Розы на стене - Бронислава Вонсович

Но тогда получается, что Кристиан знал Марту? Или знал что-то такое о Траттене, во что я могла бы влипнуть по незнанию, как и сестра? Конечно, если я права насчет успокоительного и блок в моей памяти именно из-за него, а не вызван естественными причинами – желанием отгородиться от случившегося всеми возможными способами. Человеческий разум и не на такое способен.

Задумавшись, я поднесла ко рту ложечку с десертом, спохватилась и опустила в креманку. Немота, даже временная, плохо отразится на планируемом расследовании. А оно будет, нужно только придумать, откуда начать. И нужна осторожность. В письмах Марты не было указаний на что-то преступное, но бежала же она от чего-то? Или от себя? Что позволило следователю подтвердить версию о несчастной любви? Предсмертная записка? Но мне ее не показали, сначала отговариваясь тайной следствия, а потом… потом я не просила.

– Леди Штрауб! – герцогиня Траттенская бесцеремонно подергала меня за плечо. – Как вам десерт?

Она села на соседний стул и выжидающе уставилась. Подошедший Штаден выглядел так, словно у него внезапно заболели все зубы. Тоже угостили десертом? Но если судить по ауре, физической боли не было, значит, болело то, что связывало его с герцогиней, и было оно совсем не сладким.

– Чудесный, – немного покривила я душой. – Такой выразительный неповторимый вкус.

Один раз попробуешь, повторять точно не захочешь.

– Но вы его так и не доели.

Конечно, доешь я эту пакость, рта бы не смогла открыть даже для благодарности.

– Я очень плотно пообедала. Десерт явно лишний. К тому же пора возвращаться в гарнизон.

– Вам не помешало бы немного поправиться, – неодобрительно сказала герцогиня. – Впрочем, дело ваше, где есть. Прикажу упаковать вам с собой.

Она подозвала официанта, смотревшего на нее с таким обожанием, что я засомневалась, что он поймет хоть что-то. Как оказалось, напрасно. Инор подхватил десерт и почти тут же вернулся с картонной коробочкой, в которую наверняка переложил эту пакость. Вот ведь…

– Вы такая заботливая, Ваша Светлость.

– Не надо церемоний, – она хищно улыбнулась, – можете называть меня просто Матильда. Надеюсь, мы станем близкими подругами. В этом городе такая тоска. Словом не с кем переброситься. Даже о последних модных новинках узнаю, когда они уже давно устарели.

Заводить подруг вместо Штрауб в мои планы не входило, особенно таких, кто норовит впихнуть склеивающие фирменные десерты. Потолстение после такой дружбы – не самое страшное, здесь запросто можно остаться без зубов.

– Но я в Траттене только на месяц, Ваша Светлость.

– Матильда, – почти угрожающе поправила она.

– В любом случае я скоро уеду.

– А до вашего отъезда, Ульрика, моей задачей будет сделать так, чтобы вы не скучали. – Краем глаза я заметила напряженную фигура сопровождающего. Похоже, происходящее напрямую его касалось и очень ему не нравилось. – Поэтому для начала приглашаю вас на наш любительский спектакль. Завтра вечером. Отказы не принимаются. Места для вас и вашего сопровождающего будут оставлены. – Победная улыбка от нее, и гримаса недовольства от Штадена. – Самые лучшие места, не беспокойтесь.

Я заволновалась. Отношения с капитаном и без того испорчены, им уже ничего не повредит. Но вливаться в местную тусовку нельзя, Ульрика этого не поймет и не оценит. А если все вскроется, неприятностей будет куда больше, чем я рассчитывала первоначально.

– Право, Матильда, это вам не стоит беспокоиться. Я приехала на практику и уверена, что буду занята все дни напролет. Времени на скуку не останется.

– Дорогая, да кто вас будет загружать? – снисходительно бросила Матильда. – Если Вайнер сдуру решит, что перевалит на вас часть своих обязанностей, то я сначала передам просьбу через моего целителя, с которым они дружны, а если до него не дойдет, напишу жалобу. Не волнуйтесь, вас никто не обидит.

Я заволновалась куда сильнее. Из-за странной прихоти этой особы гарнизонный целитель может получить куда больше проблем, чем думал раньше. Может, нужно было соглашаться на оценку и отчет и уезжать? Но со Штрауб мы договаривались, что я пробуду в Траттене месяц, да и теперь я не могла уехать, хотя бы не попытавшись узнать, что же случилось с Мартой.

– Инор Вайнер очень любезен и совсем не хочет меня загружать. Но мне самой интересно…

Закончить фразу я не успела.

– Интересы должны чередоваться, – жестко возвестила герцогиня. – Я жду вас завтра вместе с капитаном Штаденом.

Более меня не слушая, она довольно изящно поднялась и требовательно протянула руку моему сопровождающему. Тот неохотно приложился. Герцогиня поощрительно улыбнулась и поцокала на выход, виляя округлым задом явно в надежде на зрителей. Но Штадену я насладиться зрелищем не дала.

– Зачем вы меня в это втравили? Мне вас и одного более чем достаточно.

– Я втравил? Вы могли отказаться. Да что там могли, вы должны были отказаться!

– Вы же прекрасно понимаете, что не могу, иначе пришлось бы вашей герцогине все выкладывать.

– Да уж, это ей точно не понравилось бы. Даже не сам обман, а его цель.

– В моих целях не было заводить знакомства в среде местной аристократии, – отрезала я.

– Неужели вам хватило бы общества дымящегося инора?

– Не волнуйтесь, он недолго будет дымиться.

– Вот еще, волноваться за него, – буркнул Штаден и посмотрел так, что я невольно вздрогнула. – Достаточно, что за него волнуетесь вы.

Пожалуй, за Кристиана я не волновалась. Он наверняка уже возвратил себе нормальный вид, и ни за что не позволит выяснять, что же случилось с Мартой, в этом я уверена. А я теперь не смогу ничего не делать, находясь здесь. Нужно хотя бы выяснить, ради кого она рассталась с жизнью. А для этого придется выходить в город. Поскольку одной выходить не получится, нужно либо попросить о замене сопровождающего, либо как-то помириться с этим. Я с сомнением посмотрела на Штадена. Проймет ли этого капитана вообще что-то?

– Не сердитесь, капитан, – улыбнулась я по возможности миролюбиво. – Может, заключим пакт о ненападении?

– Что вы имеете в виду?

– Постараемся примириться с существованием друг друга на время моего пребывания в Траттене. Например, вы меня оградите от общества герцогини Траттенской, а я вас – от общества инора Фалька, как вам?

– Меня общество инора Фалька ничуть не беспокоит.

– Боюсь, он не остановится на одной попытке. И сам больше не выпьет.

Штаден необычайно гадко приподнял правую бровь.

– Выпьет, даже не сомневайтесь.

Его слова прозвучали угрозой. Бедный Кристиан. Боюсь, если он даже заметит в следующий раз, что бокалы поменяны, то его заставят выпить силой. Нужно с этим Штаденом поосторожнее…