело, — запустила пальцы к нему в волосы, чуть наклонившись в бок, нащупывая галстук, лежащий ңа пуфике. Но кроме бархатной поверхности сидения, под пальцами ничего не было. Прижала объект плотнее к груди, повернув голову к зеркалу, осматривая зал в поисках искомого предмета. Чёртова удавка валялась практически у входа в комнату, до которого мне никак не добраться. — Я подарю тебе рай, если ты отдашь мне свою душу.

Твою мать, как я должна убивать его, если нет ни одного предмета, способного стать оружием?

— Бери всё, что хочешь, душу, тело, только сделай мне хорошо, — его руки потянулись к трусикам, стягивая их к ногам. Прикосновение чужих пальцев в той части тела, где им явно были не рады, пробудили чистую ярость. Словно жидкая магма, она растекалась по венам, наполняя тело силой. Каждая клеточка, пропитывалась невидимой решительностью.

— Спасибо, мой хороший, — сильнее сжала его волосы, отрывая голову от груди и откидывая её назад, — я возьму всё.

Обняла голову жертвы второй рукой и резко рванула её влево до щелчка. Тело объекта тут же обмякло и упало с сидеңья. Перешагнув через труп, села на бархат рядом с самовлюбленным уродом, бросив взгляд на его бездыханное тело. Вдруг электрический удар прошиб насквозь грудь, скидывая на пол. Каждая часть тела пронзалась резким ударом, меня скручивало от невыносимой боли и подкидывало в воздух. Из горла рвался крик, но ни звука не вышло наружу. Меня словно прокручивали через мясорубку. Из глаз брызнули слезы, не в силах сопротивляться тому, что проходило сквозь тело. Я каталась по полу, не мечтая прекратить этот ад. Боль резко прекратилась, сменившись волной энергии. Мощь накачивала изнутри, словно опустевший сосуд. Вздохнув полной грудью, встала с пола, поднимая одежду и не спеша одеваясь. Застегивала платье, рассматривая второй труп в своей карьере охотника. На лице жертвы не успело отобразиться даже удивление. Чёртов ублюдок получил по заслугам. Надеюсь, его опекунша больше не вздумает засматриваться на малолеток, годящихся ей в сыновья.

Открыла дверь зала и медленно свернула к выходу из оперы. Не оборачиваясь, прошла к парковке, отыскав ту машину, на которой приехала с Дором. Несмотря на пронизывающий мороз и отсутствие верхней одежды, от одной мысли о Проводнике стало теплее. Сегодня он будет гордиться мной. Я в этом уверенна.

Практически дошла до машины, когда чья-то сильная рука схватила за локоть.

— Ты в полном дерьме, — металлические нотки в голосе Блондина, заставили вздрогнуть. — Тебя видели! Бл***,тебя видели! — открыл дверцу машины, запихивая меня вовнутрь.

Не понимая, что происходит, молча ждала, когда Проводник сядет в машину. Он резко распахнул водительскую дверцу, падая на сиденье, и завёл мотор.

— Первое правило охотника — позаботься о том, что бы покинуть место преступления незамеченной! — крикнул oн, ударяя кулаком по рулю.

Красивое лицо Проводника исказили жуткие вены, а нечто страшное пробегало под его кожей. Взвизгнув покрышками, машина резко сорвалась с места.

— Почему ты не увезла его в отель? Или не придумала другоė безопасное место? — кричал Дор, вжимая педаль газа в пол. — Ты, мать твою, понимаешь, что теперь может быть?

— Ты сам говорил, что последствий для носителей не будет, — всё еще не осознавала всей глубины проблемы.

— Да! Если ты уходишь незамеченной с места преступления, то никто и никогда не узнает о причастности носителя к убийству. Ты же, глупая идиотка, нарушила всё что можно! Тебя увидела старуха гардеробщица, выходящей из того проклятого зала! Теперь её, — пронзил яростным взглядом, ткнув пальцем в руку, — будут искать!

— Но ты не объяснял всего этого…, — наконец-то понимание происходящего страшной правдой накрыло сущность. — Чёрт, Дор… и что теперь делать?

— Мне плевать, что ты будешь делать с ней! Но то, что ты притянула неприятности на себя и меня, не могу проигнорировать.

Мы двигались в противоположном от отеля направлении. Блондин гнал машину, не объясняя, куда и зачем мы едем, а я молча сидела рядом, не решаясь задавать вопросы. Выехав из города, мы проехали ещё около трёх часов, свернув у какой-то придорожной гостиницы, которая была спрятана от глаз проезжающих небольшим садом.

Дор снял номер на двоих и, расплатившись наличными, молча провел меня в комнату.

— Нам нужно срочно избавляться от тела, — без эмоций сказал Проводник, открывая дверь номера.

— Сменить на другое? — не хотела верить в то, о чём он меня просит.

— Нет. Избавиться навсегда, — распахнул дверь, пропуская внутрь.

— Ты же не можешь убить носителя! — в ужасе сделала шаг в номер, протягивая руку к стене и включая свет.

— Он нет, — по коже поползли мурашки от донёсшегося из номера голоса, который я слышала когда-то, в прошлой жизни. — А я могу сделать всё! — передо мной возникли два прожигающих насквозь синих глаза, парализуя и не давая двигаться с места.

Прикосновение рук к шее и быстрая острая боль, заставила покинуть тело. Выпав из носителя, увидела девушку, валяющуюся на полу. Мой палач поднес руку к телу, и зеленые сгустки потекли в него, растворяясь.