Тени прошлого - Вячеслав Дерелецкий

Заметившие приближающихся людей караульные подтянулись, но, разглядев идущего впереди командира патруля, расслабились, скучающе облокотившись на копья. Стоящий слева часовой заглянул внутрь приоткрытой калитки в воротах и кого-то позвал. Оттуда появился позевывающий десятник с опухшим со сна лицом.

– Хорош уже спать, служба, – поприветствовал его старший патруля. – Казарму проспишь.

– Здорово, Майлз. Тебя наконец-то прогнали с рынка в шею? – беззлобно огрызнулся караульный в ответ и тряхнул головой. – А я тебе говорил, чтобы ты ту толстую торговку солеными огурцами не трогал.

– Сдалась тебе эта торговка… – Командир патруля досадливо поморщился. – Сама виновата. Нечего было язык распускать!

– Да уже весь город в курсе твоих шашней с женой пекаря с улицы Жасминов. – Начальник караула заразительно расхохотался, глядя на побагровевшего патрульного. Справившись с приступом смеха, он примирительно поднял ладони, с любопытством разглядывая Дина и Мелиорна. – Все, не буду, не буду, угомонись. Кого это ты привел?

– Путешественники с юга. Проездом, – недовольно пробурчал патрульный в ответ. – Тысячник у себя?

– У себя. А тебе господин Людовик зачем? – быстро кивнул начальник караула, повнимательнее присматриваясь к Дину. – Господин сотник, что-то лицо мне ваше вроде знакомо…

– Джейсон говорит, он несколько лет назад у нас здесь служил. – Десятник прищурился, отсалютовав приезжему начальству. – Они с нашим тысячником друзья-приятели вроде.

– Так это, значит, тебе, сотник, господин Людовик понадобился?

Дин молча кивнул. Начальник караула подвинулся в сторону, пропуская патрульных и их подопечных внутрь. Дину на миг показалось, что он вернулся в знакомую до мелочей арвильскую казарму. Тот же вытянутый двор внутри П-образного здания, с открытой стороны перегороженный низеньким забором. За ним виднеется манеж для лошадей, тренировочная площадка с полосой препятствий и стрельбище. Слева легкий навес летней столовой с расставленными под ним грубо сколоченными столами и длинными лавками. И у самого стрельбища, в стороне от домов, кузница. Да, все как дома, в Арвиле.

В дальнем конце прямоугольного плаца четыре десятка солдат рубились на тренировочных деревянных мечах. А за заборчиком, на отгороженном жердями стрельбище, жидкая шеренга новобранцев буднично тренировалась в стрельбе под бдительным присмотром сурового ветерана-лучника. Усевшийся на чурбачок мастер помахивал поднятой с земли стрелой, пространно и красочно комментируя сделанные новобранцами ошибки. Из расположенной ближе к входным воротам конюшни раздетые по пояс дружинники со смехом и шутками выводили застоявшихся в стойлах лошадей, шагом въезжая в высокие ворота отгороженного толстыми жердями манежа.

Гарнизон жил своей привычной повседневной жизнью.

– Туда. – Насупленный командир патруля показал на двухэтажную пристройку к левому крылу казармы.

– Знаю, – усмехнулся покосившийся на него Дин и уверенно направился к высоким двустворчатым дверям, у которых тоже стояли вытянувшиеся по стойке «смирно» часовые. – Как будто никуда и не уезжал.

Командир местного гарнизона так же, как и семь лет назад, жил в небольшом особнячке, отделенном от основного здания казармы толстой кирпичной стеной. Весь первый этаж не лишенного уюта домика занимала, как помнилось Дину, просторная гостиная, одновременно являвшаяся и рабочим кабинетом тысячника. На втором этаже располагались спальня, выходившая окнами во двор казармы, и комната для гостей.

Подойдя к неподвижным копейщикам у дверей, командир патруля придержал шагнувшего на низкое крыльцо Дина:

– Господин сотник, подождите пока что здесь. – Десятник расправил плечи и решительно толкнул украшенную затейливой резьбой створку. Часовые с интересом покосились на безразлично замершего эльфа. Спустя несколько секунд за стеной что-то с грохотом упало, покатившись по полу.

– Ну и какого лешего ты их ко мне приволок?! Сказано же тебе: в тайную канцелярию! Вот и веди к Плешивому Генриху.

Дин весело заулыбался, услышав за дверью знакомый голос. В ответ на громогласный рык тысячника раздался невнятный бубнеж патрульного.

– Мартин! Мартин!!! Вечно этот бездельник где-то шляется, когда нужен!

Изнутри раздались приближающиеся тяжелые шаги. Переглянувшиеся часовые осторожно отодвинулись подальше от дверей.

– Что тут за «старый приятель» выискался?

Распахнутые настежь дверные створки гулко ударились о косяки. Довольные своей сообразительностью часовые вытянулись в струнку и уставились пустыми взглядами прямо перед собой.

В дверях появился широкоплечий рослый вояка с тронутыми благородной сединой висками и длинными усами, свисающими до самого подбородка. Стального цвета глаза грозно сверкали, рыская по сторонам.

– К Генриху, говоришь? – со смешком отозвался Дин. – Эта лысая обезьяна еще не сдохла от цирроза печени?

Стоящий в дверях тысячник осекся, изумленно глядя на улыбающегося во весь рот Дина. В следующее мгновение крепкие руки обрадованного встречей командира гарнизона по-медвежьи сдавили его ребра:

– Эта зараза еще нас с тобой, Дин, переживет! К тому же он пить бросил, после того как года три назад чуть в ящик не сыграл. Здорово, бродяга! – Людовик на мгновение выпустил Дина из могучих объятий, и тот с трудом перевел дыхание. – Это сколько же лет мы не виделись?

– Семь. Полегче, черт здоровый! Чуть насмерть не задавил.

– Задавишь тебя, как же! – Тысячник с радостным смехом похлопал друга по спине. – Ты к нам какими судьбами? Надолго?

– Не, мы проездом. – Счастливый Дин потер ноющие после его объятий ребра. – Я вообще-то к тебе только вечером в гости собирался, а оно вон как обернулось. Собрались с приятелем в столицу рвануть, а твои архаровцы его в тайную канцелярию тащат.

Оглушительно расхохотавшийся тысячник повернул голову и неожиданно поперхнулся, разглядев его попутчика. Улыбка мгновенно погасла на окаменевшем лице.

– Интересные у тебя приятели появились… – загадочно протянул Людовик, отодвинувшись и шагнув обратно на крыльцо.

– Мелиорн из семьи Лавиола, капитан эльфийских стрелков. – Спутник Дина изящно поклонился безупречным придворным поклоном.

– Людовик де Ласси, – сухо представился растерявший всю свою приветливость командир ноирского гарнизона. – Дин, пойдем-ка поговорим.