Мэри и ведьмин цветок - Мэри Стюарт

И тут Мэри вспомнила! Шорохи и царапанье прутьев в ту ночь, когда Тиб взобрался к ней на подоконник. И грохот, с которым грузное тело рухнуло на землю, не справившись с управлением своенравной метлой. Прямая спина мисс Маршбанкс на следующее утро во время завтрака и то, как они с Тибом поглядывали друг на друга. И наконец, еще одна картина – это воспоминание было самым туманным и тускнело с каждой минутой, – кто-то пишет в огромной книге одно и то же имя два раза подряд: Мэри Смит из Редмейнора, Шропшир…

Наконец-то до Мэри дошло. Поначалу маленький черный кот выбрал бедную мисс Маршбанкс, но компаньонке не нравился Тиб, поэтому она не наткнулась в лесу на фиолетовый цветок, не научилась управлять метлой, не открывала волшебных замков, не нашла… чего, интересно, она не нашла? И где?

Рядом замяукал Тиб, выгнув спину. Мэри наклонилась и прошептала коту на ушко:

– Ты проверял нас обеих по очереди, кто сможет вызволить твоего дружка Гиба из… не важно откуда. Бедная мисс Маршбанкс! Она так никогда и не узнает, сколько потеряла! Какое удивительное приключение!

Мэри запнулась. Потом, когда она хорошенько выспится, то обязательно вспомнит все подробности.

Мисс Маршбанкс, которая так никогда и не узнает о своих потерях, принялась разматывать новый моток отвратительного грязно-зеленого цвета.

– Это чудесно, милочка, что твои родители решили поселиться неподалеку отсюда. Правда, тебе придется жить в школе на полном пансионе, но, думаю, тебе там понравится. Этого не избежать, потому что, – тут мисс Маршбанкс пристально посмотрела на Мэри, – во всей округе нет школ, ни единой. – Компаньонка помолчала. – Ни единой, – твердо повторила она.

– Теперь-то уж точно, – прошептала Мэри маленькому черному коту, который сидел рядом.

Тиб фыркнул.

Никому не ведомо, откуда на берегу реки рядом со старым каменным мостом взялась березовая рощица. Деревца растут как по волшебству, говорил отец Мэри, который купил это поле вместе с домом. И вот они уже стоят во всей красе: золотистые весной, зеленые летом, а осенью оранжевые, желтые, красные и всех оттенков заката.

Зимой, когда голые стволы цвета темного изюма, отливая синевой, высятся на фоне неба, можно услышать, как ветер гудит между сучьями, словно кто-то со свистом проносится мимо, мириады крошечных веточек грохочут, как стадо оленей, а над верхушками берез носятся птицы, галдя и заливаясь трелями в зимнем небе.

Впрочем, Мэри, которая учится в школе на полном пансионе, редко бывает здесь посреди зимы и поэтому никогда их не слышала.

А если бы и услышала, то вряд ли вспомнила.