Лисандра - Леонид Кудрявцев

Лисандра подумала, что он скорее всего прав на сто процентов. И, наверное, она здорово рискует, действуя наобум. Но так есть хоть какая-то надежда выкрутиться. А вот если она начнет колебаться или, что самое скверное, полностью положится на чье-то мнение, это, несомненно, закончится ее гибелью.

— Это мое дело, — промолвила вампирша. — Я рискую и, значит…

— Понял, — сказал сын змеи и тяжело вздохнул. — Я уже все понял. Давай ловить такси. Нам лучше поторопиться.

Лисандра фыркнула.

Ну и пусть вздыхает. На нее подобные приемчики не действуют. У нее к ним еще пару сотен лет назад выработался иммунитет. А пока это не случилось, приходилось туговато.

— Место неудачное, — сказала она. — Давай перейдем на соседнюю улицу. Там, кажется, попадаются прохожие. Значит, и такси ездят гораздо чаще. Понимаешь?

— Поймаем тут, — отрезал сын змеи. — Начнешь бегать по улицам — только время потеряешь.

Лисандра уже хотела было ему возразить, но тут в дальнем конце улицы показался огонек фонарика такси. Мигнул раз, другой, как показалось вампирше, весьма игриво.

— Вот видишь, — буркнул сын змеи.

Лисандра вместо ответа лишь пожала плечами.

Что тут и в самом деле можно возразить?

А огонек приближался, причем весьма быстро. Тяжелый топот, шумное дыхание и скрежет, с которым его когти царапали брусчатку мостовой, становились все слышнее.

— Лучше бы поехать на машине, — сказала вампирша.

— Возьмем что есть, — отрезал сын змеи.

Он, конечно, был прав. Следовало так и поступить.

А такси — в данном случае относительно маленький, не выше трех человеческих ростов, тираннозавр — уже остановилось рядом. На спине у него была устроена кабинка для пассажиров, плоская, здорово напоминающая солдатский ранец. Таксист восседал на крыше этого «ранца» и был вооружен длинным бичом с увесистым свинцовым грузиком на конце.

— Куда? — спросил он.

Сын змеи назвал адрес. После чего услышал цену и признал ее удовлетворительной. Таксист спрыгнул на землю и помог откинуть металлическую лесенку, по которой они забрались в кабинку. Вновь прицепив лесенку к стенке кабины, хозяин тираннозавра полез вверх.

Устраиваясь на потертых кожаных подушках сидений, они молчали и заговорили лишь после того, как ящер тронулся с места.

— Тебе не претит кататься на других ящерообразных? — спросила Лисандра.

— А тебе не противно пить людскую кровь? Особенно если учесть, что ты в прошлом сама была человеком?

Вампирша хихикнула.

— Ладно, давай замнем этот вопрос. Лучше, поскольку здесь нас никто подслушать не сумеет, расскажи-ка ты мне подробно обо всех этих делах. О боге, явившемся сжечь этот мир, и самое главное — о причинах его такого сурового желания. Неужели можно вот так просто, от нечего делать, сжечь целый мир со всем проживающим в нем народом?

— Почему бы и нет? Ты забываешь, что собирающийся это совершить — бог. А богам многое позволено. Кроме того, он бог гнева. Знаешь, что это такое?

— Но все-таки должна быть какая-то причина.

Чешуйчатый сначала насмешливо фыркнул, но, немного подумав, согласился:

— Да, действительно, должна быть.

— И она…

— Есть, есть. Конечно, есть причина, и для этого бога ее вполне достаточно, чтобы… в общем, чтобы появиться за тем, за чем он здесь появился. Он кто-то вроде ревизора. Такой очень могущественный ревизор сверху, и жители любого мира, до тех пор, пока не переступят определенную черту, могут его не опасаться. Но как только они перейдут эту черту…

— А жители этого перешли?

— Вот именно, и теперь, если не сделают шаг назад, они обречены. А как они его сделают, если ничего не знают о своем близком, ужасном будущем?

— Но об этом известно тебе.

— Они свой приговор заслужили, — холодно сказал сын змеи. — И я не собираюсь становиться между исполнителем приговора и казнимым, если он полностью виновен в совершенном преступлении.

Тираннозавр размеренно шлепал лапами по мостовой, и кабинку, в которой они сидели, ощутимо качало. Впрочем, ни вампирше, ни ее спутнику заболеть морской болезнью не грозило.

— В чем оно состояло, их преступление? — полюбопытствовала Лисандра. — Что жители этого мира такого ужасного сотворили?

— Перешагнули границу, — ответил сын змеи. — Есть некая граница между добром и злом. Они перешли на сторону зла.

— Как это? Что-то я в последнее время ничего особенного не замечала. Как я понимаю, для того чтобы целый мир перешел на сторону зла, надо совершить, например, какой-нибудь глобальный обряд, ну, там, устроить колоссальное факельное шествие, а потом дать клятву целым миром в том, что отныне…

— Ты ошибаешься, — сообщил сын змеи. — Такие вещи происходят незаметно. Все эти шествия, злодейства и прочее не являются признаками того, что мир перешел на сторону зла, поскольку заблуждаться свойственно кому угодно, хоть целому миру. А вот появление некоего бога и его последующие действия… Ты понимаешь, правда?

Лисандра осторожно почесала за ухом.

Куда это она попала? Добро, зло, граница между ними. Что-то очень здорово смахивающее на сказки для малышни, рассказываемые им для того, чтобы они быстрее засыпали. И кстати, насчет границы между добром и злом. Любой взрослый знает, что ее провести нельзя. Добро и зло всегда сплавлены друг с другом, в чистом виде почти не встречаются. А не водит ли ее эта старая рептилия за нос?

— Граница… — осторожно сказала Лисандра. — Как она определяется, эта граница? Где она проходит?

Сын змеи совершенно по-человечески взмахнул лапами.

— Нет существа, которому по силам провернуть такой труд. На него не способны даже боги. Определить границу между добром и злом… Максимально, что они могут, это судить людей по признаку личной преданности, а вот связываться с такими вещами… Нет и еще раз нет.

— Тогда я ничего вообще не понимаю, — промолвила Лисандра. — Если нет никого, кто мог бы отделить добро от зла, то как определяется, что наступило время сжечь тот или этот мир?

— Хороший вопрос.

Лисандра ехидно ухмыльнулась.

— Надеюсь, это не попытка ускользнуть от ответа?

— Нет, конечно.

— Вот как? А мне было показалось…

— Тебе это только показалось, — заверил ее чешуйчатый. — Просто мне надо было несколько секунд для того, чтобы сообразить, как ответить тебе точнее, понятнее, если хочешь.

Вот не стоило ему делать подобные намеки. Чревато это было, весьма чревато.

— Я слушаю, — холодно сказала Лисандра. — Рассказывай как есть. Без придумок.

— Пусть будет без придумок, — согласился сын змеи. — Да и что тут можно придумать? Существуют определенные физические законы. Знаешь их?