Обладатель-десятник - Юрий Иванович

«И с чего я вдруг испугался? – удивлялся замерший на тропе Загралов. – Я в себе уверен на все сто. А если надо будет придумать способ избавиться от надоедливой ведьмочки, вызову Ольгу. И не обязательно в физическом теле. Она мне подскажет, что говорить и как себя вести».

Успокоив себя такими мыслями, он двинулся дальше. Причем был полностью уверен как в собственной невозмутимости, так и в силе воли.

И просто обалдел, когда увидел во дворе, в окружении десятка человек, Елену. Только в горле пересохло и в голове помутилось не от того, что он узрел девчонку-огородницу, а потому что рассмотрел отчетливо ту, с которой дружил и изменял супруге. Во дворе его ждала Елена Дмитриевна Шулемина.

Бывшая любовница Базальта, погибшего от рук бандитов. Ближайшая подруга Ольги, уверенная в том, что Ольгу похитили и держат взаперти. Лучшая подруга и самого Загралова, по советам которого она сумела пройти кастинг и теперь снимается в лучших фильмах у знаменитого российского режиссера. И не просто лучшая подруга, а еще и близкая женщина, с которой они вместе пережили самые тяжкие минуты после потери своих любимых.

Шулемина даже не догадывалась, что Ольга уже умерла и теперь ее может возрождать и материализовать только обладатель. Но она недоверчиво относилась к звонкам Ольги родителям. Словно чувствовала, что ту на самом-то деле подлые похитители давно убили. Потому и пришла утешать Ивана. Потому и грела его своим телом, что сама нуждалась точно в таком же тепле.

Вроде дела минувших дней. Вроде немыслимо ее увидеть в этой глухой тайге.

Но она здесь! Почему?

Елена мило беседовала с женщинами и детьми, живописуя некоторые секреты закадровой жизни киноартистов. Выглядела она великолепно.

Иван подошел, поздоровался и довольно холодным, официальным тоном пригласил Елену в дом. Та зашла чинно, степенно, с достоинством, но, как только они оказались наедине, сбросила с плеч короткую шубку прямо на пол, прыгнула к мужчине на грудь, обвивая шею руками, а талию ногами, и горячо заговорила:

– Я так рада тебя видеть! Так рада! А как я переволновалась, ты бы только знал! Как услышала про катастрофу с вертолетом да про гибель целой тучи местных пиплов у власти, да посмотрела по карте, что это всего лишь в паре километров от тебя, так и места себе не находила. Хорошо, что съемки закончились, и у меня теперь много времени свободного. Прыгнула в самолет, а уже сюда меня вертолетом доставили. Все-таки кино – великая сила. И нужные рекомендации творят чудеса. Ты рад?

– Жутко рад, – признался Загралов. – Честное слово. Но… Лена, я ведь женат на Ольге, и между нами уже невозможна та близость… ну, ты понимаешь… в постели…

– Да ладно тебе, расслабься! – она со смехом спрыгнула с него, чмокнула в край губ (Иван успел увернуться) и стала осматриваться. – Ты, как и все мужчины, сразу думаешь о постели. А почему бы не валить все на нашу дружбу? Я ведь имею право к тебе приехать просто так? Не боясь сексуальных домогательств?

– Мм? Конечно, можешь!

– Ну вот я и приехала!

– А вдруг Ольга узнает?..

– Ну и что?! – искренне изумилась Елена. – Разве она не знает, что мы дружим?

– Ты понимаешь, о чем я. Она будет вне себя из-за нашей интимной близости…

– Ха! Так ты не вздумай ей рассказывать, и все будет нормально, – актриса принялась прохаживаться по кухне, рассматривая обилие продуктов. – Нет ничего хуже в этом мире, чем излишне болтливые, раскаивающиеся в грехах мужчины. Ты ведь не из таких?

Считать себя болтуном не хотелось, но Иван хотел сразу расставить все точки над «i». Поэтому создал суть матрицы своей любимой где-то совсем рядом, чтобы она все слышала, и начал цедить сквозь зубы:

– Считай, что «из таких». И я не смог обмануть Ольгу…

– Не смог?! – Шулемина уставилась на него округлившимися глазами. – Как это понимать? Ты с ней разговаривал?

Пришлось Ивану сделать лицо ящиком и выкручиваться прямо на ходу. При этом еще и успокаивая фантом, который начал истерично требовать объяснения, откуда тут вдруг взялась подруга.

– Мысленно я уже ей во всем признался. Мало того, я написал ей покаянное письмо. Оно ждет ее дома. Когда она вернется, то, думаю, меня простит…

Елена часто заморгала:

– Простит? А меня? Да она меня просто на кусочки разорвет!

«И немедленно! – заорала Ольга. – Создай меня целиком! Сейчас же!»

– Не паникуй. И тебя она простит… – пробормотал Иван, чувствуя, что сознание уже рвется на части.

– Издеваешься? Или плохо Ольгу знаешь? Да она и тебя порвет как Тузик грелку! Потом воскресит – и порвет снова!

– Ну зачем же так кровожадно?

А в голове раздавалось:

«Да! Тебя я сразу рвать начну за такое предательство! Пригласил эту блудницу сюда и решил втайне от меня с нею забавляться?!»

– А ты иного и не достоин! – закричала нежданная гостья. – Если хочешь каяться – пожалуйста! Но меня зачем называть? Зачем подставлять? Как ты мог? Как ты посмел? Это ведь не просто не по-джентльменски, это – подло! Я тебе разрешила себя соблазнить, разрешила воспользоваться своим телом в самую трудную и печальную минуту, а ты меня так вот отблагодарил за ласку, тепло и участие? Ну как же так? И что мне теперь делать? Только одно остается: пойти и повеситься… Нет, это я не смогу!.. А вот утонуть… Да! Только это мне и остается! В первом же попавшемся болоте…

Елена бросилась вначале к окну, потом к двери. Оцепеневший Иван сдвинулся с места только после приказа своей любимой, сменившей ругань на конкретику: «Лови эту дуру!» – и успел схватить гостью:

– Стой! Что за глупые мысли? Так нельзя!

– Ах нельзя? А тебе, значит, можно все?! Наплевать на меня, на мою жизнь и на мои чувства?! Воспользоваться, а потом плюнуть, растереть и выбросить из своей жизни? Так зачем такая жизнь мне нужна? Пусти! Я уже все решила!

И неожиданно с визгом выкрутилась из его совсем не мощных объятий, выхватила откуда-то нож с тонким лезвием и со всего маху попыталась вонзить себе в сердце. Только в самый последний момент Иван чудом успел подставить под удар правую руку, и полоска стали вонзилась наискосок в подушку ладони у большого пальца, вылезая концом посередине между безымянным и средним пальцами. Брызнувшая кровь заляпала платье на груди Елены.

На пару секунд от шока замолкли все трое. Потом Загралов от боли заругался в своей манере:

– Махтитун-дроботун! И три едритуна на твою голову!

Затем у него в сознании завизжала Ольга. А Елена рухнула в обморок.