Отражение не меня. Сердце Оххарона - Марина Суржевская

— Где она? — очень спокойно спросил паладин. Целитель растерянно оглянулся.

— Так только что… была же… здесь… где-то…

Одним рывком Шариссар поднял дубовую кровать, но под ней никого не было. Осмотрелся. Принюхался. Прошипел сквозь зубы проклятие и скользнул к окну.

Сиера стояла на каменном бордюре в десяти шагах от окна и продолжала упрямо ползти дальше. На высоте, с которой и смотреть было страшно, не то что идти!

Шариссар сдержал свой рык и запрыгнул на бордюр. Для его роста и веса он был слишком узким, там, где маленькая девочка могла ползти на четвереньках, он с трудом помещался. Иней уже покрыл каменные стены белым налетом, и паладин скрипнул зубами, когда Сиера покачнулась, а ее ладошки скользнули по камню. Она пыхтела и сопела, не замечая крадущегося сзади мужчину. Шариссар сделал еще один шаг. Камушек вывалился из кладки и улетел вниз, стукнувшись о стены. Паладин скользнул по бордюру и резко схватил девочку за ногу. Та вскрикнула, взмахнула руками, теряя равновесие. Упасть ей не давали лишь железные пальцы, что сомкнулись вокруг ее щиколотки.

— Ну и куда ты собралась? — поинтересовался паладин, держа девочку вниз головой над пропастью. Даже в таком положении Незабудка умудрилась гневно сверкать зеленющими глазами и поджимать губы.

— Домой! — выкрикнула она.

Шариссар оглянулся, приподняв бровь. Посмотрел налево. Потом направо.

— Серьезно? И ты даже знаешь, где твой дом? Что-то я здесь вижу лишь свои владения.

Он снова посмотрел по сторонам, чуть разжал пальцы, и девочка завизжала. Он вновь перехватил ее ногу, усмехнувшись.

— Я найду! — заорала Сиера. — Отпусти!

— У вас это что, семейное? — угрюмо бросил Шариссар. — Одна сестричка просит отпустить в воде, не умея плавать, вторая — вися на уровне третьего этажа.

— Я тебя не боюсь! — обрадовала Незабудка.

— И глупость — это тоже, видимо, общее, — еще больше помрачнел паладин. — Все, побегала, и хватит. — Он легко развернулся и пошел обратно к окну, уверенно ставя ноги в сапогах на узкий скользкий бордюр.

— Все равно сбегу, — пообещала Незабудка, пыхтя и кусая губы. Шариссар хмыкнул.

— Тогда я тебя к кровати прикую. Цепью. Как собаку. Поняла?

— А у тебя есть собака? — подумав, осторожно поинтересовалась Незабудка.

Шариссар покосился на висящее вниз головой создание. Ее личико стало красным, ресницы — мокрыми, и их кончики покрылись инеем. Но глаза сверкали не от страха, а от любопытства.

Нет. Логику этого существа он понять не мог.

Совершенно!

— Нет, — хмыкнул он. — Щенки есть. Хочешь посмотреть?

Он дошел до окна и втолкнул девочку в комнату, Незабудка плюхнулась на мягкое место. Шариссар запрыгнул следом. Целитель отскочил и с трудом удержал облегченный вздох.

— Так как? — Он окинул девочку взглядом.

— Я все равно тебя ненавижу, — буркнула Сиера. — Но щенков покажи.

— Утром. Но сначала уберешь эту комнату. А я прослежу.

Незабудка вновь насупилась, а Шариссар уселся в кресло, закинув ногу за ногу.

— Может, позвать слуг? — несмело предложил целитель. — Ночь на дворе, девочке давно спать пора…

— Сама испачкала, сама и убирать будет! — отрезал паладин. — И поторопись. Мне не хочется тут с тобой до утра просидеть!

Следующие полчаса Сиера, пыхтя и бурча, убирала комнату под недовольным взглядом паладина. После ее уборки помещение вряд ли стало чище, скорее наоборот. Но Незабудка честно старалась. И надеялась, что никто не заметил, как она затолкала остатки каши вместе с горшком под кровать. Меховое покрывало было слишком большим и тяжелым, чтобы затащить его обратно на постель, и Незабудка решила прилечь на него и немного отдохнуть. К тому же огромный мужчина, что вытащил ее со стены, в сторону девочки не смотрел: он разжег огонь в камине, пока она наводила порядок, и теперь сидел, задумчиво рассматривая языки пламени.

Свернувшись на мехе, Незабудка закрыла глаза, решив, что надо хорошенько все обдумать…

— Девочка уснула, — тихо сказал целитель.

— Я знаю, — отозвался Шариссар. — Идите к себе, Эрхо. Вам тоже надо отдохнуть.

— А вы, мой господин?

Паладин поднял голову, посмотрел чуть удивленно.

— Простите, — смутился целитель и поспешил откланяться.

Паладин поднялся и подошел к окну. Вдохнул морозный воздух и повел рукой по раме, устанавливая щит. Кровная нить Оххарона вернула и возможность пользоваться черной магией. Барьер вспыхнул огненными всполохами и налился темнотой, образуя сетку, затвердел. Шариссар довольно провел по нему пальцем. Прочный. И точно не выпустит из комнаты девочку.

Бросив быстрый взгляд на свернувшуюся на мехе Незабудку, Шариссар чуть помедлил. Но, отвернувшись, быстро вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.