Игры на кровь - Сергей Игнатьев

– Все, пришли. – Котов толкнул массивную железную дверь, открывшуюся с противным писком несмазанных петель.

Ветви деревьев шумели на ветру, его резкие порывы приятно холодили кожу и тащили по земле клочья какого-то мусора.

Невдалеке, за верхушками деревьев, желтели окна высотных домов. Там коротали вечер у телевизоров, в тепле и уюте, самые обычные люди. Те, кто не берет в заложники молодых девушек, не угоняет напичканные электроникой «Газели» спецслужб и не лазает на ночь глядя по подземельям, скрываясь от переполошенных охранников и безжалостных гостей из параллельных миров.

Они находились в тепле и уюте. Но почему-то я им не завидовал…

– Все, майор… Теперь разбегаемся. И предупреждаю – на глаза мне лучше не попадайся, вампир.

– Было приятно пообщаться, полковник.

Мы пожали друг другу руки и, хрустя подошвами туфель по грязному талому снегу, направились в противоположных направлениях.

Я вышел к скупо освещенной улице.

У тротуара стояла ярко-красная «Ауди ТТ». Сидящая за рулем темноволосая девушка в куртке с меховым воротником смотрела в сторону парка, затягиваясь тонкой сигаретой.

Сегодня у меня был определенно День Неожиданных Встреч.

Я подошел почти вплотную к машине, но девушка не замечала меня, глядя куда-то перед собой.

– Здравствуй, Яна…

Вздрогнув, она повернулась ко мне.

– Ты… здесь?.. – ее темные глаза удивленно смотрели на меня.

– Неужели есть основания сомневаться в этом?

– Быстрее… в машину…

Я не стал спорить, и, хлопнув дверью, послушно уселся на сиденье рядом с водительским.

– Как видишь, я всегда подчиняюсь тебе, – улыбнулся я.

– Серж… – Яна завалена мотор. – Я… мне нужно было сказать тебе…

Я вопросительно смотрел на девушку. Яна была Черной колдуньей высокой категории и одной из помощниц шефа. Обычно состоящие на таких должностях девушки являлись штатными любовницами шефа, однако на Яну, я знал точно, это правило не распространялась. Слишком самостоятельная, слишком честная, принципиальная, и в то же время удивительно красивая – словом, это была не девушка, а мечта.

Познакомившись почти случайно, на какой-то вечеринке в «Триумфальной арке», мы проговорили с ней несколько часов подряд, притом очень откровенно, вдруг почувствовав необыкновенную близость. С тех пор встречались часто, но в наших отношениях не было и намека на флирт или ухаживания, это было нечто совсем другое. И это было странно, непонятно – что свело нас воедино, одинокую черную колдунью, состоящую на престижной должности, но не замаравшуюся порочащими связями, и молодого нагловатого вампира, уже успевшего добиться относительных успехов, но в то же время несколько раз зарекомендовавшего себя не самым лучшим образом.

Я знал ее очень хорошо. Но никогда прежде мне не доводилось видеть ее такой взволнованной.

– Черт возьми… – машина выехала на проезжую часть. Изящные руки Яны нервно барабанили по рулю. – Серж…

– Да?

– Тебя подставили.

Я улыбнулся краешком рта.

– Я знаю, Ян.

– Знаешь?! – девушка повернулась ко мне, удивленно блеснув глазами.

– Да, знаю. Шеф решил разыграть замечательную комбинацию. И моей тройке приготовил очень интересную роль…

– Два часа назад… – голос девушки предательски дрожал. – Черт, у меня это все в голове не укладывается… короче говоря, мне в руки попала запись совещания шефа с рядом высокопоставленных чинов КБСК… ты же знаешь его паранойю… тягу к тайным записям и последующим проверкам… в общем, на этом заседании обсуждалась операция, получившая кодовое название «Игра по правилам»… Именно там Высший вампир Петр Макеев, прибывший к нам из Забайкальского региона, получил приказ шефа положить начало цепочке Обращений…

Я кивнул. Примерно так я себе все и представлял. Закрутить интригу, в которой ключевой фигурой будет новый, незасветившийся персонаж.

– Приказ, вступающий в противоречие с Конвенциями… – сказал я.

– …и там же ведущий специалист Комитета по диверсионным акциям, известный как Денвер, и личный помощник шефа, известный как Шатун, получили указание осуществлять личный контроль за проведением операции…

– Снайпер… – покачав головой, я затянулся сигаретой и выставил локоть в открытое окно. – Как же я сразу не догадался?.. Когда мы пытались отбить у Управления того студентишку, и он получил пулю в лоб… как же я сразу не распознал почерк Денвера?.. Красиво.

– Я прослушала эту запись… – продолжала Яна. – Не знала что делать… Такая циничная провокация… И Орден… они пошли у него на поводу…

«Ауди» притормозила возле мигающего красным светофора.

– Прошу прощения… – я элегантно пригнулся.

Рядом притормозил бело-синий милицейский перехватчик с включенным проблесковым маячком.

– Шеф поставит на уши весь город… – негромко сказала Яна. – Они будут искать тебя…

– Неважно… – перехватчик свернул в сторону, и я вновь принял вертикальное положение. – Запись у тебя?

Яна кивнула.

– Я должен забрать ее. Пока она у тебя – ты в опасности… Не волнуйся, я найду ей применение. – Я щелчком выбросил окурок в окно. Рассыпая искры, он полетел во тьму. – И еще… мне пока непонятно, что шеф собирается делать дальше…

– Он собирается ликвидировать все, что может помешать претворению в жизнь его плана.

– Проклятье… Отдел внутреннего надзора? Оппозиция в КБСК? Кто-нибудь из них есть в Москве?

Девушка пожала плечами. Висящий у нее на шее телефон выдал веселенькую полифоническую мелодию…

– Алло? – Яна бросила на меня многозначительный взгляд. – Я? Еду домой… Что? Да, поняла… Ясно… Еду.

– Что случилось?

– Звонили из офиса. Несколько минут назад в резиденции Совета Кланов получили официальную ноту. Семьи Тореадор, Гангрел и Малкавиан официально выразили недоверие шефу Комитета безопасности и потребовали внеочередного заседания Совета…

Я откинулся на спинку и закрыл глаза. Звуки ночного города, влетающие в открытые окна машины, отдавались в голове ноющей болью. В горле пересохло. Организм требовал утолить Жажду.

Шеф устроил провокацию против вампиров. И Семьи немедленно откликнулись на нее – выступили против Вампира, лишенного имени, предавшего свой род во имя единства Кланов и закрепляющего его Совета. Да, он, конечно же, всегда смотрел на два шага вперед, мой бывший шеф, вот только забыл он нечто важное – ничто не оправдывает предательства. Даже забота о единстве и сплоченности перед лицом врага.