Ледяная старуха в Снежном замке - Анна Дашевская

Карвер, вытянувшийся в струнку, вздрогнул и выскочил из бара следом за дамами. Оставшиеся переглянулись, и Кристиан покачал головой:

— Пожалуй, наш майор Дорж-Зумагар в Легионе был менее крут…

— Во всяком случае, его я не боялся! — ответил Алекс.

Лаборатория в городской страже и в самом деле была превосходно оборудована. Барбара с удовольствием изучила список реактивов, погладила монитор отличного газо-жидкостного хроматографа, включила вытяжной шкаф, вытащила и раскрыла на нужных страницах три справочника.

— Надо же, — сказала она с удовольствием. — Тут даже ЕLSD-детектор есть!

— Какой детектор? — переспросил мнущийся возле двери Карвер.

— Детектор по светорассеянию испаренного образца, — отмахнулась от него Барбара.

Госпожа Редфилд тем временем раскрыла небольшой чемоданчик, извлеченный ею из пространственного кармана, и зависла над его содержимым, бормоча себе под нос:

— Анализатор враждебной среды… Амулет Ван-дер-Ваальса… и еще, пожалуй, систематизацию ауры предмета… — Тут она подняла взгляд и посмотрела на начальника стражи. — Вы идите, голубчик, идите. Мы тут… ну, скажем, на какое-то время. Вы пока делом займитесь!

Карвер выскочил из дверей лаборатории, перевел дух, пробормотал молитву Симарглу и на всякий случай устроил разнос дежурному сержанту и всем подчиненным, кто не успел уйти домой.

Работа началась. Дюжина пробирок с образцами заняла гнезда в коллекторе фракций, тихонько загудел насос, прокачивающий элюат через оптический детектор. Пространство рассек тонкий синий луч одного из амулетов, и госпожа Редфилд удовлетворенно хмыкнула, получив отпечатки ауры тех, кто прикасался к загадочным флаконам в последние трое суток.

Наконец, печатающее устройство загудело, один за другим выплевывая листы.

— Очень странно, — сказала Барбара, просматривая результаты. — Во всех двенадцати образцах совершенно разные вещества, но при этом они легко выстраиваются в ряд. Смотрите, вот это, например, содержит полпроцента «ангельской пыли», экстракт кровохлебки, желчь виверны и микрограммы яда мантикоры, остальное нейтральные растворители. А в этом образце примерно такой же набор, но «пыли» нет, зато в состав входит порошок корня багрового лотоса.

— Ваши предположения, как это могли бы использовать?

— У меня такое впечатление, что это что-то вроде полевого набора для быстрого приведения в чувство любого, употребляющего наркотики маго-химического воздействия. Полностью отучить от привычки не получится, но на какое-то время очистить организм возможно.

— Очистить организм, привести в сознание и отправить домой… — медленно сказала госпожа Редфилд. — Получается, что наш покойник был наркокурьером наоборот?

— Ну… возможно, но почему тогда такая секретность? Приезжать под чужим именем, встречаться с кем-то ночью…

— Я слышала о такой услуге, которую торговцы зельями оказывают крупным клиентам, — Лавиния потянула из кармана трубку, огляделась и выругалась. — Вот тьма, мне надо подумать, а здесь курить не стоит. Давайте завершим процесс и пойдем, отпустим начальника стражи. Ему явно нужно запить стресс…

В четыре руки дамы быстро привели в порядок аппаратуру, сложили в емкость с обеззараживающим раствором пробирки и кюветы. Потом Барбрара очистила память компьютера и все отключила.

— Разумно, — одобрила ее действия госпожа Редфилд. — Я сразу и не сообразила, что в общедоступном компьютере эту информацию лучше не оставлять.

Карвер дремал в кресле дежурного. Лавиния громко откашлялась, и он вскочил, хлопая глазами.

— О! Это вы… А я тут задремал, простите.

— Да за что ж тут извиняться, — улыбнулась госпожа Редфилд. — Время позднее, день был долгий. Идите домой, Эдмунд, мы все убрали и выключили. Результаты обсудим завтра.

Они вышли из здания городской стражи и остановились. Улица была пуста, приглушенный золотистый свет фонарей делал все вокруг чуточку нереальным.

— Похоже, мороз усиливается, — Барбара зябко передернула плечами. — Надо же, в кои веки синоптики не ошиблись!

Не торопясь, они побрели через главную площадь к улице Жардин Альпин, чтобы подняться к «Эдену».

— Мне показалось, или у вас с господином частным сыщиком что-то… наклевывается? — спросила Лавиния. -

— Вам почудился в его взоре интерес? — Барбара хмыкнула. — Не думаю, чтобы я его заинтересовала как женщина. Скорее, он пытается вспомнить, где мог меня видеть раньше.

— И где же?

— Дело в том, что первое образование я получала в Москве, в Университете. Видимо, господин Верещагин учился в то же время, где-то мы могли и сталкиваться.

— Да? То есть, медицина — это второе?

— Да-а… — Барбара остановилась и посмотрела на звезды. — Всегда удивляюсь, какие они в горах… другие. Кажется, рукой можно достать, так близко и ярко.

Госпожа Редфилд тоже подняла взгляд, ровно в тот момент, чтобы увидеть чиркнувшую над их головами белую искорку.

— О, как интересно, — пробормотала она. — Магвестник кому-то в наш отель… или в Снежный замок.

Ее спутница наклонилась, зачерпнула снег с обочины дорожки и слепила снежок. Он попал точно в ствол дерева, и молодая женщина рассмеялась, а затем повернулась к Лавинии.

— Первое образование у меня было по специальности химия и алхимия лекарственных препаратов. С дополнением в виде ведьмовских отваров и прочего. Мне было двадцать пять, я носила фамилию мужа, Неклюдова, и щеголяла длинной светлой косой. Потом… были всякие приключения, я вернулась в Краков и снова стала брюнеткой, вернув себе фамилию Вишневская. Так что вряд ли господину Верещагину удастся вспомнить, где и когда мы могли встречаться.

— Понятно, — сказала госпожа Редфилд. — Ну, вот мы и пришли. До завтра!