Плата за одиночество - Бронислава Вонсович

У своей двери я попыталась отпустить локоть Эдди и с ним распрощаться, но поскольку мой спутник придерживал меня второй рукой, попытка вышла неудачной. Он лишь поглядел на меня довольно издевательски.

— Инор Хофмайстер, я благодарна вам за помощь, но дальше я как-нибудь сама справлюсь, — заявила я, пробуя и дальше освободить свою руку, хоть и понимала, что выгляжу сейчас глупо.

— Детка, благодарность должна быть осязаемой, иначе какая это благодарность, — нагло заявил он мне. — «Спасибо» в карман не положишь и на вкус не распробуешь.

— Инор Хофмайстер, вы же понимаете, что я совсем не в том состоянии, чтобы предложить вам хотя бы чаю? — пыталась я сохранять дистанцию.

— Детка, сама подумай, зачем мне твой чай, если я даже у Маргареты его пить не стал?

Он выдернул из моих подрагивающих рук ключ, который никак не хотел вставляться в замочную скважину. У него ключ не только вставился куда нужно, но и провернулся один раз, после чего дверь открылась. Я успела лишь удивиться, почему один, а не два раза — я точно помнила, что, когда уходила, поворачивала дважды. Но тут мне стало не до счета и не до удивлений — Эдди просто внес меня в квартиру и захлопнул за нами дверь, проскрежетал ключом теперь изнутри, после чего вжал меня в стену прямо у входа и начал изучать намного более вдумчиво, чем когда я очнулась в лаборатории иноры Эберхардт. Видно, тогда мне не почудился его нездоровый интерес. Его руки совершали наглое путешествие по моему телу, я отчаянно отбивалась и пыталась лихорадочно вспомнить, как нас учили поступать в подобных ситуациях в приюте. Ведь учили же! Кажется, нужно резко согнуть ногу в колене…

— Эдди, я вам не мешаю?

Голос Сабины показался мне настоящей музыкой, но я все же завершила движение, которое начала. Монахини нам говорили все доводить до конца, ибо это угодно Богине. Эдди охнул, согнулся и наконец меня отпустил. Теперь его руки были заняты уже собственным телом.

— Сейчас он скажет, что нехорошо бить ниже пояса, — насмешливо продолжила Сабина.

Я отодвинулась подальше от своего провожающего, поближе к своей негаданной спасительнице, и начала поправлять одежду. На Эдди я поглядывала с опаской, хотя мне и казалось, что желание получить осязаемую благодарность за свою помощь у него несколько поутихло.

— Конечно, нехорошо, — голос Эдди утратил свою жизнерадостность, а обращенный ко мне взгляд — одобрение. — Но ты, Саби, помешать никак не можешь. Втроем — оно всегда интереснее. Так что можешь начинать раздеваться.

— А тебя Петер не смущает? — зло спросила Сабина.

— А что, он тоже здесь? Так я ему и не предлагаю раздеваться. Голые мужчины меня не возбуждают, детка, ты же знаешь.

— С чего бы мне такое знать? — Сабина покосилась на меня и сделала глупейшее выражение лица. — Мы с тобой не настолько близки.

Эдди весьма выразительно на нее посмотрел. Похоже, отнюдь не деловые отношения с продавщицами иноры Эберхардт были для него нормой. Скрепляли прочность партнерских связей, так сказать.

— Саби, тебе брачный браслет не жмет? — хохотнул он.

Он оправился от моего удара, но переходить к активным действиям не торопился. Надеюсь, трезво оценил свои силы и теперь думал, как отступить, чтобы не выглядеть при этом смешно.

— Не тебе об этом говорить! — неожиданно взвилась Сабина. — Пошел вон! Тебя сюда никто не приглашал! Да ты вообще права не имеешь здесь находиться!

Смотрела она на Эдди с какой-то исступленной ненавистью, даже кулаки сжала и шаг вперед сделала. Но ее кулаки совсем ничего не стоили против кулаков ее противника. Он лишь с кривоватой ухмылкой на них посмотрел и ни единого движения к выходу не сделал.

— Да, сегодня мне здесь не рады. — Он выразительно покатал на языке слово «сегодня».

Сабина покраснела и попыталась его стукнуть. Это ей предсказуемо не удалось — ее руки он тут же перехватил, и теперь она извивалась, пытаясь хотя бы пнуть, если уж ударить не получается. Но пышные юбки очень ей в этом мешали, путались в ногах и ослабляли силу удара. Эдди ее поведение лишь забавляло.

— Сволочь, — шипела она не хуже сестры Терезы, когда той что-то не нравилось в поведении приютских девочек. — Гад ползучий. Убирайся из моей квартиры, чтобы и духу твоего вонючего здесь не было!

— Не очень-то и хотелось, — Эдди отшвырнул ее в сторону так, что Сабина едва на ногах удержалась, перевел взгляд на меня, ухмыльнулся и сказал: — Извини, детка, сегодня ничего не получится. Придется отложить все до другого раза. Саби слишком ревнивая, не хочет меня делить.

Хотя и двигался он с показной ленцой, но за дверь успел выскочить. Сабина в сердцах пнула по косяку, ойкнула и запрыгала на одной ноге.

— Сволочь, — выдохнула она сквозь зубы, — вечно меня из себя выводит. Знает мои слабые места и бьет в них целенаправленно. Самое гадкое в работе у иноры Эберхардт — этот вот Хофмайстер. Ни в коем случае с ним не связывайся и, главное, не слушай, что он там несет. Врет он постоянно и с большим вдохновением. Да и вообще, все они врут! — с горечью закончила она.

— Это ты про инору Эберхардт? — уточнила я.

Куда же она меня устроила? И появится ли у меня возможность отсюда выбраться? Желательно целой и невредимой. Эти постоянные странные намеки, что там не все так благополучно, как кажется на первый взгляд.

— Да нет, я про мужчин, — неожиданно ответила Сабина. — Вот как вышла из приюта, постоянно убеждаюсь, что правы были монахини. Мужчины — лживы от кончиков щетины на щеках до кончиков ногтей на ногах.

— И твой муж? — невольно заинтересовалась я.

— Петер? — При его упоминании лицо Сабины смягчилось, на нем заиграла нежная мечтательная улыбка, и она сказала: — Нет, Петер не такой…

Она подошла к окну убедиться, что Эдди ушел, а не ожидает под домом, чтобы вернуться после ее ухода и наговорить лживых слов. Это беспокоило ее намного больше, чем то, что он опять мог меня домогаться.

— Иди-иди, — почти прошептала она. — И чтоб я тебя больше не видела.

Я стала рядом с ней и тоже выглянула во двор. Эдди как раз заворачивал за угол. Шел он неторопливо, но целеустремленно. Надеюсь, до борделя он сегодня доберется, а не постарается осчастливить кого-то, кому совсем не по душе подобное. Я вздрогнула от одной только мысли, чем мог бы закончиться этот вечер, не будь тут Сабины. Возможно, Эдди и не собирался заходить дальше тщательного ощупывания, но проверять это я не хотела. Я еще раз выглянула, но этот тип ушел окончательно и не собирался возвращаться.