Эра Мифов. Эра Мечей - Майкл Дж. Салливан

– Мне доложили, что вы уничтожили Бэлгаргарата, – проговорил Гронбах, подавшись вперед. – Это правда?

– Да, – ответила Персефона и почтительно кивнула.

– А фрэя? Что с ней?

– Ранена. Не знаю, насколько серьезно. Время покажет.

– Мне сообщили, что она без сознания и едва дышит.

– Так и есть.

Гронбах кивнул. Персефона не заметила в его суровых глазах ни тени сожаления, но, по крайней мере, он и не улыбался.

– Вы закончили делать мечи, о которых мы договорились? – спросила Персефона.

Гронбах откинулся на спинку стула, с досадой скривив губы, и она поняла, что ее ждут плохие новости. Не дождавшись ответа, она продолжила:

– Значит, вы даже не начинали? Сколько потребуется времени?

– Про какие мечи ты говоришь? – Гронбах сложил пальцы домиком. На лице у него появилось выражение деланой невинности.

– Какие мечи?! – потрясенно повторила Мойя, и Персефона поняла, что на этом она не остановится.

Она придержала Мойю, подняв руку.

– Мы заключили с тобой сделку. Тысяча мечей из серого металла в обмен на то, что мы убьем демона. Бэлгаргарата мы убили, так что…

– Вы принесли его голову? – Гронбах демонстративно приподнялся в кресле и вытянул шею. – Я ее не вижу.

– Он взорвался, оставив после себя лишь пыль.

Глава гномов устроился в кресле поудобнее и скептично поднял брови.

– Ну разве не удачный исход!..

– Ты обвиняешь меня во лжи?

Гронбах расплылся в жуткой презрительной ухмылке.

– Трое женщин-рхунов, две девочки-рхуны, фрэя и трое преступников отправляются в Нэйт… Начинается как анекдот, а? Вы идете на демона, который легко уничтожил целые армии хорошо обученных и вооруженных бэлгрейглангреанских героев. Потом вы болтаетесь неизвестно где несколько дней и приходите ко мне с этой историей – заявляете, что разделались с тем, кого одолеть невозможно. – Гронбах вытянул руки и сделал вид, что стряхивает с них пыль. – Чудище мертво, говорите вы. Бэлгаргарат уничтожен, дело сделано, никаких проблем! – Он подался вперед, снисходительно улыбаясь. – Неужели ты думаешь, что я вам поверю?

Персефона указала на Мороза, Потопа и Дождя.

– Мои слова могут подтвердить твои же люди!

– Еще бы. Преступники подтвердят что угодно, лишь бы остаться в живых. К тому же мы с тобой никакой сделки не заключали. Нет у меня привычки раздавать опасное оружие чужеземцам! Это запрещено законом!

– Каким законом? У вас ведь нет короля. В Кэрике ты сам закон!

– Ну да. – Гронбах усмехнулся. – И посему, – громко объявил он на весь зал, – властью, данной мне Ассоциацией ремесленников Кэрика и жителями города Кэрик, я постановляю, что эти рхуны с фрэей заодно, как и злодеи Мороз, Потоп и Дождь, за преступное вторжение в земли бэлгрейглангреан и осквернение священного города Нэйт подлежат смертной казни. Приговор привести в исполнение немедленно!

– Что?! Ты серьезно? – взвилась Мойя, надвигаясь на Гронбаха, который съежился в кресле. – Мы убили эту тварь. Лично я убила! Арион едва не погибла, она на грани жизни и смерти. Сури лишилась Минны. Мы можем отвести тебя прямо туда и показать… – Двое гномов схватили Мойю за руки и оттащили.

– Мойя, он лжет, – заявила Персефона, ощутив на себе гномью хватку. – Он знает, что мы убили Бэлгаргарата.

– Этот мерзавец просто не хочет выполнять свою часть сделки! – крикнула Мойя.

Персефона попыталась вырваться, однако хватка у гномов была столь же крепка, как и их металл.

– Ты и не собирался давать нам мечи! Теперь, когда Арион ранена и больше не представляет угрозы, ты думаешь, что мы беспомощны.

Гронбах улыбнулся.

– Я рад, что ты понимаешь свое положение. Отведите арестованных во двор. Пусть Кирн закует их в кандалы. Мы бросим чужестранцев в море, из которого они явились. Так будет лучше всего. Меньше возни, а если спросят, мы честно скажем, что они утонули.

Гномы потащили пленников к выходу. Мойя сопротивлялась изо всех сил: швырнула одного гнома на пол и почти освободилась от второго, прежде чем ее вновь схватили.

– Будут сопротивляться – сломайте им руки! – крикнул Гронбах, стоя на краю ящика.

– Ваши проблемы на этом не кончаются! – объявила Персефона. – Как насчет дракона?

Гронбах опешил.

– Что? Ты сказала – дракон?

– Да. – Персефону почти дотащили до двери. – В битве с Бэлгаргаратом Сури, ученица миралиита, создала дракона. Он по-прежнему в Нэйте и ничуть не менее грозен, чем Бэлгаргарат!

– Лжешь!

– Пошли кого-нибудь проверить. Дракон в полной боевой готовности вместе с девятым участником нашего отряда, Сури, и сделает все, что она прикажет. Неужели ты считаешь нас настолько глупыми и наивными, чтобы мы доверяли твоему племени? Если мы не вернемся, Сури явится с драконом сюда. Вряд ли тебе это понравится.

Гномы замерли. Персефона не думала, что дхерги знают рхунский, но, как выяснилось, в Кэрике – по крайней мере, в этом зале – его понимали многие, поскольку тащить ее к дверям перестали. Гном, державший Персефону за локти, не давал ей восстановить равновесие, зато никуда не волок.

Гронбах кивнул гному у двери, и тот выбежал.

Мастер Ремесел медленно сел в кресло и оглядел пленников, внимательно всматриваясь в их лица.

«Не можешь понять, блефую я или нет, жалкий червяк?» – подумала Персефона.

– Предположим, дракон действительно существует, – начал Гронбах. – Что вы предлагаете с ним делать?

– Мы избавим вас от него. Уничтожим.

– Каковы ваши требования?

– Во-первых… – Персефона рванулась в руках стражников и с яростью посмотрела на Гронбаха.

Мастер Ремесел кивнул, и ее отпустили.

– Во-первых, обращаться вы с нами будете хорошо. Вообще-то, в твоих же интересах предоставить нам лучшие комнаты, горячую ванну, еду и питье. Иначе дракон расстроится.

– И все?

– Нет. Нам нужно переправиться обратно в Тирре. Дай нам корабль с хорошей командой и прикажи доставить нас в целости.

Гронбах сжал губы и задумался.

– Хм, вроде бы «Колдер Нолл» скоро отбывает в Верн.

– Завтра после заката, – ответил гном, стоявший за Персефоной.

– Устраивает? – спросил Гронбах.

– Также мне нужны эти трое. – Персефона указала на Мороза, Потопа и Дождя, которых все еще крепко держали. Дождя скрутили сразу трое гномов – двое вцепились ему в руки, третий – в шею.

Такого Гронбах не ожидал. Он недоуменно переводил взгляд с Персефоны на троих гномов и обратно.