Невменяемый отшельник - Юрий Иванович

Ему предстояло весь день мотаться по Утиному и его окрестностям, встречаться с коллегами и решать иные организационные вопросы. Вот его воспитанница и оказалась не у дел. А торчать в доме, в котором она провела всю свою юность и детство, а на следующий день покинет навсегда, – было тяжело. Не хотелось грустить без причины. Вот красавица и предложила:

– У меня две идеи, как нам развлечься сегодня. Первая: мы возвращаемся по течению вниз до Селестии, а оттуда по реке Данея поднимаемся к городу Коппола. Это самый грандиозный и красивый город Древних, который остался в чудесном состоянии. Помнишь, лоцман о нём рассказывал немного?

– Помню… А вторая идея?

– Мы можем проскочить по Гайде до самого Барьера и полюбоваться мостом Непреодолимым. Это ведь так романтично!..

Невменяемый наморщил лоб в раздумьях:

– Ну разве что полюбоваться…

– Конечно! И только издалека! Я тебя к нему и близко не подпущу! Или сомневаешься в том, что я не сознаю всей опасности, которая исходит от Барьера?

Её супруг никак не мог решиться. С одной стороны, он бы с удовольствием полюбовался городом Коппола, о котором все сентеги в один голос утверждали: Первое чудо света. Всё-таки в древнем городе несравненно больше достопримечательностей, чем на одном-единственном мосту, тем более осматриваемом издалека. Да и места в верховьях Гайды наверняка дикие, никакого иного интереса, кроме дикого зверья, не представляющие. Поэтому душа рвалась в город Древних.

Но решающим в выборе стали знания об империи в целом. А из них вытекало, что как раз в районе Копполы и роились рассеянные банды недобитых верноприличников, за которыми сейчас с настойчивостью валелей гонялись верные императору войска.

Поэтому осторожный энормианин высказался неопределённо:

– Назад возвращаться – не хочется категорически. Ну а мост… разве он стоит потраченного на него времени?

– Конечно же, стоит, любимый! Ты же слышал вчера про него чудесную историю!

– Слышал. Но не забывай, что это – вымысел, сказка…

– И всё-таки! – решила покапризничать Ягуша. – Выбирай, куда отправимся: по моим предложениям или предлагай сам нечто оригинальное!

– Оригинальное? – серьёзно задумался Кремон. – О! А давай двинемся к границе? Оставим плавер под охраной воинов у тракта, а сами вскачь прямо в Аллангарн. А? Там ведь тоже есть на что глянуть… Да и множество друзей моих там, мои учителя, сам король, названая сестра Мальвика. Кстати, она тоже, как и ты, маркиза.

– Мм!.. Так нечестно, мы и так договорились, что будем торчать на границе полтора дня, дожидаясь каравана. А этот день мой и проводится по моему усмотрению. Или ты мечтаешь встретиться со своими боевыми подругами? Такими, как Мирта Шиловская? Поэтому…

– Ладно, поплывём к мосту, – тут же покладисто согласился Невменяемый, и пара влюблённых стала быстро одеваться для дальней экскурсии.

Так как воины и лоцман легли спать намного раньше, то уже бодрствовали и даже успели позавтракать. А молодожёны решили перекусить прямо в пути. В итоге уже через десять минут после их выхода из дому плавер лихо вырулил из узенького канала на просторы Гайды и устремился в её верховья.

Правда, в момент выхода на открытую воду чуть не столкнулись с лодкой, в которой весьма знакомый мужчина интенсивно грёб по направлению к большому кораблю, стоящему на якоре у противоположного берега. Гребцом оказался один из страстно влюблённых в Ягушу кавалеров, тот самый, который давал в дорогу пирожки.

Заложив крутой вираж, плавер устремился по реке, а мужчина бросил вёсла, вскочил на ноги в покачивающейся от волны лодке и несколько растерянно смотрел вслед быстроходному кораблику. Что интересно, с большого корабля его окликнули, он очнулся, вновь уселся за вёсла и лихорадочно поплыл… обратно. Видимо, неожиданный отъезд гостей спутал все его планы. А может, просто решил уточнить, куда именно упорхнула его богиня в такую рань и так неожиданно.

Мелькнула мысль у Невменяемого попросить кого-нибудь из воинов отправиться отделённым сознанием к тому мужику да узнать, чего ему неймётся. Но удалялись с большой скоростью, лучше было проследить, что на обоих берегах делается, чем возвращаться тихоходным сгустком сознания назад.

А дальше предались удовольствию путешествия. Ели захваченные с собой фрукты и с восторгом выслушивали очередные россказни Виль-Ройта. А он настолько подробно и красочно живописал город Коппола, в котором бывал тысячи раз, что в сознании у людей сложилась вполне чёткая картинка. Словно сами увидали главную достопримечательность Южного материка.

Когда проплывали мост, по которому Гайду пересекал Оранжевый тракт, опять в сознании Кремона зашевелилось непонятное беспокойство. Отчего-то захотелось оставить уникальный подарок императора на берегу, нанять карету, коих тут имелось предостаточно, и устремиться к границе. Но только заикнулся своей любимой о старом предложении, как тут же и умолк под укоряющим взглядом прекрасных глаз. Даже стыдно стало за своё желание добраться быстрей до старых друзей, названой сестры и первых учителей. Ничего и в самом деле не случится, если увидится с ними на полтора суток позднее.

Дальше двигались совсем беззаботно в моральном плане. А вот в навигационном – последние двадцать километров реки перед Барьером пришлось изгаляться. Река обмелела, покрылась порогами и на стремнине неслась с порядочной скоростью. Поражало, как в такой воде ещё встречались юркие рыбацкие лодочки, и порой навстречу опасно проносились небольшие плоты связанных для сплава древесных стволов. Непосредственно в верховьях велась сезонная вырубка деревьев.

И за три километра до моста экскурсанты прошли по глубокому каналу природного ущелья, где в спокойной воде вальщики леса формировали плоты, а потом плотогоны на них устремлялись вниз. Причём на лесоповале, как было хорошо видно, работали в равных количествах люди и сентеги. Но именно о последних Кремон подумал с некоторым сожалением:

«Подобная работа для тэшей – кощунственна. Любой из этих дровосеков разбирается в медицине и целительстве намного больше, чем я. Ведь они врождённые врачи. А если ещё и подучатся, да попрактикуются, то ещё выше подымут свой профессиональный уровень. И когда до них окончательно дойдёт, что они востребованы по всему миру, то вскоре подобная картинка в данной империи станет нонсенсом. Здесь будут работать колабы, сорфиты, люди, да кто угодно! Но ни в коем случае не тэши! Не для топоров созданы их крылатые руки. Ну а пока…»

Они проплыли дальше, обменявшись с лесорубами приветственными взмахами и короткими восклицаниями. Из них получалось, что к мосту пару часов назад проследовала одна небольшая лодчонка с несколькими сентегами. На вопрос лоцмана: «Не влюблённые ли?» – с берега ответили: «Нет, скорей искатели приключений! А вы что там забыли?»

На это ответил сам Невменяемый:

– Решили на Непреодолимый полюбоваться. Уж так его Виль-Ройт нахваливал, так нахваливал!..

С берега на это только посмеялись, мол, кому чего не хватает. Но не обидно смеялись, просто от души веселились и радовались небольшому перерыву в работе.