Академия высокого искусства. Ученица боевого мага - Александра Лисина

Причем спрашивал он хаотично, обо всем, что только приходило в голову. О ее прошлом, о родителях, о ее брате. О Кере, конечно, и о том, как могло случиться, что взрослый метаморф вдруг решил обрести хозяйку…

Айра отвечала неохотно, с трудом переживая тяжелые воспоминания. Голос держала ровным, бесцветным, и хорошо помнила, что дер Соллен чувствует ложь. Поэтому говорила одну лишь правду. Но так, чтобы не выдать ни себя, ни настороженно взирающего на охранителя метаморфа.

— Спокойнее, милочка, — тоном опытной обольстительницы мурлыкал в ее голове внутренний голос, едва взгляд мага становился особенно острым, а Айра начинала беспокойно ерзать. — Ведь правда может быть очень похожей на ложь. А ложь можно представить так, что она будет очень похожа на правду. Будь искренна с ним. Будь откровенна. Но при этом стань лицемерной настолько, чтобы твоя откровенность превратилась в месть. Говори то, что он хочет от тебя услышать. Но так, чтобы у него и мысли не возникло, будто ты что-то от него утаила…

— Расскажи мне о метаморфе, — в один из дней задал маг самый главный вопрос. — Как ты о нем узнала? Когда в первый раз увидела? Что делала, когда его обнаружила, и как вышло, что он тебя признал?

— Я узнала о нем здесь, — спокойно ответила Айра. — Почему он меня признал, я не поняла. Меня уже спрашивали об этом лер Альварис и лер де Сигон. Зачем повторяться?

Мастер Викран слегка нахмурился.

— Когда он в первый раз перекинулся?

— Не помню, — равнодушно отозвалась девушка, позабыв добавить, что не помнит точную дату. Тогда как место и то, что это случилось прямо на глазах у удивленного Марсо, помнила очень даже хорошо.

— Молодец, — хихикнул внутренний голос. — Осваиваешься!

— Каким он стал? Что делал? Видел ли его кто-то еще из преподавателей? — снова посыпались на нее вопросы охранителя.

Айра послушно ответила.

— Почему ты никому не сказала об этом? — хищно уставился на нее боевой маг.

— А зачем?

— Затем, что обо всем необычном адепты обязаны докладывать своему непосредственному куратору!

— Этого не написано в правилах, — ровно отозвалась девушка. — Нам запрещено колдовать вне занятий, покидать корпуса после отбоя, выказывать неуважение к учителям и не соблюдать распорядок. Также нам не рекомендуется покидать свои этажи с наступлением темноты, пребывать без сопровождения преподавателя в оранжерее и пропускать занятия без веской причины, о которой следует ставить в известность куратора заранее. Однако насчет метаморфов и крыс там не сказано ни слова.

Мастер Викран неожиданно улыбнулся, и от этой улыбки у Айры мороз продрал по коже.

— Я тебя услышал. В таком случае не объяснишь ли мне, что именно случилось на уроке Дербера?

— Обморок, — уверенно подсказал внутренний голос. — Подумаешь, девушка оружия испугалась! А еще ночь плохо спала, переутомилась и расстроилась из-за того, что пришлось прочитать два десятка каких-то дурацких методичек…

На последних словах Айра запнулась и, помедлив, все-таки заменила «методички» на более нейтральное «книжки», но маг, кажется, что-то заподозрил и осведомился совсем зловеще:

— Кто трогал твой щит?

— Что? — растерянно моргнула Айра, лихорадочно размышляя над ответом.

— Я спросил: кто изменил его так, что за ним стала не видна твоя аура?!

— Опа, — неловко кашлянул невидимый советчик. На этот раз — довольно молодой и бойкий парнишка, у которого, кажется, возникли схожие проблемы. — Вопрос, как говорится, на засыпку. Друга выдавать нельзя, себя подставлять тем более… притвориться глухим, что ли? Или спешно сушить сухари?

Тишина в комнате после этого стала невыносимой.

Лер дер Соллен смотрел на заколебавшуюся ученицу так внимательно и остро, что у нее неожиданно ослабели ноги, а во рту стало сухо, как в пустыне.

Что делать? Как прикрыть Марсо?! Это ведь его работа, я просила… или нет, он сам предложил, чтобы с эльфом больше не было проблем!

— Почему ты молчишь? — нехорошо прищурился маг. — На мой вопрос так сложно ответить?

— Нет, — наконец вздохнула Айра. — Я просто не знаю, какой дать ответ.

— Ты попробуй, а я решу, устраивает он меня или нет.

— Это из-за лера Леграна, — мысленно сжавшись, промямлила она.

— Повтори! — мастер Викран словно обратился в камень, тогда как впившийся в девушку взгляд внезапно заледенел и стал похож на взор взбешенного василиска. — Что ты сказала?!

— Просто его щит… или мой?.. не знаю точно, кто виноват, — невольно заторопилась Айра. — Но оказалось, что мой щит пропускает его чары. Ну, может, не все, а какую-то их часть. Я сначала не поняла, в чем дело, пока не узнала насчет природных особенностей эльфов. А потом очень захотела, чтобы это больше не повторилось, сказала Керу… и… вот.

— Ты попала под чары Леграна?! — кажется, невозмутимый маг впервые изменил своему знаменитому хладнокровию и едва не отшатнулся.

— Да, — перевела дух девушка.

— Эльфа?! Восточного?!

— Да. И мне это не понравилось.

— И ты одна с ними справилась?! — искренне опешил маг, неверяще изучая спокойное лицо девушки.

— Не одна, — не моргнув глазом, ответила Айра. — Спасибо Керу, что подсказал насчет щита. И леру Леграну — за то, что вовремя все исправил.

«Ну и Марсо, конечно, иначе быть бы мне совсем уж дурной!»

Мастер Викран надолго замолчал, исподволь рассматривая ее взволнованное лицо.

Эльфийские чары трудно преодолеть. Порой настолько, что люди с ума сходили, пытаясь от них избавиться. А у нее — лишь природный щит, хоть и усиленный.

Тем не менее такие вещи иногда случаются. И действительно бывает, что у поздно инициированного мага чрезмерно сильные эмоции — гнев или страх — способны работать по типу настоящего заклинания. Скажем, в нужный момент перед ним создается портал, через который можно убежать от преследователей. Рождается в ладонях полноценный Огонь или просыпается тяга к морю… всякое случалось.

Он видел, как люди, оказавшись на краю гибели, становились чем-то гораздо большим, чем простые смертные, а эльфы, напротив, превращались в существ, которые по безразличию и цинизму превзошли даже последних бродяг, готовых убивать за гроши.

Но могло ли быть так, чтобы девчонка сумела изменить свой природный щит? На одном только страхе, на инстинктах? Так, как случилось недавно с никсой? Смогла ведь она стать другой? Смогла же потом вернуться обратно? Даже с игольником сумела договориться. И каким-то чудом заставить его принять себя, как равную.

Он задумчиво пожевал губами, а затем поднялся и, не говоря больше ни слова, вышел.

Айра проводила его настороженным взором.