Инферналь Мерценариус - Алексей Ядов

Легко сказать! Дождаться DANA под обстрелом снайпера – задача нетривиальная!

Снайпер делал еще выстрелов семь-восемь, выщербив рядом с моим плечом крошку из бетона…

А потом наступил закономерный финал.

Послышался рев двигателя, и из-за угла метрах в пятистах показался наш спаситель…

DANA на малом ходу вышла из-за угла. Мешки с песком и самодельные экраны придавали ей вид не боевой машины, а передвижной свалки металлолома…

Антенна «Рубежа» качнулась, башня чуть довернула…

Грохот, как от удара ОЧЕНЬ большой кувалды по ОЧЕНЬ большой кастрюле.

Однажды я был в машине во время стрельбы. Даже более того – непосредственно наводил эту шайтан-трубу. Тогда получилось неплохо – БТР противника собирали по окрестности…

Короче говоря, самая лучшая антиснайперская винтовка замечательно справилась с работой.

– Штайнер, ты как? – Я откопался из кучи мусора.

– Нормально. У меня два трупа.

– Кто?

– Бровь и проводник.

Сейчас…

Я вздрогнул и… проснулся.

Оказалось, сижу все в том же кресле, в котором отрубился. На полу валялся стакан. Лист бумаги с изображенной Печатью лежал на столе рядом с бутылкой.

Судя по круглым механическим часам на столе, имеющим тридцать шесть делений по кругу, сейчас раннее утро. Чувства постепенно возвращались. Во рту поселилась какая-то мерзкая тварь и принялась интенсивно гадить.

После ванной я почувствовал себя намного лучше.

Налил стакан – выпил.

Однако – с утра уже квашу. Деградируете, камрад.

Кстати…

По идее сейчас в дверь должна постучать Фиоре с завтраком на подносе.

– Не желаете завтракать?

– А?!..

Первым желанием было сходить и еще раз умыться. Ректор в виде Алоиза с длинными, синего цвета волосами до пояса. А еще в руках он держал поднос с завтраком.

– Ну-с… Еще что-нибудь принести?

– Нет… А… Где…

– Расслабься! – расхохотался Ректор. – Я просто решил посмотреть твою реакцию. А то, знаешь ли, многое может случиться после обретения Печати…

– То есть…

– Ну да, – хмыкнул Ректор, садясь в свободное кресло, – да ты присаживайся. Завтракай и слушай.

Я сел во второе кресло, с подозрением покосился на Ректора (в ответ мне была послана самая лучезарная улыбка) и приступил.

– Должен извиниться, – на этом месте я поперхнулся танной, – надо было тебя предупредить… Печать совсем не обязательна.

Я возмущенно вскинулся:

– То есть…

– Ты мог сойти с ума. Именно потому я сам сюда пришел. Если что, мог бы тебе помочь…

– Откинуть копыта до конца?

– Не буду скрывать – да. Если бы ты начал проявлять агрессию… – Ректор убрал с лица маску веселья. – Я – Ректор. И несу ответственность за своих студентов.

Демон окончательно признается Высшим при наличии трех атрибутов – Разум, Печать, Сила. Тебе не хватало только Печати. Теперь ты можешь свободно перемещаться по Академии.

– Вот как? А что с Печатью… – Символ, изображенный на листе, вспыхнул, как солнце.

Казалось, он отпечатался в моем мозгу.

Восемь расходящихся стрелок, а на месте их пересечения – глаз с вертикальным зрачком.

Что-то в пьяном угаре мне вчера подсказало, что своим существованием я обязан именно этому символу… После того как я раскрыл глаза, на столе лежала только кучка пепла.

– Однако… И что теперь?

– Теперь… Ну, во-первых, извини. – Ректор склонил голову. – Мой подарок был не совсем обычным…

– Вино? – напрягся я. – Так вот отчего меня так вчера развезло…

– Да. Некоторые препараты активируют мыслительный процесс, но имеют опасные побочные эффекты…

– Проще говоря, – начал заводиться я, – вы шли сюда и не знали, здесь я или агрессивный психопат? Или вообще овощ неразумный?

Тело начало «плыть», от одежды тянулись тонкие жгуты черно-красного дыма, а в руке моментально сформировался «Кулак Хаоса». Ректор расплылся в улыбке:

– Я же говорил! Теперь твои силы полностью подконтрольны Разуму, соединены Скрепами и Печатью, тебя не стыдно выпустить к другим ученикам…

– Чего? – прикосел я.

– Каиль будет тебе помогать…

Переговорив с Ректором, я почувствовал себя легче, несмотря на резкие изменения в моей внешности…

Я себя ощупал и осмотрел – сил удивляться уже не осталось, ограничился глубокомысленным «хм-м-м».

Шрамы на левом колене, правой стороне груди и руке поблекли и зарубцевались, как и следы ожога со спины. Помнится, я говорил о том, что неплохо пострелял из пушки? Так вот, «гаврики» тогда мой талант оценили настолько, что расщедрились аж на три гранаты от РПГ!

Ладно, мне не жалко.

А вот шрам через губы не исчез – все такой же.

Наверное, потому, что отпечатался в моей памяти…

…Я откинулся в кресле.

Хотелось что-нибудь сломать или походить на голове…

А кстати!

Я встал, попрыгал, сделал стойку на руках, прошелся – благо размеры комнаты позволяют. Вошедший без стука Каиль застыл на пороге:

– Э-э-э… Инферналь, ты в порядке?

– Теперь – да. Видишь – хожу наконец нормально. Голова, – я указал подбородком на пятую точку и чуть не упал, – наверху, остальное – внизу…

– А?..

Да…

Когда Каиль, чуть не подпрыгивая от нетерпения и раздуваясь от гордости, получал цеу от Ректора, я мрачно перебирал в голове все книги, прочитанные в счастливой юности…

Ну да, мне всего двадцать восемь, но, глядя на подрастающее поколение в редкие визиты на историческую родину, мне неизменно казалось, что время моего детства пришлось на юрский период. Ах да, еще мне постоянно кажется, что десять лет назад были девяностые.

– НЕ СТОИТ создавать конфликтных ситуаций, ладно, Инферналь?

Это уже ко мне. Он меня вообще за идиота считает? С моими-то силами лезть на Алоизов и прочих Аристократов?

Гриэля я победил по чистой случайности. Да и какой там бой – так, тренировка. И вот теперь в моей наплечной сумке лежит стил (аналог нашей ручки) и кипа листов бумаги. Бумага, кстати, белая и плотная, что в общем-то странно, поскольку все растения и деревья, виденные мной, явно предназначались для декоративных целей.

Между собой листы скреплялись тонкими лентами, продетыми в отверстия. Таких вот «тетрадок» мне выдавали шесть штук, ибо предметы, выписанные мне Ректором, несколько отличны от обычных.