Гранит науки и немного любви - Ольга Романовская

– Лгать тоже нужно уметь, – наконец выдавил из себя магистр Лазавей.

Промолчала и надела туфли: не босиком же ходить? Пусть думает, что хочет, но признания не дождётся.

– Так что же?

– Ничего. Только то, что вы назвали меня лгуньей. С вашего позволения я пойду?

– Э, нет! – магистр Лазавей ухватил меня под руку и потащил вон из читального зала.

Я, разумеется, возражала: не мешок, чтобы волочь. Потребовала объяснить, что ему угодно.

– Отвести вас к ректору.

– Чтобы выставить себя дураком? Ну, пролезла я в библиотеку, ну, забрала записи – что в этом преступного? Кого я там подслушала? Приведение? Или, – прищурилась, – тут о государственной тайне шептались? Иначе почему вы так волнуетесь?

Магистр остановился, задумался. Стараясь скрыть волнение, вглядывалась в его лицо.

Страшно? Конечно. Это не шутки – влезть туда, куда не звали. А ректор точно узнает, что я подслушивала. Или ещё кто – того человека ведь заставили говорить, значит, есть специалист. Что им какая-то студенточка?

– Забудь, – наконец выдавил из себя магистр Лазавей. – Но в следующий раз не нарушай запретов.

Кивнула, предложив отвести его в лазарет.

Магистр улыбнулся:

– Совесть мучает, думаешь, отомщу на втором курсе?

– Просто зараза быстро проникает через кровь. – Да, боюсь, но ни за что вам не признаюсь. – Да и шрам вам ни к чему.

В итоге мы вместе топали в лазарет, где магистр милостиво разрешил заняться своими «украшениями». С их размером я преувеличила, щёку всё-таки не пропорола насквозь, но без дезинфекции не обойтись: на каблучках была грязь.

Магистр хладнокровно стерпел и жгучесть ватки со спиртом, и моё мельтешение, и заявил, что мазью ранку обработает сам.

– Конечно, лучше ходить с окровавленным платком, – обиженно буркнула я, ставя бутылочку на место.

Магистр Аластас не возражал против того, чтобы я вторгалась в его владения, так что на ворчание Минтора можно было не обращать внимания. Так что могла гордиться, что хоть в двух областях преуспела. Медицина и книги – неплохое сочетание. Ещё бы добиться в них настоящих высот, а не трепыхаться на уровне чуть выше среднего.

– Гордились бы, – хмыкнул магистр. – Так сказать, трофей. Сумели задеть мага.

Я рассмеялась и покачала головой. Какая уж там гордость – скорее стыд. Поэтому приложила все усилия, чтобы убедить гордеца хотя бы на этот раз принять мою помощь. После тирады об унижении по учебному признаку магистр Лазавей сдался, махнул рукой и разрешил сделать из него увечного. Смешно, право слово! И почему только мужчины предпочитают, чтобы на них всё само собой заживало?

Волшебная мазь творила чудеса. Кожа порозовела, затянулась, остался только след от царапины, будто после бритья. Взяла на заметку узнать у лекаря состав.

Вопреки опасениям, меня из Академии не выставили, а в само учебное заведение бурлило в предвкушении чего-то важного.

Странное дело, но сессию отменили. Просто вызвали старост, вручили им списки с проставленными оценками по предметам и роздали на роспись. Ни одного «неудовлетворительно», даже я умудрилась получить по злосчастной бытовой магии «хорошо с минусом». Признаться, ожидала «посредственно». А по занудной истории сопредельных государств и вовсе заслужила «отлично». Итого: проходной балл на следующий курс, восьмая с конца. Более чем замечательно для молодой мамы. Видимо, работа в библиотеке и вправду благотворно влияет на отношение преподавателей.

Светана и вовсе светилась от счастья. Она в числе первых на курсе, одни «хорошо» да «отлично», с минусами и без.

– Ты как, идёшь на общее собрание? – огорошила вопросом соседка, развлекая Марицу погремушкой.

– Какое собрание? – я писала письмо Хендрику и, признаться, туго соображала.

Если учебный год закончен, то можно вызывать мужа. Покуролесить недельку в Вышграде, отдать ему дочку, а самой вместе со Светаной и Лаэртом отправиться наслаждаться жизнью. Подруга сто раз подтвердила, что каникулы проводим у неё:

– Дом большой, всем места хватит. Родителей я уже предупредила, они нас ждут.

Словом, мыслями я была не здесь и умудрилась проворонить объявление в холле.

– Таинственное, – Светана обернулась ко мне и закатила глаза. – Вообще-то туда первокурсников не допускают, но мы-то уже второкурсники. И не отстающие. И храбрые. Спустись, почитай: мы подходим.

– Опыты будут ставить? – брякнула я, вспомнив страшилки Хендрика. Ну да, на самом деле я сама издеваюсь над алхимиками, заставляя заполнять длинные формуляры и следя за чистотой рук на вверенной мне библиотечной территории. К слову, обход нужно перед отъездом сделать, жетон сдать, в журнале расписаться.

– Какой-то конкурс, – пожала плечами подруга. – Для лучших из лучших.

– Это для тебя.

– Для нас, – поправила Светана и подмигнула карим глазом. – Я прилежная заучка, ты – опытный ботаник и храбрая разведчица, Лаэрт – маг. Вместе мы сила!

Мы обе рассмеялись. Конечно, смешно, потому что новоиспечённые второкурсники ничего путного собой не представляют. Особенно мы, девочки, которые на «вы» с общей бытовой магией. Лаэрт, тот даром обладает, шарики, драконов и прочих тварей из огня творит, искусственный свет создавать умеет. Из ничего. Вернее, из ресурсов природы и собственной магии. Входит в резонанс, концентрируется, нащупывает дар… Знаю, путано объясняю, просто, на самом деле, ничего в магии не понимаю. Могу чувствовать, есть или нет общедоступная, зазубрила пару теоретических принципов, но не более. Все эти сетки, откаты, законы противодействия и перетекание одного состояния вещества в другое – тёмный лес. Прочитала – и забыла. А вот Лаэрт понимает, что-то там моделирует…

Оставалось надеяться, что к третьему курсу перестану быть полной дурой и научусь рассчитывать заклинания. Только практиковать смогу исключительно на академической магической энергии: дара нет, подпитки нет. Но я выясняла: проблема решается, способности к чародейству развиваются практикой. Разумеется, сильным магом не станешь, но паршивеньким – вполне. А я не гордая, мне и этого хватит.

День выдался славным и тёплым, до таинственного собрания времени много, посему взяла Марицу и отправилась гулять. Наш папаша не удосужился купить нам коляску: «Дорого, а ты не без рук», поэтому носила на перевязи.

Малышке нравилась травка, я не возражала, благо для этого и выбралась. Ну, почти для этого. Пока Марица агукала и познавала мир, – вот скажите, какой мир она бы познавала дома? Полы да скатерти? – намеривалась побеседовать с Лаэртом. Не люблю загадок, может, хотя бы он знает, с чего вдруг студентам преподнесли такой подарок.

Студенческий дом магов – это нечто. Дыры в стенах – обыденное дело. Интересно, сколько занавесок, безвинных деревьев и кустарников пострадало от их выходок? Зато интересная вещь у них вместо дверного звонка: что-то вроде говорящего духа. В зависимости от настроения он то молчаливо открывает дверь, то голосит свиньёй, то поёт. Каждый раз новый аттракцион.