Сквозь Время - Сергей Лобанов

Наасс между тем продолжал свою мысль:

– Поэтому искомый материал для выращивания большого Кристалла у тебя будет, а языковой адаптер я отдам другим специалистам, полагаю, они вполне способны изготовить микрочип не хуже оригинала.

– Господин Наасс, – осторожно начал Терранн. – Сколько вы собираетесь платить мне за работу?

Фэд усмехнулся и хитро прищурился:

– А ты парень не промах. Во сколько ты сам оцениваешь эту работу?

Рут решил идти до конца.

– Мне самому, господин Наасс, ничего не нужно, вернее, нужно совсем немного. Работа, которую вы мне предлагаете, очень интересная и я с удовольствием возьмусь за неё, но есть один человек, он с некоторых пор мне не безразличен.

Фэд вновь усмехнулся:

– Понимаю, Рут, понимаю. Мии вполне может вскружить голову многим, особенно такому романтичному молодому человеку, как ты. Но она не так чиста и невинна как, может быть, ты думаешь.

– Я знаю, чем ей приходится заниматься.

Наасс слегка приподнял правую руку, призывая собеседника не спешить с выводами.

– Мии профессиональный киллер.

Глаза Терранна против воли округлились.

– Мии киллер?! Что вы такое говорите, господин Наасс?

– Не нужно воспринимать всё так эмоционально. Мии никого не стережёт за углом с лучемётом и не прожигает несчастную жертву насквозь. Таких дуболомов у меня хватает.

В её случае работа тонкая и изящная. Она виртуоз своего дела. За ней тянется целый шлейф мужчин, для кого она была последней женщиной в жизни. Ею давно интересуется полиция, но ничего конкретного на неё нет: моя поддержка кое-что да значит.

Кстати, есть у неё одно увлечение. Её далёкие предки – японцы. Она очень неплохо владеет холодным оружием и с юных лет посвящает этому несколько часов каждый день. Но это, как я сказал, хобби. Так что если хочешь заинтересовать её ещё больше, займись тем же самым. Я совсем не против, чтобы вы иногда встречались не во вред общему делу. Я хорошо отношусь к ценным специалистам, если они выдают желаемый мною результат.

– Зачем вы рассказали мне о её роде деятельности, господин Наасс? Как я понимаю, эта информация не для всех.

– Я хочу, чтобы ты не обманывался насчёт этой девушки, Рут. И потом, разве то, чем будешь заниматься ты, общедоступная информация? Ты будешь носителем такой тайны, что по сравнению с ней тайна Мии сущий пустяк. Сегодня же приступай к работе, а я помогу всем, чем смогу.

За работой над выращиванием Кристалла Терранн проводил всё свое время. Как и следовало ожидать, процесс пошёл совсем не так просто, но результаты были. Вот только микросхемы и микрочипы, необходимые для стенда, где рос Кристалл, постоянно горели и выходили из строя. Их приходилось регулярно менять. Работа вошла в завершающую стадию через пять месяцев. Кристалл сильно увеличился в размерах и вот-вот должен был достигнуть искомые восемьдесят три процента от абсолютной величины.

Микросхемы и микрочипы горели вдвое чаще, процесс приходилось приостанавливать, Наасс ходил раздражённый и порой откровенно злой. В такие моменты Рут с головой окунался в работу, только чтобы не попасть под горячую руку босса.

Все пять месяцев Терранн работал в полной изоляции, он постоянно думал о Мии и о том, что сказал о ней господин Наасс.

Рут не хотел в это верить, но здравый смысл говорил о том, что для босса лгать нет смысла. И всё же как-то с трудом представлялась Мии с дьявольской улыбкой на устах, бросающая последний холодный взгляд на остывающее тело очередной жертвы.

Мысль о том, что эти жертвы проводили с ней ночь, была невыносима. Терранн, скрипя зубами, работал, не зная отдыха. Только чтобы не думать о Мии и о том, чем она может заниматься именно в этот момент.

Мии улыбнулась толстому мужчине в дорогом костюме. Он страдал одышкой, был красен лицом и потел, беспрестанно вытирая лицо и шею скомканным платком. Его сопровождала супруга, похожая на мегеру. Рядом семенил малец, он капризничал, топал и ревел белугой, пытаясь вырвать свою руку из руки матери. Прохожие смотрели в их сторону, удивляясь, как из детского неокрепшего горла могут исходить такие звуки.

Мужчина заметил улыбнувшуюся ему красивую девушку и несколько растерялся. Рутина семейной жизни полностью засосала его, и он просто не ожидал знаков внимания со стороны молодой особы. Но не это встревожило толстяка. Он был не глуп и самокритично относился к своей внешности. Но кто их поймёт, этих женщин? Вот эта улыбается ему так, чтобы не видела супруга, занятая капризным отпрыском. А чего улыбается? Вот пойми её. Может, он ей нравится? Кто их разберёт, кто им нравится, а кто нет?

Толстяк, улучив момент, улыбнулся в ответ, растянув мокрые губы-сардельки, обнажив большие лошадиные зубы.

Мии внутренне передёрнулась от отвращения и послала ещё более очаровательную улыбку в благодарность, что не осталась незамеченной.

Толстяк начал искать способ хотя бы ненадолго отделаться от супруги и орущего наследника. Вскоре такая возможность представилась, мальчик настойчиво тянул за руку мать к отделу игрушек. Женщина посмотрела на мужа, тот согласно кивнул и сказал, что ему нужно посетить туалетную комнату.

Мии последовала за мужчиной, а тот в предвкушении приятного знакомства с непременным продолжением, – а как иначе! – довольно шёл, стараясь придать походке упругость, а фигуре молодцеватую подтянутость. Он спустился по ступенькам, ведущим в мужскую часть туалетной комнаты. С его приближением дверь отъехала в сторону, мужчина обернулся.

Времени на тонкую игру, которую она обожала, наблюдая за ничего не подозревающей жертвой, у Мии не было совсем. В любой момент мог появиться кто-то ещё. И она пошла на риск, как поступала очень редко, считая это не самой высшей ступенью своего мастерства.

Увидев спускающуюся за ним девушку, мужчина вновь расплылся во фривольной улыбке, обнажив большие зубы и открыв рот, собираясь сказать комплимент.

В левой руке девушки хищно блеснуло тонкое лезвие стилета. Удар пришёлся жертве в рот, пробил шею под основанием черепа и пригвоздил голову к стене.

Толстяк дернулся всем телом, громко спортил воздух и обмочился.

Мии сняла платок с рукояти стилета и положила его в сумочку. Затем с наручного персоника отправила адресату голографическую картинку, спокойно поднялась по лесенке и покинула торговый центр.

Дверь реагировала на близко находящийся объект, открываясь и закрываясь, но никто не заходил и не выходил. Труп толстяка, несмотря на вес, так и стоял в луже собственной мочи, пригвождённый к стене сильным ударом стилета, нанесённым слабой с виду изящной девичьей рукой. В стекленеющем взгляде застыло удивление. На белой рубашке расплылось большое пятно крови, обильно льющейся из искажённого в смертной гримасе рта.

На выходе девушка услышала истеричный визг уже вдовы.