Сталкеры поневоле. Хранитель Зоны - Виктор Глумов

На экране появилась вторая точка, приближающаяся рывками, первая сбавила скорость и изменила направление, замерла напротив Игарта. Он всматривался в траву перед собой и целился туда, где предположительно прячется тварь.

– Тим, вторая тварь идет к тебе, берут в клещи…

У паренька сдали нервы, и он открыл огонь наугад. В этот момент твари прыгнули. Игарт упал на землю. Мутант пролетел над ним – огромный, размером с полугодовалого теленка. Зубы клацнули там, где секунду назад было горло.

Откатившись в сторону, он дал длинную очередь в розово-коричневый бок твари. Мутант взревел и закрутился на траве, пытаясь зацепить когтистой лапой хоть кого-то из врагов. Деталей было не разобрать – мелькали клыки, грива, когти…

Чуть в стороне извивалась вторая тварь, в которую палили Маузер с Тимом. Игарт прицелился и добил мутанта одиночными. Одна из пуль разорвала аорту, и тварь, рыкнув, осела на траву, уставилась на убийцу миндалевидными усталыми глазами. Бока вздымались все слабее, наконец веки мутанта сомкнулись, и он испустил дух, окрашивая желтую траву алым.

То ли лев, то ли пес, то ли медведь. Короткий нос, вывернутые ноздри, ряд тонких, как иглы, зубов. Существо совершенно лысое, розово-сине-коричневое, на башке и вдоль спины – длинная желтая грива, маскирующая мутанта среди травы.

– Гривастый, – заключил Воланд. – Хорошо, что у нас датчик движения, его выследить очень трудно.

– Самка, – констатировал Маузер, подходя к дохлому гривастому и хрустя травой. – У нее вымя, гляньте. У меня бы не хватило фантазии придумать столько уродов.

Игарт обернулся: Маузер сидел на корточках, изучал поверженного монстра.

– Объявлялся конкурс, молодые художники присылали эскизы и описания существ. Многие монстры пошли в дело. Детям даже заплатили по паре тысяч. Артюхов разрабатывал пояс тумана, жуткое место.

– Нет зверя страшнее человека, – сказал Маузер, вставая и потягиваясь.

– Повторишь это, когда мы будем идти возле танцующего леса, – вкрадчиво проговорил Игарт, осматривая себя – куртка, брюки и даже шнурки «берцев» были в репьях и колючках. – О, черт!

Все как по команде принялись чиститься. Маузер первым прекратил бессмысленное занятие:

– Товарищи, нам еще половину поля пройти надо. Загадимся по новой.

Из-под ног с треском стартовала перепелка – Воланд от неожиданности выстрелил. Не по перепелке – в сторону Маузера. Тот матюгнулся.

– Не снимай с предохранителя, – посоветовал Маузер. – И уясни правило: никогда не целься из оружия, даже разряженного, в человека.

– Да ладно ворчать, – вступился за Воланда Игарт. – Вдруг он захотел дичи набить…

– Стоять! Движение. – Маузер указал вперед и добавил шепотом: – Пять объектов. Идут цепью, до них двести метров, – он вытянул шею. – Люди. Сейчас они огибают деревеньку, скоро пройдут в десяти метрах от нас. Если не изменят траекторию движения, конечно.

– Никак снова беженцы на завод идут, – предположил Тим и вздохнул, почесал затылок. – Но некуда уже идти. Эх…

Маузер присел, Игарт тоже спрятался в траву и затаился. Вскоре зашуршала трава, порывы ветра донесли голоса:

– Еще немного и пришли, – пробасил первый.

– Думаешь, они выстоят? – полушепотом ответил второй.

– Говорят, там настоящая крепость, – довольно грубым, прокуренным голосом сказала женщина.

– Ты не видела машины, которые ползут с юга. Ни одна крепость не устоит, если она не на Драконьих горах, они туда просто не доедут.

Женщина выдала:

– Ха! Там камень плавился, все, как стеклянное, фонит – жесть, реально жить невозможно…

Что-то ответил их тихий собеседник, но слова утонули в хрусте сухих стеблей. Игарт сделал вывод, что Маузер прав: Фрайб перепрограммировал боевые машины и гонит их к заводу. У них ядерные реакторы – топливо закончится очень нескоро. Бороться с ними возможно лишь взрывая одну за другой, без помощи извне Фрайб не создаст новые машины. Без машин он лишается преимущества. И снова Маузер прав.

Приподнявшись, Игарт проводил взглядом беженцев: как он и предполагал, загруженные под завязку, они еле плелись. Память Артюхова подсказывала: проиграй битву – выиграй сражение. Главное, чтобы люди духом не пали и не позволили Фрайбу себя поработить.

Из леса на юге донесся странный звук – то ли грай, то ли клекот. Маузер насторожился, вцепился в волшебное ружье. Воланд разинул рот и задрал голову, уголок его рта задергался. Тим остолбенел, белый, как стена.

Над лесом показалась стремительно приближающаяся черная туча. Выброс? Вроде, нет. Вскоре стало ясно, что это – сотни, тысячи ворон. Они спасались от опасности с испуганным не карканьем даже – криком, и душа невольно уходила в пятки.

– Бомбардировщики, – проговорил Маузер и сложил над головой руки «домиком».

Тим нервно хихикнул и сделал так же. Игарт завороженно смотрел на испуганных птиц. Апокалиптическая картина. Невольно начинаешь бояться вместе с ними, уж очень они убедительны. Даже на лице Маузера пренебрежение ко всему сущему сменилось настороженностью.

– Мы все умрем, – проговорил он заупокойным голосом.

Воланд вскрикнул и принялся, пританцовывая, оттирать обляпанную воронами щеку. Маузер покосился на него:

– А ведь предупреждал! Ничего, к деньгам. И чего они так испугались?

– Машин Фрайба? Если так, нам бы поторопиться…

– Беспилотник верни, – посоветовал Маузер. – И давай не повторять маршрут разведчиков, а сразу к поясу тумана пойдем. Если что, вдоль него двигаться будем, все же так безопасней, и от Фрайба дальше.

– Согласен, – кивнул Воланд. Он так усиленно стирал помет с лица, что щека покраснела, будто ему недавно отвесили пощечину.

– И чего мы телимся? – поглядывая на КПК, Маузер направился на север, за орущей вороньей стаей.

Игарт мысленно велел ворону лететь наперерез. В душе зрело предчувствие, что он скоро понадобится. Хотелось не идти – бежать вперед, казалось, что смерть… не бутафорская, а вполне настоящая, наступает на пятки.

Маузер обернулся, снял кепку с Воланда и надел на себя:

– Это на случай, если Фрайб будет следить за нами с воздуха.

– Он что, еще и летать умеет? – удивился Тим.

– Да, – ответил Маузер совершенно серьезно. – У него есть специальная реактивная метла, садится на нее и… Он же создатель.

– Харэ врать, – сказал Воланд, задрал голову, скользнул взглядом по безоблачному небу и потупился. Игарт, шедший позади него, также глянул вверх и выругался:

– Черт, ястреб над нами.

– Ах ты ж! – воскликнул Маузер и прошил птицу очередью – ястреба сначала швырнуло вверх, потом он рухнул вниз головой, сложив крылья.